Влечение
Шрифт:
Лифта не было. За дверью мастерской что-то упало.
– Пешком! – вскрикнула я и вырвалась из рук Колосова. Рванула к лестнице, прыгая через ступеньки. Пашка, не ожидавший от меня такой прыти, отстал.
Сил мне хватило ровно до половины – на шестом этаже я стала задыхаться. Колосов тяжело топал следом.
– А как же твоя нога? – с трудом переводя дыхание, спросил он.
– Обошлось!
Я вытянула себя на восьмой этаж, остановилась, чтобы перевести дух. В гулкой пустоте лестницы я чувствовала себя неуютно, мне
– Маня? А где Максим? – На лице мамы была маска из белой глины, но даже сквозь нее видно, как она удивлена. – Он заходил, сказал, что вы пойдете гулять… Паша?
Если меня подгонял страх и я до двенадцатого этажа добралась более-менее нормально, то Колосов, дитя первого этажа, на последних двух пролетах еле плелся.
– Лифт выключили? – засуетилась мама, не зная, что делать.
За нашими спинами лифт пропел песню, сообщая о своем прибытии. Я сгребла Пашку за шиворот и впихнула его в холл перед квартирами, так захлопнув дверь, что перекрытия вздрогнули.
Вампиры стремительно двигаются, отлично слышат и видят, но не просачиваются сквозь замочные скважины. Это я усвоила хорошо. Значит, кое-какая защита от них есть – прочная дверь.
– Мы посидим у меня, – с трудом произнесла я – от волнения голос пропал.
– Где Максим? – Мама шла за нами следом. – На тебе же его куртка!
Пашка закашлялся, бросая на пол куртку, которую так любезно секунду назад с меня снял.
Нет, я сейчас не готова на это правильно реагировать.
– У Макса дела. Если кто-нибудь будет звонить, меня нет дома, – устало пробормотала я, проходя в свою комнату. И добавила, втягивая Пашку следом за собой: – И дверь никому не открывай!
В комнате я первым делом подошла к окну. Во дворе никого. Около лавочек тоже, среди машин ни души.
Вдалеке завыла собака. Тяжело завыла, противно.
Я плотнее закрыла окно, задвинула штору.
Остается ждать. Ждать. Вечно ждать. Если бы не Пашка, я бы сейчас была с Максом. Если бы не Пашка…
– Какого черта тебя сюда принесло? – накинулась я на него. – Чего тебе дома не сидится? Мало тебя саблей по голове били? Еще захотелось?
Я метнула в Пашку подушкой, и он неожиданно свалился под ее невесомой тяжестью на пол. Я испуганно бросилась к нему. Такого обалдевшего лица я у своего приятеля никогда не видела.
– Что это было? – От испуга он едва не икал.
– Подушка.
Я усадила Колосова на диван. С подушкой расстаться он отказался.
– Значит, все правда?
– Нет никакой правды! – разозлилась я. – Что тебе от меня надо? Что ты все время вокруг ходишь?
– Я думал, они фокусники, гипнотизеры, – быстро забормотал Пашка. – Ты бы хоть раз со стороны увидела, как Макс на тебя смотрит! Словно собирается проглотить. Он говорит, и ты сразу за ним идешь. Олег сказал, что это банда аферистов, что их по всей стране
– Не меня, а тебя надо выводить из состояния! – Господи, ну почему все так сложно…
Запел звонок в дверь.
– Нас нет дома! – вылетела я в коридор.
– Мария… – с укором произнес, выходя из комнаты, мой невозмутимый папа.
– Это такая игра, – с ходу начала я врать, – в мафию. Только не на картах, а на местности. Я сказала, что весь вечер буду в другом месте. Меня проверяют.
– Маша!
– Ну, правда ведь играем! – Я с мольбой смотрела на отца. У меня не было времени уговаривать. – Вон, Пашка подтвердит.
Выглянувший в коридор Пашка неуверенно кивнул.
Молодец, хороший мальчик. Потерпи, осталось немного!
– У тебя все хорошо? – с тревогой спросил отец, внимательно разглядывая меня – после прогулки по лесу мой внешний вид оставлял желать лучшего.
– Я же говорю – играем, – прошептала я и вдруг заметила телефон. Еле дождалась, когда папа повернется ко мне спиной, и выдернула шнур из розетки.
Нас нет дома!
– Звонок можно отключить.
– Что?
Пашка смотрел на меня широко распахнутыми глазами.
– Твой звонок регулируется. Его можно отключить.
Он ткнул пальцем в белую коробочку над дверью. Точно! Там было колесико, убавляющее звук.
Я привстала на цыпочки. Под вспотевшими пальцами ребристая поверхность рычажка скользила. Пришлось подцепить его ногтем.
Кажется, кто-то опять звонил, но звук стал настолько тихим, что никто не слышал.
– Нас нет дома! – как заклинание пробормотала я.
Пашка поднял с пола подушку, помял ее в руке.
– Они убийцы?
Я плотно закрыла дверь, подошла к нему, взяла за плечи, повернула к себе.
Что ему сказать? Что они обыкновенные вампиры и никому не хотят зла? Что все было бы тихо, если бы их не трогали? Что в чем-то Пашка сам виноват – не надо было знакомить меня с Олегом, не надо было наскакивать на Макса?
Но в двух словах этого не скажешь. В правду тяжело сразу поверить, правду надо долго доказывать. А на длинный рассказ времени нет.
– Пашка… – Я набрала в грудь побольше воздуха. – Макс никому не причинил вреда… В нашем городе. И сейчас он спас тебя и Олега, потому что ты ввязываешься не в свое дело.
– Маша… – Взгляд Колосова стал тоскливым. – А ты меня совсем не любишь, да?
Я рухнула на кровать.
Аут.
Все-таки он дотянулся, и я получила удар в зону поражения.
Никогда не думала, что сказать «Я тебя не люблю» так сложно. Гораздо сложнее, чем «Я тебя люблю». Потому что фраза с частицей «не» несет боль.
Я подняла глаза на Пашку.
Он на меня не смотрел. Его взгляд был прикован к чуть подрагивающей шторе.
В окно кто-то лез.