Воины Ультрамара
Шрифт:
Худощавый Монтант был преувеличенно любезен. Черты его лица, несколько аскетические, светились энергией и доброжелательностью. Этот человек совершенно не походил на солдата, и Уриэль в душе был удивлён его высоким положением в военное время. Как передаётся власть на Тарсис Ультра: по наследству, демократическим путём или жители до сих пор придерживаются принципов, завещанных примархами? Способен ли Монтант вести за собой людей во время войны, или его придётся сместить? И кто должен принимать такое решение?
Тем временем обер-фабрикатор
Вот Стаглер был настоящим воином. Уриэль немало слышал о Корпусе Смерти Крейга, о том, что его полковники-командиры стремились попасть со своими солдатами в самые горячие точки Вселенной и сразиться с самыми грозными противниками. Если Стаглер следовал этому принципу, то он выбрал подходящее задание для своего Корпуса. Полковник уселся на скамью, держась прямо, как шомпол, отказался от кубка и раздражённо поглядывал на разливавшего вино Монтанта.
Рабелак имел вид человека, для которого военная служба стала образом жизни. Хотя его округлое брюшко говорило о том, что военные тяготы остались для полковника корпуса Логреса в далёком прошлом. Он с благодарностью принял кубок и с довольным видом отпил несколько глотков.
Капеллан Астадор тоже принял бокал и поднял его в торжественном приветствии.
— Братья, объединим наши усилия в этом благом деле, — произнёс он.
— Верно! Согласен! — крикнул Рабелак. Осушив свой кубок, он снова налил вина.
Но Астадор ещё не закончил.
— И если кому-то из вас суждено пасть, я обещаю вашим черепам почётные места в Галерее Костей.
Установилось неловкое молчание, которое поспешил нарушить Монтант:
— Благодарим вас, капеллан Астадор. Мы все безмерно рады подобному предложению.
В это время все члены совета вошли в зал и Уриэль обменялся взглядами со своими сержантами. К столу, хромая, подошёл лорд-инквизитор Криптман. Его сопровождал служитель, одетый в белый балахон. На груди поблёскивал бронзовый медальон в виде зубчатого колеса. В отличие от большинства экспертов, у него было естественное человеческое лицо, за исключением бионического приспособления, прикрывавшего правый глаз. В нём виднелось несколько линз различных размеров, которые могли по желанию устанавливаться перед сверкающим искусственно выращенным глазом.
Криптман с некоторым трудом устроился за столом. Его провожатый тоже сел на скамью. Уриэль с изумлением заметил, что он передвигается при помощи металлического устройства, похожего на циркуль, почти скрытого длинным одеянием. Когда помощник Криптмана подходил к скамьям, полы его одежды разошлись и вместо туловища и ног Уриэль увидел блестящую гибкую медную трубу, соединяющую грудь с механическими ногами.
Заняв место за столом, лорд-инквизитор раздражённо покачал головой в ответ на предложенный Монтантом кубок. Криптман обвёл сверкающим взглядом собравшуюся компанию и что-то неразборчиво пробормотал себе под нос. Уриэль даже не понял, было ли это выражением удовлетворения или недовольства.
— Это
Криптман окинул Монтанта испепеляющим взглядом:
— Обер-фабрикатор, мы пришли сюда не ради того, чтобы отметить это событие. Речь идёт о смертельной опасности и угрозе со стороны ужасного врага. Щупальца роя-флотилии «Левиафан» протянулись к вашему миру, а вы считаете это приключением?
— Ну не приключением, конечно, вы меня понимаете, — торопливо проговорил Монтант. — Но ведь это так волнующе, не правда ли? Я хотел сказать, не каждый день нам приходится готовиться к войне, и, что касается меня, я уверен, мы дадим этим бестиям достойный отпор.
— Значит, вы глупы, сэр, и будет лучше, если вы предоставите защищать ваш мир тем, кто понимает смертельную опасность роя-флотилии тиранидов.
— Я протестую против тона ваших высказываний, — возмутился Монтант. — В конце концов, я всё ещё правитель этой планеты.
— Пока, во всяком случае, — угрожающе заметил Криптман. — А теперь, можем мы продолжить? Давайте уясним одну вещь. Я был свидетелем войны с этими существами и могу вас уверить ничего увлекательного нас не ждёт. Уничтожение этих тварей не сулит нам ни славы, ни почестей. Впервые я встретился с этим видом двести пятьдесят лет назад и назвал его Xenos Horrificus. С тех пор я охотился за ними, изучал и убивал, но до сегодняшнего дня так и не смог полностью постичь их природу.
Инквизитор жестом указал на своего помощника-эксперта.
— Прежде чем сражаться с тиранидами, вам необходимо познакомиться с этим человеком, — сказал он. — Перед вами Генетор Вианко Локард, магистр биологии, и ему известно об этих тварях больше, чем кому-либо другому из людей. Его познания могут оказать нам неоценимую услугу. Прошу вас, магистр.
Локард не без труда поднялся, и на его красный глаз сам собой опустился монокль в латунной оправе. Профессорским жестом он сложил руки на груди и заговорил без всякого вступления. Уриэль отметил, что руки биолога были выполнены из гладкого чёрного металла.
— Тираниды являются представителями биоевгенического вида ксеноморфов, обитающих за пределами нашего Империума. Впервые эти существа были описаны магистром по имени Варнак, экспертом Тирана Примаса в системе Ультима Сегментум, в шестидесяти тысячах световых лет от священного Марса.
— Биоевгенический? Что это означает? — прервал его полковник Стаглер.
— Это означает, что тираниды в состоянии ассимилировать целые миры вместе с обитающими в них народами, разлагать всё, что там находится, на мельчайшие частицы в своих генетически встроенных блоках и использовать в качестве строительного материала собственной физиологии, — пояснил Локард.