Вляп
Шрифт:
И во всей этой круговерти страстей, жизней, смертей, любовей и ненавистей я, со своим системным мышлением и опытом оптимизации сложных систем, со всем более чем восьми-вековым опытом всего человечества после нынешнего, со знанием разных идеологических конструкций и национально-общечеловеческими принципами, с какими-то кусками научно-технического в голове... был... очень неуместен. Не нужен я этому миру. И он меня отторгал. Имели значения только те мои свойства, которые здесь видны и интересны. Лысина - лысый ребёнок - уродливо, но - забавно, безволосость - гладенький, остаточная металлизация
Попаданец - в попе танец.
Конец третьей части
Часть 4 Мы выбираем, нас...
Глава 16
Целую неделю я отлёживался. Спал, дремал, ел, снова спал... И отлёживался. Приходил в себя. После всего пережитого. Ужаса. Ужасов. Тепло, чистенько. Тараканы по стенам не бегают, куры за стеной не кудахтают. Никто не проповедует над ухом про "холопа верного". Тихо.
Хотя какая тишина с Юлькой. Над моей головой шёл непрерывный диспут на тему: "Правильное поведение любимой наложницы при наличии законной жены (жён). Случаи из жизни". Забавно. И очень интересно. Я-то всю жизнь смотрел с другой стороны. Например, женщина поворачивается ко мне спиной и наклоняется. Что видит мужчина? Правильно. Интересную... ракурс. А что при этом видит женщина? А как, если нет подходящей зеркальной поверхности, она ориентируется в ситуации? На слух? А когда и как ей можно-нужно оглянуться? А учесть положение персонажей в комнате, мебель, освещение, закрыты ли двери, разница в росте... Одежда, наконец. И своя, и его. И это довольно простой вариант. Сколько раз я это видел. Видел и не понимал.
Ну, положим, "в угол, на нос, на предмет" - это я еще с детства помню. И, пожалуй, все. А вот теперь нужно срочно овладеть... широким набором технологических приёмов. Хотя бы просто для того чтобы не выглядеть дураком. Или дурой?
У женщин - инстинкт. Плюс общение с подругами, родственницами, соседками. Она еще только и умеет, что сосать, а уже видит -- как мама ходит, двигается, говорит... И это -- изо дня в день. Лучше-хуже, но примеры всегда перед глазами, на слуху. Едет в троллейбусе и прикидывает: кто во что одет, как это носится, как теперь красятся. Непрерывный многолетний урок на тему -- как быть женщиной.
У моих современниц, вместо множества родственниц-соседок - модные журналы, видео, сайты и клубы. А у меня - только две гаремные профессионалки. Из обслуги. Одна - медицинского направления, другая - полицейского.
Удивительно, но среди всего читанного о попаданцах нигде не видел врача гинеколога. Инженеры, литераторы, лётчики. Даже космонавты. А акушер-гинеколог - нет. Идиоты. Эта же та точка опоры, которая позволяет перевернуть мир даже без привлечения
А лёгкое изменение в графике посещений? Чуть сдвинули ночь любви, не попало в благоприятный для зачатия, а там поход, война, а там критические дни, а дальше...
– - Ты меня совсем не любишь
– - Да что вы все сговорились
– - Ах, все?!
– - Ну и пошла ты...
И все - была династия и кончилась. Вся держава рушится в пучину новой династической войны. Пока выкарабкивается - оказывается частью уже другой державы. А поскольку теперь уже не соседи, а одно целое, то можно и другими соседями заняться. И их... "обдержавить".
Или просто, как Мишель Нострадамус, посоветуй, подскажи бедной королеве держать ножки вверх. После того как. И кончаются бесконечные и бессмысленные паломничества и посты с самоистязанием и ползанием на коленях. Прекращаются заговоры и мятежи. Десять детей, включая четырёх доживших до активных действий принцев, появляются на свет божий как из очередь из автомата -- веером. Что, собственно говоря, и привело к резне гугенотских войн и Варфоломеевской ночи. Так что не нравиться -- не подсказывай.
Причём, что интересно, собственно процесс в постели с точки зрения моих профессионалок - мелочь. Важная деталь, но не главная. А вот отход-подход...
Не повернуться-нагнуться, а чтоб он сам тебя повернул-нагнул. С полным контролем того, что он при этом видит-слышит. Там, так, с такой силой-скоростью, как ты сочла в этот раз для себя интересным. С его твёрдой уверенностью, что делает все сам исключительно по своей исключительно собственной прихоти.
Ловится все: что ел, что пил, ездил ли верхом, или сидел в совете, или молился. Как спал, с кем, сколько раз.
А когда съем данных произведён и неоднократно, для выявления устойчивых зависимостей, начинается собственно процесс манипулирования. "Дорогая, тебе так идет это белое платье. Да-да, в нем и иди. Ушла. Ну и дура. Белый - цвет смерти - наш этого не выносит. Сейчас дуру выгонят, евнух побежит вон туда - в угловую. А у неё понос - я же и подсунула зелёные груши с молоком. Значит - следом ко мне. Ну уж тут я ему все скажу. Нет, сначала исполним упоённую страстью почти невинность, а уж когда выдохнется...".
Причём все это в реальном времени, без всяких компов и баз данных, без расчёта корреляционных функций и анализа высших гармоник. В состоянии постоянного цейтнота. Да еще в игре куча конкуренток. Была бы шляпа - я бы её снял и съел. От восторга перед женской молотилкой.
Мне доставались только огрызки мудрости в аудио-варианте. Но и этого было чересчур. Так что чисто вагинально-менструальные вещи я поначалу просто пропускал. Потом вспомнил об ожидающих меня играх втроём. С будущей молодой женой моего господина. Что-то такое я читал.