Во имя денег
Шрифт:
– Руку… Ищи мою руку. А если не найдешь, не смей меня спасать. Без руки я жить не буду…
Марта закрыла глаза. Я стала трясти ее за плечи и кричать:
– Марта! Марта!
Нащупав пульс, я с облегчением вздохнула. Она была жива. Она просто потеряла сознание…
Я бросилась к пепелищу. Обжигаясь и падая, стала ворочать обгоревшие бревна, громко рыдая. Руки нигде не было. Местные жители с испугом смотрели на меня. Две женщины сидели рядом с Мартой, смачивая ее губы. Не выдержав, я смахнула слезы и громко закричала:
– Люди добрые!
Деревенские замерли в оцепенении, а затем бросились на поиски, разгребая пепел. Но все было напрасно…
Услышав вой сирены, я обернулась и увидела две машины с надписью “Реанимация”. Следом ехала пожарная. Марте надели кислородную маску, сделали уколы и поставили капельницу.
– Где рука? – спросил пожилой врач, с надеждой посмотрев на меня. – Хотя ее вряд ли можно пришить. Слишком много разорванных и сожженных тканей… Скорее всего, произойдет омертвление. Но на всякий случай сделаем все, что в наших силах. Это один шанс из тысячи.
– Руки нигде нет…
Через несколько секунд к нам подбежала пожилая женщина с громкими криками:
– Нашла! Нашла!
Женщина протягивала головешку, отдаленно напоминавшую кисть руки.
– Господи, что это? – прошептала я.
– Это рука вашей подруги. Вернее, то, что от нее осталось. Сами понимаете, это нельзя пришить даже покойнику, не говоря уже о живом человеке.
Я села рядом с Мартой, и машина рванула с места.
– Не надо себя казнить, – успокаивал меня врач по дороге в город. – Со временем поставите ей протез. Главное, что девушка осталась жива. Да и то молите Бога, чтобы не было никаких осложнений.
В Новгороде Марту сразу же принялись оперировать. Я села на кушетку, опустила голову и закрыла глаза. Все-таки как порой бывает тяжело сдерживать слезы, особенно если они застилают глаза…
Глава 11
Как только операция закончилась, Марту перевезли в палату интенсивной терапии. Наркоз еще действовал, и она крепко спала. Понимая, что мне не избежать разговора с братом, я спустилась на первый этаж, чтобы позвонить ему. Славка моментально снял трубку. Мне ничего не хотелось объяснять по телефону, поэтому я быстро сказала, что с Мартой случилась беда, назвала адрес больницы и положила трубку.
Брат примчался так быстро, словно прилетел на самолете. Поняв, с какой скоростью он ехал, я подумала о том, что могла потерять не только Марту, но и его. Самое странное, что Славка даже не попытался выяснить, что произошло. Он взглянул на мое перепачканное сажей лицо и прорвался к Марте. Сколько часов он провел в палате, я не знаю, но когда вышел, сел рядом со мной на коридорную кушетку и опустил голову.
– Она спит? – спросила я чуть слышно.
– Спит.
Мы сидели молча. Я понимала, что он думает о том, справится ли с этой бедой Марта, сможет ли она жить дальше, да и захочет ли… Славка по-настоящему
– Ты ее видела? – нарушил он молчание.
– Марту? Конечно, – ответила я.
– Да нет, руку, которую оторвало.
– Видела. Она сгорела. Ее нельзя было спасти. Она превратилась в головешку…
– Ты смотрелась в зеркало?
– Смотрелась.
– Ты похожа на трубочиста, – постарался улыбнуться он. – Пойди умойся. Я жду тебя в машине.
Я зашла в туалет, припала к умывальнику и громко заревела. Наплакавшись вдоволь, я почувствовала себя лучше и направилась к Славкиному джипу.
– У тебя глаза красные. Хватит реветь. Поехали, – сказал он.
– Куда?
– Тут недалеко живет мой товарищ. Сегодня переночуем у него. А завтра с утра будем у Марты. Мне сказали, что сегодня она будет еще спать. Завтра с ней уже можно будет поговорить.
– Как прошла операция?
– Нормально, – пожал плечами брат.
– А какие будут последствия?
– Последствие будет только одно. Ей придется научиться жить без руки…
Мы молча доехали до небольшого старинного дома. Славка поставил машину на стоянку и повел меня к своему товарищу.
– Ты, по-моему, никогда в Новгороде не была?
– В первый раз. Всегда только проездом. Хозяином квартиры оказался крупный мордоворот с массивной цепью на шее, напоминавшей цепь, на которую сажают собаку. Он поприветствовал Славку радушным рукопожатием и смерил меня оценивающим взглядом.
– Ты что, Славик, не мог вторую девочку зацепить? Если не захочешь делиться, придется кого-нибудь заказать у Леньки по закупочной. Ты хотя бы позвонил, я бы все организовал по высшему классу, все-таки давно не виделись. Да ты проходи, я щас мигом все организую! И девочка пусть заходит. Эта дама сердца по любви трахается или за деньги?
– Это моя сестра, – отрезал Славка. Покраснев, мордоворот растерянно посмотрел на меня, опустил глаза и тихо пробурчал:
– Извините.
– Ничего, бывает, – улыбнулась я и прошла в комнату.
Мордоворот перевел взгляд на Славку и озабоченно спросил:
– Слава, что-нибудь случилось?
– Марте руку оторвало.
– Бог ты мой! Она где?
– Тут, в больнице. Мы с сестренкой у тебя заночуем. Нам с утра в больницу надо.
– Слава, чем я могу помочь? Что я должен сделать?
– Сообрази нам что-нибудь поесть и выпить.
Нам поговорить надо.
– Сейчас все сделаю. Я как раз к одной девчонке еду, так что ночуйте где хотите. Славка, а можно я завтра тоже Марту навещу?
– Пока не надо. Как будет можно, я скажу. Может, она и со мной разговаривать не захочет…
– А как же это случилось?
– Саня, не доставай меня вопросами, я сам ничего не знаю.
Саня побежал в кухню. Я села напротив телевизора и тупо уставилась в темный экран. Славка снял пиджак, бросил на диван кобуру с оружием и расстегнул рубашку.