Воитель

Мэллори Маргарет

– Он мой сын! – У Дункана от боли разрывалось сердце.

Теперь Дункан находился совсем близко, он мог схватить Рагнелла и вытянул руку, молясь, чтобы Эрик не бросил мальчика в море, пока Дункан не зажал в пальцах рубашку мальчика.

Пытаясь нанести удар кинжалом по плечу Дункана, Эрик оторвал от веревки одну руку; его тело отклонилось в сторону, и Рагнелл с силой ударился об отвесную скалу и закричал, а у Дункана остановилось сердце.

– Держись, Рагнелл! – крикнул Дункан своему сыну.

Резким движением ударив Эрика

сапогом в лицо, Дункан быстро наклонился, схватил Рагнелла за спину рубашки и, дернув мальчика вверх, почувствовал, как рвется рубашка. Однако, прежде чем она разорвалась, он успел зажать маленькое тело сына между собой и веревкой.

– Ты со мной. Держись! – Дункан прижимал своего сына к груди и тяжело дышал.

– Ар-р! – Эрик начал подниматься вверх по веревке, целясь кинжалом в ноги Дункана.

Черт побери, почему Эрик, получив такой шанс, не хочет благополучно спуститься и сохранить себе жизнь, а вместо этого как безумный взбирается наверх? С силой ударив Эрика по голове, Дункан оглушил его, и на этот раз Эрик камнем полетел вниз, но ветер и гул в ушах Дункана заглушили всплеск.

Дункан боялся, что тонкие ручки Рагнелла слишком устали, чтобы держаться за шею Дункана, и он, не желая ни за что отпускать сына, начал подниматься по веревке с помощью одной руки. Движение получилось крайне медленным: нужно было поднять их двоих одной рукой, затем обхватить ногами веревку, чтобы получить опору для толчка, и потом схватиться за веревку выше.

Когда рука Дункана скользнула по веревке и они опустились на фут, прежде чем он смог согнуть ногу и остановить их соскальзывание, Рагнелл пронзительно закричал.

– Все в порядке, – успокоил сына Дункан. – Не бойся!

Проклятие, ладонь Дункана была мокрой от крови – по-видимому, клинок Эрика рассек ему руку. Теперь каждый раз перед тем, как потянуться вверх, Дункан был вынужден останавливаться и вытирать кровь о рубашку, чтобы можно было снова схватиться за веревку. Наконец Дункан, тяжело дыша, добрался до верха и с усилием поднялся к окну. В комнате башни все еще радушным светом светил фонарь, и, когда Дункан глянул на Рагнелла, чтобы втащить его внутрь, он увидел, что мальчик крепко зажмурил глаза и вцепился пальцами в рубашку Дункана, как казарка в утес.

– Теперь можешь отпустить меня, – сказал ему Дункан. – Мы добрались.

Лодка Хью уносила Эрика все дальше и дальше, а он не отрывал взгляда от замка, который потерял. Глядя, как очертания замка исчезают в рассветном свете, Эрик думал о всех потраченных зря годах. Пожертвовав всем остальным, он целиком и полностью посвятил себя главной цели – подняться от своего низкого происхождения до высокого положения владельца одной из цитаделей своего клана.

А проклятый Дункан Макдоналд погубил все в одну ночь. Свою жизнь Эрик спас, но больше – ничего. Потеряв замок Троттерниш, он никогда больше не добьется уважения ни своего предводителя, ни своего клана.

И

настроение Эрика нисколько не улучшалось от сознания того, что за свое спасение он должен благодарить хитрого дьявола, стоявшего сейчас рядом с ним. Он испытывал искушение убить Хью Даба за эту черную услугу.

– Ты захочешь отомстить, – сказал Хью.

– Отомстить, – повторил Эрик, ощущая на языке сладость этого слова.

– Я знаю, как ты сможешь это сделать.

Новая цель пустила корни на пепелище развалин. Эрик будет следовать ей так же непреклонно, как следовал своему честолюбивому стремлению возвыситься в своем клане.

Он погубит Дункана Макдоналда и всех, кто ему дорог.

Глава 40

Мойра находилась не в лучшем расположении духа. Она не привыкла спать с коровами, а корова Тирлаг еще и мычала полночи, а потом, когда в это утро они отплыли от дома предсказательницы, надуло черные дождевые тучи. После нескольких часов обследования береговой линии они не нашли признаков ни исчезнувшей пары, ни украденной ею лодки.

Мойра замерзла и промокла, но дождь по крайней мере смыл с нее запах коровы, – и она училась управлять лодкой.

– Погода портится, – сказал Нейл, глядя на небо на западе. – Пожалуй, следует повернуть назад.

– Нет.

– Тогда ищи на берегу огонь, – пряча вздох, предложил Нейл. – Они в той маленькой лодке и непременно высадятся на берег, чтобы подождать, когда прояснится.

Через два часа Нейл и Мойра приближались к мысу полуострова, и буря набирала полную силу.

– Должно быть, Тирлаг ошиблась, сказав, что они плывут на юг, – заметил Нейл. – Нужно вернуться назад в Данскейт.

– Подожди еще немного. – Мойра вытерла глаза от дождя и всмотрелась в берег. – Нейл! Взгляни туда! Это костер?

В серый зимний день и в дождь струйка дыма была едва различима.

– Да, это он. Позволь мне поговорить с Фергусом, когда мы пристанем к берегу. Мы с ним примерно одного возраста и вместе тренируемся.

Нейл подвел лодку ближе к берегу, и Мойра, различив у костра две укрывшиеся под пледом фигуры, ощутила облегчение – наконец-то они нашли Фергуса и Рону.

– Фергус! – окликнул юношу Нейл. – Это я, Нейл!

Рона и Фергус вскочили на ноги и, по-видимому, заспорили, но потом Фергус обнял Рону и помахал Нейлу в ответ.

Как только галера скребнула днищем об отмель, Мойра спрыгнула в бурлящий прибой. Хотя галера Дункана была небольшой, из-за поврежденной ноги Нейла им двоим было трудно вытащить ее. Взявшись тащить лодку, Мойра, повернув голову к костру, взглянула на Фергуса, надеясь, что он предложит помощь.

И как раз в этот момент Фергус рухнул на песок, а Рона бросилась бежать. Мойра медленно осознавала, что сейчас произошло на берегу, но она сразу же поняла, что нельзя позволить Роне скрыться.

– Сар, взять ее! – приказала она.