Властелины дорог
Шрифт:
Этот караван был довольно большим, потому в пределах Плойны придется быть повнимательнее. Кто знает, может там появилась не менее дерзкая банда, чем когда-то были Фоксы? Глупо будет погибнуть от руки пешего разбойника.
Деньги легкие, но путь далекий. Эх, живи пока, Красный Волк. Живи и жди возмездия, как только Шура вернется от границ Рогейна.
"Планете" пришлось в обратном направлении проделать тот путь, что Шура с Загом проехали, направляясь в Сторкип. Восточные земли Эджа, правый берег Данюба, паром с верзилой-перевозчиком. Только теперь паромщику и его подручным
"Планета" отправилась первой ходкой, и потом с высокого левого берега Шура целый день зорко наблюдал, как прибывают все новые тройки каравана.
Когда почти половина мотороллеров оказалась на этом берегу, к переправе подкатил тяжелый мотоцикл излюбленного найтами черного цвета. Шура даже не дернулся за Большим Жалом. Во-первых, Кодекс предостерегал от схваток с охранителем каравана. Но это была не самая важная причина сидеть в седле спокойно. Просто он сразу же узнал "К-750" с коричневым Медведем, вставшим на дыбы.
– Так вот кто занял переправу!
– прогремел зычный голос.
– Да, это я. Рад видеть тебя не похудевшим, брат.
– Рад видеть тебя живым, брат. Значит, ты еще не встретил Одиночку.
Это был Толстый Юсуф. С этим найтом у Шуры сложились почти приятельские отношения, если таковые вообще могут быть между воинами Дороги. Однажды они даже на пару взялись и провели большой караван по опасным местам.
А когда-то их пути пересеклись и они двигались друг навстречу другу с копьями наизготовку. Тот день вполне благоприятствовал хорошей схватке, когда один из них мог отправиться в Страну Бескрайних Дорог. Тогда у молодого найта Осы было двадцать два ключа…
…Завидев черный "К-750", Заг прижал "Планету" к правому краю дороги. Приготовив копье, Шура внимательно следил за найтом Медведя. За тощей спиной маленького рулевого возвышался настоящий человек-холм. Это был самый большой из людей, виденных ранее Шурой. Даже Толстый Сэмми, признанный пузан Ковыльных Сопок, и тот по сравнению с этим найтом казался недорослем.
"К-750" остановился рядом с "Планетой". Копье Медведя покоилось на коляске, но Шуру это обмануть не могло - оно было отстегнуто, и большой найт в любой момент мог его пустить в дело. Правда, с виду найт казался таким неуклюжим.
– Ох, и жарко сегодня, - вздохнул толстяк, левой рукой снимая большущий красный шлем.
– Угостите водичкой.
Не выпуская древко из руки, Шура опустил копье и полез под полог коляски за канистрой с водой.
С опущенным копьем Медведь подкатил к Осе.
– Благодарствую, - залив себе в брюхо полканистры, толстяк протянул ее обратно.
– Теперь можно и подраться. Или лучше поесть? Как считаешь, Томбо?
– Лучше повернуть к Храму, - буркнул его рулевой, человечек небольшого роста с крысиным лицом.
– Нужно опять менять амортизаторы. Не держит тебя наш медвежонок.
– Уговорил. Значит, стоит поесть.
Шура удивленно слушал этот будничный разговор. Уже было ясно, что поединка не будет.
– Покатили, -
– Погодите, - встрял толстый найт.
– Присядем на обочине, поболтаем. Я пока поем. И вы можете покушать. Но свое. Мы бы поделились с вами, но боюсь, мне самому не хватит.
Шура улыбнулся. Они с Загом остались здесь. Такая странная пара, как Медведи, на Дороге им еще не попадалась.
– Присоединяйтесь, - широким жестом пригласил рулевой по имени Томбо, когда на куске брезента разложили копченую баранину, несколько запеченых кур, калачи, иджибельские колбасы, жареные грибы, соусы с аль-барейнскими пряностями, головку белинского сыра и еще много чего. Шура аж рот разинул от удивления, сколько жратвы возят с собой Томбо и его найт.
– Приступаем, - потирая руки, сказал Юсуф.
– Кто не успел, то пусть пеняет сам на себя, - и живо схватив курицу, обмазал ее соусом, отломил большой кусок калача. Через пару минут от курицы остались лишь кости, а толстый найт потянулся к баранине, попутно запихивая в себя сыр.
– Не волнуйтесь, на всех хватит, - успокоил Томбо.
– Ешьте побольше, не торопитесь. Посплетничаем. У нас и так вся коляска забита едой. Лишнюю канистру с бензином некуда приткнуть.
Так состоялось знакомство Шуры с Юсуфом. С тех пор их пути еще пару раз пересекались, и всегда они останавливались на Дороге, чтобы поболтать о разных пустяках. Юсуф уже больше десятка лет катался по Дороге и сейчас его шею украшали семьдесят четыре ключа
Толстяк на первый взгляд двигался неуклюже. Когда он залезал в седло, бедный мотоцикл жалобно скрипел.
– Скоро опять будем менять амортизаторы, - каждый раз сокрушался рулевой Медведя.
Многие, особенно те, кто не насобирал еще и десятка ключей, думали, что толстый найт будет легкой добычей для их копья. Ключи таких наивных бедолаг пополняли цепочку Юсуфа. В бою он становился резвым и проворным, при том был очень сильным. На одном из турниров Шура наблюдал, как Юсуф ударил копьем наотмашь, от чего рулевой и найт соперника улетели аж за ограду…
…Теперь, узнав приятеля, Шура обрадовался. Можно скоротать время, пока переправляется караван, разузнать, что нового творится на Дороге. Да и в коляске Медведя наверняка припасено много чего вкусного. Можно будет отнять кусочек у Юсуфа.
Так и случилось. Толстый и Томбо развернули на траве харчи, пригласив к обеду Шуру и Зага.
Жуя кусочек мяса и глядя, как по реке ползет паром, Шура поинтересовался у Юсуфа.
– Я вот все хочу спросить. Зачем тебе Дорога? Стал бы купцом, сидел бы спокойно около кухни и ел бы себе в удовольствие.
– Так на свежем воздухе аппетит лучше, - усмехнулся Юсуф, не переставая жевать.
– Понимаешь, если я не буду трясти свой живот по кочкам, то совсем заплыву жиром. Придется меньше есть, а этого я не переживу. И быстро умру. Так что на Дороге мне безопаснее.
– Да, тебе безопаснее. Прячешься за моей спиной, - окрысился Томбо.
– Тебе то что. Ты же в бою хоронишься в складках моего живота.
– Точно. Такую броню из жира ни одно копье не пробьет.
Они постоянно подтрунивали друг над другом, эта странная пара Медведя.