Влечение
Шрифт:
– Что-то ты мудришь… – Малинина хитро прищурилась. – Ладно, живи. Но потом ты все расскажешь.
Эх, Стешка, Стешка! Даже если расскажу, ты мне не поверишь.
Через полчаса за Маркеловой приехала «Скорая» – Лерка билась в истерике, выкрикивая что-то о приближении конца света. Над классом пронесся грозный приговор «нервный срыв». Ничего, все обойдется. Пару дней усиленного питания, и Маркелова поймет, что жизнь прекрасна. Главное, чтобы Дракона в тот момент рядом не было.
Я смотрела на белую машину с красным крестом
Хотелось сбежать домой, но я силой заставляла себя сидеть на месте. Я обещала Максу никуда не уходить. Обещала…
Слова учителей песком сыпались сквозь мои пальцы. Я их слушала и не понимала. Сжать бы голову руками и хотя бы на секунду перестать думать…
На одну секунду!
На большой перемене мелькнул Пашка. Был он печальней своей тени. Но жив. Мне этого достаточно.
И снова текли секунды. Бесконечные, тягучие секунды, которые отказывались складываться в минуты и часы, которые бросались под ноги, лишь бы я не шла вперед.
Урок. Еще урок.
Кажется, меня вызывали. Кажется, я ничего не отвечала. Лица кружились в бесконечном калейдоскопе. Что-то происходило там, за стенами школы, под сумрачным тяжелым небом. Там бродил сумасшедший Дракон, там советовался со своими Олег, там решали, как быть, древние вампиры. И где-то там, около своего окна, укутавшись в куртку и плед, сидела Маринка.
Зачем я о ней вспомнила?
– Маша!
Я вздрогнула.
– Как день?
– А как твоя охота?
Макс стоял около гардероба. Даже неинтересно его спрашивать, как он прошел мимо охранника в школу. Ответ очевиден: быстро!
– Удачно, – сверкнули в улыбке крепкие белые зубы.
Глаза у него темные, а значит, никакой охоты не было. Он все еще голоден. Опять придется помнить о расстоянии. Опять сдерживать себя в желании обнять… Успокаивает одно: это ненадолго. Скоро все закончится.
– Я тебя провожу.
– Вы нашли Дракона? – Очень хотелось подойти к Максу поближе, но между нами словно встала стена – он не подпускал меня. – Сторожев пил Леркину кровь. Он может стать вампиром и без вас!
– Смешная версия. – Макс натянуто улыбнулся. Он успел переодеться – тонкая куртка, серый свитер, серые брюки, безукоризненно начищенные ботинки. Он был, как всегда, великолепен!
На удивление быстро мы дошли до моего подъезда. Маринкино окно было закрыто.
– Сиди дома, никому не открывай. – Макс ввел меня в лифт. – Я зайду к тебе вечером.
Створки лифта закрылись. Кабина повезла меня наверх, и я физически почувствовала, как увеличивается расстояние между нами, словно пружина натягивалась.
А как же… У меня было столько вопросов! Мне так хотелось поговорить! А он просто отправляет меня домой…
Стало обидно. До слез. Ждать, ждать, опять ждать. Вдруг вспомнилось – мне все твердили, что я
Куртку и ботинки я бросила в прихожей – вешать и ставить на место терпения не было. Босиком прошла в комнату. Штора с треском ушла в сторону. Окно распахнулось.
Воздух сегодня был холодным, пахло зимой. Я вдохнула этот колючий, подзабытый за лето запах, закрыла глаза. Ощущение города придвинулось ко мне и опустилось на плечи. Ахнуло далекое эхо. День отзывался гулким уханьем, недовольным шепотом.
Страх обнял меня сзади за плечи, и я отшатнулась от окна, чтобы ненароком не полететь вниз.
Я совершенно не умела пользоваться своим даром. Могла только понять: вокруг дома что-то происходит. Кто-то идет. Кто-то пытается спрятаться.
А еще мне показалось, что я слышу песню. Протяжную, заунывную, как колыбельная. Она опускалась на город вместе с тяжелыми облаками. Вампиры что-то задумали. Я помню эту песню. Она звучала тогда, во дворе, когда они начинали охоту на меня и убирали ненужных свидетелей. Люди забывали, куда шли, сворачивали в ненужные им дворы, задерживались в магазинах. И на улице постепенно становилось пустынно.
Я вцепилась в подоконник. Ноги готовы были бежать из квартиры, нести меня вниз, но – нельзя. Макс просил меня быть дома, и я дождусь его. Что бы во дворе ни происходило.
В пустом безлюдном дворе, где не было никого. Никого…
Тревога отогнала меня от окна. Может, что-нибудь почитать?
На глаза попался сборник «Английский готический рассказ». Смешно… Скоро я сама стану персонажем готического рассказа.
Час, другой. Я уже не отрывала глаз от стрелок на часах. Забавное занятие, знаете ли, наблюдать, как уходит твое время. Уходит навсегда.
Неожиданный звонок заставил подпрыгнуть.
Кто включил телефон? Кто, черт возьми, вообще к нему подходил?
Телефон настойчиво звал обратить на него внимание.
А чего я вдруг завелась? Мало ли кто звонит. Может, Пашка хочет спросить, пойду ли я на тренировку. А я не пойду, я уже никуда не пойду…
Пока я размышляла, телефон замолчал. Я послушала гудок в трубке и положила ее на место.
И тут же позвонили в дверь.
Неудивительно. Если включили телефон, то почему бы не прибавить и громкость звонка над дверью.
– Кто там?
Я не собиралась открывать. Макс советовал сначала смотреть в «глазок», а потом щелкать замками. А чего в него смотреть, если и так понятно, что там кто-то есть, но наверняка стоит сбоку, и в «глазок» его видно не будет.
– Кто?
– Маша! Открой! – Слова хрупким пеплом опустились на мои ладони.
Это была Катрин.
– Зачем ты пришла? Уходи!
Окно закрыто, дверь тоже. У нее не получится войти.
– Впусти меня. Надо кое-что сказать.
Голос был вкрадчив. Голос был убедителен. У нее и правда ко мне дело. Но я ей не открою.