Власть
Шрифт:
Поэтому вместо ресторации я велела ехать в мануфактуру, сделав вид, что так и было задумано. Мы только-только запустили ее после долгого простоя, и, чтобы нагнать график, мои мастерицы работали в две смены. Сейчас как раз заканчивалась вторая, и я не без основания надеялась застать управляющего на работе. Вечер не должен был пропасть просто так.
Господин Прохом встречал меня на проходной. Если вспомнить, что мой приезд случился совершенно внезапно, то это меня очень удивило. Хотя, возможно, управляющий увидел в окно карету с герцогским гербом, а я просто придумала себе невесть что. Из кареты я вылезла с улыбкой:
—
— Ваша светлость, — с достоинством поклонился мой управляющий, не обращая внимания на спустившегося следом шпиона, — к сожалению, все не так радостно. Я как раз собирался ехать к вам, чтобы лично сообщить неприятную новость.
Я мысленно закатила глаза. Нечего было думать, что проблемы обойдут меня стороной... Еще ни разу такого не было, так почему я решила, что сейчас все пройдет гладко?
— Рассказывайте, — кивнула я, не показывая свои эмоции, и решительно направилась в здание вязального цеха.
В этот раз мы разместили цеха мануфактуры на окраине Нижнего города недалеко от ремесленной слободы, где был домик Селесы. Еще в начале лета мы договорились о выкупе в рассрочку огромной каретной мастерской у семьи умершего мастера.
Я не особенно распространялась о своей покупке, о ней знали всего несколько человек. Именно это и спасло мое имущество от пожара, устроенного ребятами Аруга.
Помещение каретной мастерской подходило нам идеально, даже не пришлось ставить печи для отопления, они уже были. Но с другой стороны, плата была так велика, что у меня не было возможности вложить хотя бы какие-то деньги в благоустройство. И сейчас мы шли по двору, заваленному старыми досками, кучами стружки, опилок, сломанными колесами, остовами старых карет, которые мы только сейчас начали разбирать, превращая деревянный мусор в топливо.
В остальном же все оставалось так же, как было при старом хозяине, не отличавшемся особой аккуратностью. Он даже двор не замостил, хотя с его-то специализацией это было просто необходимо.
Ночью прошел дождь, и глинистая земля во дворе моей мануфактуры превратилась липкую грязь. Начало осени в этом году выдалось довольно теплым, однако солнце все равно грело недостаточно, чтобы за день все просохла. И чтобы хоть как-то передвигаться, по протоптанным тропинкам были уложены доски, по которым можно было идти только гуськом. Жижа жадно хлюпала при каждом шаге, вспучиваясь между досками жирными боками. Освещение у нас тоже пока отсутствовало, и в вечерних сумерках надо было быть очень осторожным, чтобы не испачкаться.
В воздухе довольно заметно пахло тревожной горечью полыни. Этот аромат так соответствовал моему настроению, что я даже не обратила на него особого внимания.
— Приехала последняя партия абрегорианской шерсти, — Прохом говорил из-за спины. Я не могла видеть его лица, но слышала, он очень расстроен. — К сожалению, большая часть оказалась заражена молью.
— Твою же мать! — выругалась я. Новость была не просто плохой, новость была отвратительной. У нас и так в этом году большие проблемы с сырьем, так еще и эта напасть.
— Мне кажется, ваша светлость, — тяжело вздохнул Прохом, — абрегорианцы сделали это нарочно... я же говорил вам о том, что они отказывались поставлять нам шерсть по ценам, о которых мы договорились пять лет назад. Нам пришлось надавить на них, и они вполне могли отомстить таким образом.
Я
— Но зато оборудование для прядильного цеха доставлено в целости и сохранности, — попытался подсластить пилюлю управляющий. — И мы уже начали установку... Через несколько дней, как придет караван из Аддии, можно будет запускать производство. Вчера прилетел голубь от купцов. Они в трех днях пути до Яснограда...
Я кивнула. Говорить не хотелось. Боялась, что не смогу сдержаться. Я понимала, что вины моего управляющего в этом нет, но как же мне хотелось зарычать от злости и выдать ему пару ласковых.
Мы совсем не планировали переходить на другое сырье так быстро. Еще неизвестно будут ли пользоваться спросом носки, шапки и шарфы из верблюжьей шерсти. Но выбора теперь не было... Свое овечье стадо, которое мы отогнали в Миловку, под присмотр дядьки Кирка, еще не скоро сможет снабжать мои мануфактуры достаточным количеством сырья.
— Сколько шерсти у нас осталось? — сдерживая ярость, спросила я. Хорошо, что дорожки слишком узкие. А то Прохом только по моему лицу догадался бы, насколько я зла.
— Два возка, — выдохнул он и добавил сдавленно, — почти...
Два возка?! Я сжала кулаки... это же так мало! Моим девочкам это на месяц-полтора работы!
— Зараженную шерсть я велел отвезти подальше и сжечь, — торопливо заговорил Прохом, словно оправдываясь за то, в чем не было его вины. — А остатки обильно засыпать полынью. И все свои запасы тоже. Думаю, у нас получится уничтожить моль, и этом наши потери закончатся.
— Твою же мать! — простонала я. Но в этот раз я злилась не на Прохома, а на себя.
Я думала совсем не о том, о чем следовало думать. Диверсия абрегорианских купцов может стоить мне гораздо больше, чем пропавшие возки с пряжей. Если нам не удастся остановить распространение моли, то погибнуть может все дело. Эта тварь сожрет не только пряжу, но и сырую шерсть, и готовые изделия, оставив меня с дырой в кармане. Химии, способной уничтожить моль, в этом веке не существует! А вся борьба с вредителем заключается в пересыпании шерсти пахучими травами: полынью... вот откуда такой запах!.. пижмой, укропом и лавандой... Последняя эффективнее всего, только стоит в наших широтах слишком дорого... однако дешевле, чем моя мануфактура.
— Нам нужна лаванда, — я сама не заметила, как остановилась посреди двора и теперь разговаривала с управляющим, повернувшись к нему лицом. — Отправь кого-нибудь в лавку. Пусть вытаскивают купцов из постели, но сегодня все лаванда, которая есть в Яснограде, должна быть на моей фабрике. Денег не жалей. Нам нужно спасти мануфакутру. Ты понял?!
— Да, ваша светлость, — кивнул управляющий и виновато вздохнул, — сделаю.
Я, конечно же, никуда больше не поехала. Носилась по цехам и складам, пытаясь лично проследить за всеми. Мешки с лавандой поступали постепенно, их было не так много, как мне хотелось бы. Купцы возили лаванду, которая росла на южных границах Грилории, по чуть-чуть. Спрос на нее был небольшим, народ предпочитал использовать менее эффективную, но бесплатную, полынь. Никто не рассчитывал на то, что мне внезапно понадобится такое огромное количество средства от моли. И теперь мы старательно вычищали все запасы ароматной травки во всем Яснограде.