Водонос умер
Шрифт:
— Иди сюда! Не бойся, иди! Мужики пошли в дом…
Сейид был поражен, потрясен. Он прижался к Али.
Они стояли неподалеку от бакалейной лавки муаллима Шеха.
Полицейские разгоняли народ, расчищая дорогу пожарникам. Те начали разбирать развалины, ища погребенного. Среди всеобщего гомона собравшихся Сейид услышал голос бабушки, которая рыдала и причитала.
Он тут же вырвался от Али аль-Хама и начал пробираться сквозь толпу ближе к дому. На фасаде не было никаких следов катастрофы. Лишь кое-где осыпалась краска. Вокруг дома
Увидев около двери бабушку, Сейид бросился к ней. Она крепко обняла его, как бы не веря, что он вернулся, сказала срывающимся голосом:
— Твой отец, Сейид!
— Что с ним, где он?
— Там, внутри, внучек. Его завалило. Я вышла тебя поискать. Не успела вернуться, как услышала страшный грохот. Я закричала, призывая на помощь. Дверь была уже завалена.
Не успела старушка закончить свой печальный рассказ, как Сейид в безумном порыве бросился внутрь дома. Пожарники пытались его остановить, но мальчишка увернулся. Вбежав внутрь, он закричал:
— Папа, папа! Где ты?!
Не прекращая кричать, Сейид выбежал во двор и увидел пожарников, которые несли тело, завернутое в одеяло. Они прокладывали себе дорогу среди обломков дома. Мальчик снова закричал: "Папа, папа!". Ему на плечо ласково легла сильная мужская рука. Человек успокаивающе проговорил:
— Будет, сынок, не надо… На то божья воля. Что же делать? Все мы во власти аллаха!
Тут же Сейид вспомнил труп Шеххаты, завернутый в одеяло. Его положили в деревянный ящик, и он больше не возвращался. Он вспомнил также, как кричал, звал своего большого приятеля, но тот не отвечал. Мальчишку обуял страх. Он бросился к носилкам, на которых лежало тело отца.
— Папа, папа! Куда тебя несут? Я не хочу, чтобы тебя уносили. Ты не вернешься обратно!.. Я знаю!.. Ответь же мне, отец!.. Разве ты не помнишь своего обещания никогда не умирать. Это же было вчера, помнишь или нет? Не уходи, отец, заклинаю тебя именем аллаха!
У пожарников, которые несли тело Шуши, защипало в глазах, скупые слезы покатились по щекам. А ведь они уже давно привыкли к зрелищу несчастий и трагедий! Один из них отстранил Сейида от носилок. Печальная процессия продолжила свой путь. Недалеко от дома стояла карета "скорой помощи". Переговорив с соседями, пожарники оставили труп и пошли к своей машине. Из толпы вышли Али аль-Хама и Шеха. Аль-Хама жил ближе всех от развалившегося дома. Он крикнул:
— Пойдемте ко мне!.. Посторонись-ка ты, постреленок! Дорогу, дорогу!..
Мужчины подняли носилки и внесли их в дом аль-Хама. Сейид бился в рыданиях на земле. Кто-то поднял его и передал бабушке. Соседи начали крепить досками и столбами оставшиеся от дома стены.
Толпа понемногу расходилась, когда подошли Хишты. Услышав страшную новость, жена и дочь Хишта бросились к Умм Амине и горько заплакали. Глава семьи затряс головой и запричитал:
— Боже ж ты мой! Нет другой силы, кроме божьей!
Али смотрел на Сейида, сидящего на пороге дома аль-Хама. Он тоже
Заливаясь слезами, снедаемый угрызениями совести, Али подошел к приятелю, заговорил:
— Ладно, Сейид, не расстраивайся так. Ей-ей, я не хотел этого! Если бы знал, то никогда бы так не говорил! Виноват я перед тобой, Сейид!
Вытирая слезы, жена Али аль-Хама пригласила всех в дом:
— Чего стоять на улице, заходите! Посидите у нас, пока не сделают все нужное.
Ночь прошла в плаче, поминании, в чтении корана. Обитатели полуразвалившегося дома побоялись там оставаться. Поэтому семья Хиштов ночевала у своего родственника Изза, Сейид и Умм Амина — в доме Али аль-Хама, там же, где находилось тело Шуши.
Сейид провел удивительную ночь. В ушах не переставали звучать крики и причитания, шедшие со всех сторон. В его сознании реальность перемешалась с фантазией. Ему представился пляшущий Шеххата, отец в бане, дающий обещание никогда не умирать и не надевать костюма для похорон. Но тут же Сейиду представился отец в ванне, другие, кто был в бане, одетые специально для похорон, с кадилами в руках и распевающие: "Твой отец водонос умер"… Он начал бросать в них камнями.
Перед рассветом он все же погрузился в глубокий тяжелый сон. Проснулся от шума и суеты в доме. Увидел то же самое, что и в день смерти Шеххаты. Один шил белый саван, другой заканчивал сбивать деревянный ящик.
Удивителен этот мир! Неужели все эти ужасные приготовления и вправду предназначаются для его отца? Неужели правда, что дом обвалился на голову отцу? А Гадд, Замзам? На их головы ничего не обвалилось? И они продолжают оставаться на свободе, грабить и унижать людей?
И вправду аллах всесилен! Однако кажется, что сила его была направлена не в ту сторону. Разум раба божьего не в состоянии воспринять случившегося. Может ли человек считать мудрым и справедливым то, что случилось с Шушей?
Гадд и Замзам жестоко обидели Сейида. Он просил аллаха показать свою силу и всемогущество, примерно наказать их, разрушить ненавистную харчевню, обвалить крышу на их головы. А что же аллах? Когда Сейид обращался к нему с молитвами, он разрушал его собственный дом и убивал отца. Преднамеренно или нет, но аллах ошибся. Он причинил ему такое зло, которое не должен был делать — отнял у него отца.
Куда он теперь его денет? Вознесет на небо? Если же упрячет в глубь земли, то какая богу от этого польза? Сейид тяжело вздохнул. Увидев, как мужчины вносят гроб в комнату, где лежит тело отца, мальчик горько заплакал. Вскоре тело дорогого ему человека вынесли во двор. Все пропало, все кончилось для него в жизни!..