Влюбленный воин

Гротхаус Хизер

– Что ж, очень хорошо, – с одобрением кивнул Тристан, осмотрев окрестности замка.

– Может, желаете проследовать в зал, милорд? – спросил Баррет. – Полагаю, вам следует поесть и выпить, чтобы восстановить силы после долгого и утомительного путешествия.

– Да-да, сейчас. Вот только…

Тристан умолк и окинул взглядом пустые зернохранилища. И тотчас же вспомнил о том, что и в деревне он почти никого не встретил.

А на пути к Гринли они с Фаро миновали несколько опустевших деревень и видели нераспаханные поля, поросшие метельчатым

латуком и чертополохом, хотя время посева давно наступило.

Где же землепашцы? Почему земли не обработаны?

Повернувшись к Баррету, Тристан спросил:

– Шериф, но где мои люди?

Баррет в смущении откашлялся. Немного помолчав, сказал:

– А это мы и есть, милорд. Вот… – Баррет указал на нескольких мужчин и мальчиков в ветхой залатанной одежде, потом кивнул на воинов, стоявших чуть поодаль. – Мы все к вашим услугам, милорд.

– Но этого не может быть, – вмешался Фаро. – Король Вильгельм не даровал бы моему господину земли без людей, способных о них позаботиться. Гринли при Гарольде, как известно, был процветающим владением.

– Да, верно, – согласился Баррет. – До прихода Вильгельма население Гринли исчислялось сотнями человек. Но его люди сожгли здесь все дотла и убили старого лорда, а также всю его семью. Они уничтожили и большую часть деревни. – Тяжко вздохнув, Баррет добавил: – А выжившим некуда было идти, милорд.

– Я хорошо осведомлен об истории этих владений, – сказал Тристан. – И я знаю, что лорд Найджел из Сикреста был обязан принять к себе всех обездоленных из Гринли, чтобы держать их у себя, пока здесь не будет построен новый замок. А сообщения о том, что замок Гринли уже отстроен, дошли до меня прошлым летом, когда я находился в Северных землях. Да и сам лорд Найджел прислал весточку о том, что мои люди процветают.

– Неужели? – Баррет усмехнулся.

Тристан вопросительно посмотрел на своего смуглого друга, и тот, окинув взглядом двор, пробормотал:

– Что-то не похоже, что люди здесь процветают.

– Они процветают, но только не в Гринли, – пробурчал Баррет.

– Где же тогда?! – рявкнул Тристан, потеряв, наконец, терпение.

Баррет отшатнулся, испуганный вспышкой гнева своего нового господина:

– Ну… в Сикресте, милорд.

– В Сикресте? – изумился Тристан. – Но почему мои люди живут в Сикресте? Ведь здесь все отстроено заново. И, конечно же, они знали о том, что должен появиться их господин. Однако поля не распаханы и не засеяны, а амбары пустуют! Почему?!

Баррет с вздохом пробормотал:

– Они боятся тебя, милорд. Слухи сделали свое дело. Баррет вздрогнул, услышав, как выругался Тристан, но все же продолжал:

– Ходили слухи о разграбленных деревнях вдоль шотландской границы. Люди называют тебя Молотом Вильгельма.

– Пока Гринли восстанавливали, лорд Найджел обязан был заботиться о людях моего господина, – вмешался Фаро. – Но потом он должен был отправить их сюда. Им следовало вернуться.

– Да, конечно, – согласился Тристан. – Найджелу было хорошо заплачено за то, чтобы он

позаботился о людях, а затем отправил их ко мне.

– Я говорил об этом с лордом Найджелом, милорд, – сказал Баррет. – Именно поэтому я сейчас здесь.

– И что он тебе сказал? – спросил Тристан.

– Ну… – Баррет почесал затылок. – Он заявил, что не принимает советов от такого, как я. И сказал, что я должен жить в Гринли, если меня все это так беспокоит. – Гигант немного помолчал, потом вдруг расплылся в улыбке и добавил: – И вот я здесь.

– А что же он сказал о людях? – допытывался Тристан.

Баррет нахмурился и проворчал:

– Сказал, что не может оставить без них Сикрест, потому что близится время посева. И еще сказал, что здесь, в Гринли, все равно нет господина, поэтому и люди не нужны.

Тристан молчал, и Баррет в некотором смущении добавил:

– Может быть, потом, когда вы вступите в брак с леди…

– Да-да, очень хорошо, шериф, – перебил Тристан. На сей раз он не повысил голоса, но было очевидно, что он с трудом сдерживает гнев. – Благодарю тебя за службу, Баррет, и за то, что ты пытался вернуть сюда моих людей.

Резко развернувшись, Тристан направился к залу замка и вскоре исчез за массивной дверью. Какое-то время Фаро с Барретом молча поглядывали друг на друга. Потом оба последовали за своим господином. Покосившись на шерифа, Фаро с усмешкой проговорил:

– Скажи, ты всегда такой болван?

Баррет пожал могучими плечами и окинул презрительным взглядом своего смуглого спутника.

– А ты всегда разгуливаешь в женской одежде?

Глава 2

– Минерва! – громко закричала Хейд, призывая старуху из соседней комнаты.

Худенький мальчик, сидевший на табуретке лицом к девушке, снова заерзал, стараясь высвободить ногу, но Хейд крепко держала его за щиколотку. Рана на ноге мальчика уже загноилась, стопа сильно распухла.

Мальчик в очередной раз попытался высвободиться, и Хейд с вздохом проговорила:

– Хэм, пожалуйста, посиди спокойно. – Перебросив через плечо свою рыжую косу, она снова позвала: – Минерва!

Тут, наконец, послышались шаги, и в дверях появилась Минерва. Ее седые волосы, похожие на проволоку, стояли над головой, как нимб на древних иконах, а проницательные черные глаза пристально смотрели на девушку. В маленькой комнате за спиной старухи то и дело стонала женщина.

– Ну, в чем дело? – спросила она.

– Минерва, не дашь ли мне луковую припарку? Хейд указала на маленький глиняный кувшинчик, стоявший среди многих других кувшинов на самой верхней полке. В домике целительницы повсюду с потолка свисали связки сухих трав, а на огне вовсю кипело какое-то снадобье, распространявшее довольно приятный аромат.

Стоны, доносившиеся из соседней комнаты, сменились криками.

– Поднимись с места сама, ленивая девчонка, – проворчала Минерва. – Насколько я могу видеть, боль в ноге беспокоит малыша Хэма, а не тебя.