Властитель
Шрифт:
– Хорошо, что ты связался. Я вчера не решился тебе звонить, учитывая, где ты находился. И с кем. Короче, Мамедов отбыл.
– То есть как это отбыл?
– Имеется в виду, улетел к себе на свою планету Сад наслаждений. Может, ты не знаешь, это его центральная планета.
– А почему мне надо было сообщить это? Вернее, мне это важно, но почему мне?
– Дело как раз в том, что перед тем, как улететь, Мираб зачем-то официально уведомил Пресс-Центр. Это означает, что сообщение автоматически попадет в ИНФОРМ в передачу последних новостей. Мираб хотел, чтобы ты об
– Доброе утро! – вдруг сказал он. – Мы вас побеспокоили, наверное?
Я оглянулся. Проснувшаяся и свеженькая, совсем как бабочка в своем цветном халатике, вошла Лена.
– Мираб Мамедов улетел из Мечтограда? – переспросила она. – Я невольно услышала.
– Да, – подтвердил Илья. – И это еще не все. Он сообщил, что отбывает для подготовки к встрече с Сергеем Волковым, официально приглашенным им на свою столичную планету Сад наслаждений. Меня это заинтересовало.
– Это он заманивает, – вдруг резко сказала Лена. Мы с Ильей посмотрели на нее. Она была и рассержена, и одновременно испугана. За меня, наверное.
– Конечно, – согласился Илья. – Но почему?
– Я ему вчера вновь попортил физиономию.
– Ты не рассказывал, – упрекнула меня Лена.
– Да ладно, ничего страшного. Но потом он посылал ко мне двух убийц. Кстати, одного ты знаешь, – обратился я к Лене. – Помнишь, в наше посещение Магического квартала там был противный карлик-гном?
– Помню, гнусное существо. Я сначала думала, что это фантом.
– Теперь он точно фантом, – скорбно сообщил я. Они оба внимательно смотрели на меня.
– Да, – подтвердил я их невысказанную догадку. – Так получилось, что либо они, либо я… Я выбрал собственное существование.
– Где они? – спросил Илья.
– Их нет. И никто никогда ни при каких обстоятельствах не найдет ни малейших следов… – увлекался я и сам же себя оборвал: – Надеюсь, тайна сообщения по ИНФОРМУ соблюдается? А впрочем, какая разница. Мне пришлось этого гнома и еще одного убийцу столкнуть в чан с расплавленным металлом.
– Пш-ш-ш!.. – изобразил я, и они содрогнулись, живо представив, что стояло за этим звуком.
– И ты мне не рассказал! – с упреком воскликнула Лена. Она искренне, задним числом, встревожилась за меня. Это заметил и Илья, внимательно поглядев на нее.
– Оставим это, – попросил я. – Лучше посоветуйте, как мне добраться до его резиденции.
– Ты полетишь? Я тебя не отпущу! Это же безумие! Мираб хочет и обязательно погубит тебя!
– Вынужден согласиться с вами, – присоединился и Илья. – Мираб готовит западню.
– Он сам в нее, и попадется, – сказал я. – Я чувствую, что Мираб если не все, то многое знает о покушении на отца Николая Орлова.
– Откуда?.. – начал Илья, но я перебил:
– Я уверен. Если хотите, моя интуиция…
– Я могу помочь, – вдруг сказала Лена. – Если тебе обязательно надо лететь, то возьми мою яхту.
– Вы даете ему свою яхту? – недоверчиво спросил Илья.
– Не только даю, но и сама с ним полечу, – решительно объявила Лена. И в своей решимости, надо признать, она была прекрасна, как никогда.
– Нет, –
– Да по какому!.. Моя яхта, что хочу, то и делаю!
– Тогда лети без меня.
– Нет!
– Ты останешься здесь!
– Я лечу с тобой!
– Хватит! – вдруг вскричал забытый нами Илья.
Мы переглянулись.
Все, конечно, вышло так, как хотел я.
52
ТЕРМОЯДЕРНЫЙ АД
Я улетел в темный предрассветный нас, ни с кем не прощаясь. Правда, я мысленно помахал рукой тем неясным фигурам, что стояли где-то, устремив глаза в небо, зная или угадывая путь моей яхты. Для них я тоже был смутным силуэтом. Хотя в отношении некоторых я надеялся на обратное.
Мне понадобились сутки на то, чтобы ознакомиться с устройством и управлением яхты и наметить примерный план действия. И чтобы отговорить Лену лететь со мной.
Конечно, Лена оказалась изумительной женщиной, ее привязанность ко мне трогала: то, что она с такой легкостью передала мне одну из роскошнейших яхт в Империи, поразжало. И заставляло задуматься.
Однако вернемся к яхте, уже материализовавшейся в моем сознании под именем «Мечта», которым, еще при покупке, наделила ее Лена. Издали кораблик напоминал эллипсоид, а постоянно действующее защитное поле, стирающее резкость поверхностных граней, еще более являло аналогию с непрерывно струящейся поверхностью; словно постоянный поток водных струй омывал этот небольшой, вмещающий от силы десять-пятнадцать человек, кораблик.
Внутри, с первого взгляда иллюзия изменчивости сохранялась. Это объяснялось тем, что тысячи сенсорных датчиков мгновенно реагировали на скрытые и явные желания пассажиров, тут же принимаясь изменять геометрию стен, пола, потолка, а также цвет поверхности, мебели, самого воздуха. Похоже обстояло дело с музыкой или отсутствием оной.
В иллюминаторы заглядывало пожелтевшее па востоке небо. Я словно бы одиноко висел над поверхностью планеты – без костюма, скафандра или корабля, – настолько совершенно было изображение экранов, что глаз не замечал подмены; по небу между тем ползло несколько тучек, и звезды все еще цеплялись за выцветший небосклон. Теперь они больше походили на капли росы, чем на конфетти.
На «Мечте» оказалась богатейшая библиотека учебных гипнопрограмм, и те несколько часов, что мне удалось утаить от Лены, я посвятил учению: теперь, взлетая, холодно намечал план на те двое суток бортового времени, что я вынужден буду провести в полете.
Подчиняясь приказам моего голоса, яхта все разгонялась и разгонялась.
В медицинском отсеке, обезболив, я рассек ткани под ногтями левой руки, подсадил в ранки лазерные кристаллы и несколько пьезоэлектрических контуров, закрыл разрезы и полтора часа держал руку в аппарате ускоренной регенерации. Внешне ничего не было заметно. Теперь, если я только вытяну напряженно сжатые вместе пальцы, из кристаллов выйдет луч, способный пробить метровую бериллиевую плиту.