Вне игры

Кобен Харлан

– Я сейчас вернусь. Подожди здесь.

Димонте последовал за ним и проводил его на улицу. У подъезда никого не было. Майрон оглядел тротуар, но Норман исчез. Скорее всего удрал, увидев полицию. Виновен ты или нет, бродяге лучше не связываться со стражами порядка.

– Ну что? – спросил Димонте.

– Ничего.

– Тогда не тяни время. Выкладывай свою историю.

Майрон выложил – большую ее часть. Димонте едва не проглотил свою зубочистку. За весь рассказ он не задал ни одного вопроса, только восклицал «Боже милостивый!» или «Охренеть!» каждый раз, когда

Майрон делал паузу. Затем он шагнул назад и опустился на ступеньки лестницы. Его взгляд блуждал в пространстве. Наконец детектив собрался с силами, но вид у него по-прежнему был ошеломленный.

– Сдохнуть можно, – выдавил он.

Майрон кивнул.

– И ты хочешь сказать, никто не знает, где теперь Даунинг?

– Если знают, то не говорят.

– Он просто исчез?

– Похоже на то.

– И в подвале у него кровь?

– Да.

Димонте покачал головой, подался вперед и положил руку на правый ботинок. Майрон уже видел, как детектив проделывал это раньше – точно ласкал свою обувь. Зачем? Может, Димонте нравилось прикосновение змеиной кожи?

– Предположим, Даунинг убил ее и удрал.

– Смелая версия.

– Да, но так все сходится, – заметил детектив.

– Каким образом?

– Ты сказал, что Даунинга видели с жертвой в субботу вечером. Бьюсь об заклад, после вскрытия Перетти объявит, что смерть наступила именно в то время.

– Из чего еще не следует, что ее убил Даунинг.

Димонте продолжал гладить свой ботинок. Мимо проехал паренек на роликовых коньках и с собакой на поводке. Собака, тяжело дыша, не успевала за хозяином. Новая марка коньков – «Роллер-пес».

– В субботу вечером Грег Даунинг и жертва встретились в одной забегаловке. Они вышли около одиннадцати. Вскоре женщину убили, а он исчез. – Димонте взглянул на Майрона. – Значит, он ее убил, а сам сбежал.

– Не обязательно.

– Почему?

– Например, Грег стал свидетелем убийства, испугался и решил сбежать. Или он был свидетелем убийства, и его похитили. Или его убили те же люди.

– Тогда где его труп? – спросил детектив.

– Где угодно.

– А почему они не оставили его рядом с ней?

– Вероятно, его убили в другом месте. Или преступники спрятали его тело, поскольку он был знаменитостью и они хотели избежать шумихи.

Димонте сдвинул брови.

– Ты строишь домыслы, Болитар.

– Ты тоже.

– Возможно. Есть только один способ узнать правду. – Он встал. – Мы объявим Даунинга в розыск.

– Эй, эй, постой. Я не думаю, что это хорошая идея.

Димонте посмотрел на Майрона так, словно тот был какой-то дрянью, которую он забыл смыть в туалете.

– Ах, извини, – произнес он с преувеличенной вежливостью. – Кажется, ты принял меня за человека, кому не наплевать на то, что ты думаешь.

– Ты собираешься объявить в розыск известного и всеми любимого спортсмена, настоящую звезду.

– И что, я должен лизать тебе задницу, потому что он звезда?

– Вовсе нет, – ответил Майрон, лихорадочно пытаясь что-нибудь придумать. – Но представь, что случится, когда ты объявишь его в розыск. Пресса поднимет шум.

Будет то же самое, что с О-Джей Симпсоном. За одним исключением. У тебя ничего нет на Даунинга. Ни мотивов, ни улик. Ровным счетом ничего.

– Пока нет, – возразил детектив. – Но потом…

– Вот именно – потом. Лучше немного подождать, пока дело не прояснится. И учти – журналисты крепко сядут тебе на хвост. Советую заснять на пленку все, что ты здесь делаешь, каждый свой шаг, чтобы не возникло никаких недоразумений. Иначе затем заявится какой-нибудь тип и скажет, будто ты что-нибудь напортил или прозевал. Не приходи в дом Даунинга без ордера. Записывай все в журнал.

– Я могу сделать все, что ты сказал, и все-таки объявить его в розыск.

– Ладно, Роланд, допустим, Грег действительно ее убил. Ты объявляешь его в розыск, и что происходит? Во-первых, тебя сразу обвинят в предвзятости. Выставят дело так, будто ты заранее вбил себе в голову, что убийцей может являться только Грег и никто другой. Во-вторых, пресса станет давить на тебя каждую минуту – требовать доказательств, критиковать и комментировать все твои поступки, любое твое слово. В-третьих, подумай, что начнется, когда ты арестуешь Грега, – он спустит на тебя свору адвокатов.

Димонте кивнул и сморщился так, точно откусил лимон.

– Чертовы пиявки.

– Вообрази, кто его будет защищать. Они завалят тебя исками, жалобами и протестами прежде, чем ты найдешь хоть одну улику.

– Проклятие! – воскликнул Димонте.

Майрон кивнул.

– Теперь понимаешь, о чем я говорю?

– Ага, – ответил детектив. – Правда, ты забыл сказать еще кое-что. – Он пожевал зубочистку. – Если я объявлю розыск, твое спортивное расследование полетит ко всем чертам. Тебя вышибут из команды.

– Возможно.

Димонте усмехнулся:

– Это еще не значит, что ты не прав. Просто я не хочу, чтобы ты думал, будто обвел меня вокруг пальца.

– Ты просто читаешь мои мысли, – заметил Болитар. – Как Васко да Гама читал свои карты.

Детектив минуту сверлил его жестким взглядом, Майрон с трудом удержался, чтобы не ответить тем же.

– Ладно, вот как мы поступим. Ты останешься в команде и продолжишь свое расследование. А я постараюсь следовать твоим рекомендациям до тех пор, – он поднял палец, чтобы подчеркнуть свои слова, – пока мне это будет выгодно. Как только у меня окажется достаточно улик, чтобы прижать Даунинга, я сразу объявлю розыск. И еще – ты должен сообщать мне все, что разузнаешь. Каждую деталь. Вопросы есть?

– Только один. Где ты купил свои ботинки?

Глава 13

По пути на тренировку Майрон позвонил с мобильника.

– Хиггинс, – отозвался мужской голос.

– Фред? Это Майрон Болитар.

– А, давно не виделись. Как дела, Майрон?

– Не жалуюсь. А у тебя?

– Наслаждаюсь каждой минутой в своем чертовом министерстве.

– Понятно.

– Как Уиндзор? – спросил Хиггинс.

– Все так же.

– Твой парень здорово нагнал на меня страху. Понимаешь, о чем я говорю?