Воитель
Шрифт:
Он закрыл за собой дверь тренировочной комнаты, зная, что его люди не посмеют расслабиться, и направился по коридору к своим комнатам. Рейчел позаботится о том, чтобы Тори не пострадала. Некоторые воины были хороши в том, чтобы прятать раны, пока они не скрылись из виду, некоторые раны появлялись только позже, и они могли быть смертельными. Он не мог позволить себе потерять Тори раньше, чем это было предопределено. Она была необходима, если у них был хоть какой-то шанс одержать победу над Уриэлем.
Нет, лучше сначала проверить, как она, а потом
Его голова всё ещё немного звенела от силы ударов Метатрона. Если уж он мог чувствовать это… Он содрогнулся при мысли о том, что чувствовала Тори. Он ускорил шаг.
Её не было в своих комнатах. Этому могло быть разумное объяснение, но внезапно его пронзил страх. Она может быть в лазарете, погружаясь в кому. Она могла упасть в обморок…
Он остановился и заставил себя глубоко вздохнуть. Она была с Рейчел. Он доверял Рейчел больше, чем кому-либо, даже Элли. Она прекрасно позаботится о Тори.
Но он никуда не пойдёт, пока не будет уверен.
ГЛАВА 10
Я ПОСТАВИЛА БАНКУ ДИЕТИЧЕСКОЙ КОЛЫ НА КАМЕННУЮ ТЕРРАСУ и начала подниматься.
— Просто выслушай меня, — сказала Рейчел. — Мы сражаемся не только за своё существование, но и за будущее человечества.
Я не стала скрывать своего скептицизма.
— С чего бы тебе беспокоиться о человечестве? Очевидно, я не подхожу для этого, и ты не жила среди них уже много лет.
Не то чтобы я в это поверила хоть на мгновение. Я ещё не видела доказательств, а до тех пор была полна решимости считать себя просто здоровой молодой женщиной.
— Этот мир был создан для человечества. Ангелы и боги существуют благодаря человеческой вере. Даже если мы выживем, наши жизни станут бесполезны без людей.
— Так кто же представляет большую угрозу для человечества? Сатана? Люцифер? — я небрежно бросила имена. С меня хватит этих лекций.
Люцифер предположительно был падшим ангелом, как и все остальные.
Если я надеялся обидеть Рейчел, то потерпела неудачу. Она криво усмехнулась.
— Полная противоположность.
— Боже? Ты хочешь сказать, что Бог собирается уничтожить мир?
— Я думала, Михаил объяснил тебе это. Во всех смыслах Бога нет. Он даровал людям свободу воли, а затем передал всё управление архангелу Уриэлю.
— Я так понимаю, это была ошибка?
— Самая большая ошибка. Как ты думаешь, откуда взялся Ветхий завет со всеми его побоями и соляными столпами? Уриэль всегда считал, что человечество — это ошибка, и с тех пор он пытается контролировать его. Теперь он просто хочет избавиться от него полностью.
— И Бог ему это позволит?
— Он больше ни при чём. Единственные существа, способные остановить Уриэля и небесные армии, это Падшие. Всё очень просто. И ты… ключ к этой победе.
— Как же так? — потребовала я ответа. — Но почему?
Рейчел
— Видения Марты не настолько точны, но до сих пор они были верны. Именно она поняла, что ты нужна нам, чтобы одержать победу. Без тебя мир обречён.
— Отлично. Итак, как только я спасу мир, стану ли я богом? — весело сказала я. — О нет, я забыла, я уже богиня. Так скажи мне, что именно заставляет тебя думать, что я богиня? Очевидно, я не бессмертна, графиня и Педерсен планировали убить меня. И как мне кажется, у меня нет никаких сверхспособностей, кроме определённого таланта к боевым искусствам. Так почему же я не могу метать молнии, ходить по воде и жить вечно?
— Потому что в тебя больше никто не верит, — решительно заявила Рейчел. — Нам нужна вера людей, чтобы обеспечить наше бессмертие, а люди забыли о твоём существовании. Если бы не прискорбная любовь человечества к войне, тебя, вероятно, вообще не существовало бы больше. Все остальные языческие боги полностью исчезли.
Я не смогла скрыть усмешку. Идея быть языческой богиней была настолько абсурдной, что в ней чувствовалась странная притягательность.
— Хорошо, я купилась. Где мои сверхспособности?
— Ты их откроешь в себе. Когда они тебе понадобятся.
— И по какой-то причине ты думаешь, что секс с Михаилом спасёт мир? — скептически спросила я. — Сомневаюсь. И он не выпьет моей крови. Я не настолько извращённая.
— Мы полагали, что Михаил просто привезёт тебя сюда, женится на тебе, и этого будет достаточно, чтобы одержать победу. Но Марта говорит, что этого мало. Брак должен быть настоящим.
— Если она думает, что я в него влюблюсь, то она не в своём уме, — сказала я. — Таким чувствам невозможно приказывать.
— Кто сказал, что брак имеет какое-то отношение к любви? — спросила Рейчел. — Взаимное уважение может быть таким же хорошим фундаментом, как и похоть.
Я открыла было рот, чтобы возразить, но тут же закрыла его. Я всё время забывала, что кино — это не настоящая жизнь. В кино всё было о любви и страсти. Я не была достаточно хорошо знакома с реальной жизнью, или её Шеолским вариантом, чтобы знать, что там происходит.
Я понятия не имела, есть ли взаимное уважение в нашем извращённом браке. Уважала ли я его? Я уважала его силу, его упрямство, его стойкость. Кроме того, время от времени, чёрт побери, во мне просыпалось вожделение, по крайней мере, с моей стороны, что приводило меня в полное уныние.
С другой стороны, если наступит конец света, что плохого в том, чтобы потакать этому?
— Значит, мы должны потрахаться как кролики, и он должен выпить мою кровь? Почему не он об этом меня просит?
— Он отказался.
Я была экспертом по утаиванию своих реакций и эмоций. Моя мать съела бы меня живьём, если бы знала, о чём я думаю. Мысль о том, что мой нежеланный муж не желает ни моего тела, ни моей крови, на самом деле, была до смешного болезненной. Я чувствовала себя отвергнутой на самом элементарном уровне.