Волчье семя
Шрифт:
– Откуда она взялась?
– Пряталась где-то. А мальчишки ее кормили.
– Странно...
– старик поднес к губам бокал.
– Очень странно... Дней пять назад Коготь привел из деревни брата. До этого у него никаких родственников не наблюдалось. Кроме Белки, естественно. По-твоему получается, что парень приволок еще и сестру. Братика он не прячет, а сестренку прикопал в какой-то ухоронке и извлекает только для проведения 'спецопераций', так вы, кажется, именуете свои
– Именно так, - Ридица задумчиво разглядывала свой бокал.
– Говоришь, на площади ближе всех стояли?
– Точно, - подтвердила девушка.
– И еще вперед полезли, когда... Странное поведение, кстати. Очень странное. Их обвиняют в самом страшном грехе, а они не убегают, а наоборот. И желтизну на перо ставят, пока весь тусняк приход ловит! Отморозки борзые!
– Экие ты слова помнишь, - рассмеялся старик.
– А то! Детские воспоминания - самые крепкие, - поддержала Ридица. Но смеяться не стала.
– Понимаешь, если бы не бредовость самого предположения, я бы сказала, что детки собирались прямо на площади отбить девчонку.
– Значит, говоришь, бредовость самого предположения...
– Это не вышло бы и у взрослых вильдверов!
– Дети склонны преувеличивать свои возможности.
– Но не настолько же!
– Представь на минуточку, - неторопливо предложил старик.
– Что ты вильдвер. Нет, ты двенадцатилетняя - вильдвер. Твоего друга собираются сжечь. Твои действия?
Ридица задумалась:
– Согласна, попытаюсь отбить. Но не на площади, по дороге. Мальчишка может бежать за телегой, а когда нужно... Более сложное им не придумать и не подготовить.
– Допустим, бежали. Но что-то помешало напасть. Тогда?
Девушка кивнула:
– Поняла! Но они не вильдверы. Одиннадцать и десять.
– А единственный в компании вильдвер прячется на хазе! Так?
– Отказалась участвовать в безнадежной акции, - предположила Ридица.
– А в Облике через весь город украденную девчонку тащить не отказалась?
– парировал хозяин.
– И еще. Не находишь, что вокруг Нейдорфа последнее время крутится слишком много вильдверов?
– В смысле?
– Если девчонка в городе, то кто порвал стражников в лесу?
Ридица смачно выругалась:
– Ну что ты мне нервы на палку мотаешь? Говори уже!
Старик посмотрел на нее с неодобрением:
– Совсем думать разучилась? Не было девчонки. Из Лукау ушел мальчик. Дошел до Одры. Встретил Когтя. Схватился со стражниками. Скорее всего, эти два события произошли одновременно: сам бы он так слепить горбатого не сумел, а Коготь достаточно ушлый! Пробрались в город.
Ридица совершенно по-детски почесала челку:
– Понимаю. На площади младший собирался отвлечь всех на себя, а старший бы утащил девку. А от гостиницы она не смогла идти сама, он перекинулся и понес. Но ему десять лет! Десять! Даже меньше, если он вильдвер! А Облик приходит в двенадцать!
– Это никем не доказано!
– Не было ни одного случая! Понимаю, чувства, переживания, близкого человека убили. Перекинулся чуть раньше. Но не на четыре же года!
– Не знаю...
– старик прислушался, покряхтывая, встал и тенью скользнул к двери, опередив сложный стук.
Открыл, переговорил с кем-то за дверью. Вернулся. Раскатал на столе свернутую в трубочку полоску пергамента. Прочитал. Протянул Ридице. Та тоже пробежала глазами.
– Вот так!
– старик уселся обратно.
– Готтлиб мертв. И его парни - тоже. Ничего про ребенка Теодора ты не узнаешь. Не у кого. Эх, Ванесса, Ванесса! Неисправимая опоздунка!
– он поднял бокал.
– Помянем!
Ридица отсалютовала бокалом и отпила несколько глотков.
– Это еще не все новости. Накануне казни девчонку пытались выкупить.
– Кто?!
– Некий Мариуш Качиньский, шляхтич герба Береза. Коронный шляхтич!
– старик устало посмотрел на девушку.
– Остановился в 'Доблестном Рыцаре'. Но тем не менее, готов был платить за девчонку золото!
– Погоди! Не так часто! Шляхтич живет в ягерском трактире, но платит золотом за воровку?! Значит золото не его, и ему еще и доплачивают!
– Уже лучше, девочка! Слугой при ясновельможном пане в ратуше выступал Коготь!
– А у этого откуда деньги?
– Я думаю, от покойных стражников. Есть у многих полезная в наше неспокойное время привычка таскать с собой все сбережения. Кстати, первыми начали ночные пляски у костра ягеры, пившие в 'Тухлом Ежике', то есть...
– Поняла, - отмахнулась Ридица.
– Да, с паном Мариушем стоит побеседовать... А еще порыться днем в той халупе, где оборвался след. Там, наверняка, тайный ход. С этого и начать.
– Поройся, но на многое не рассчитывай - хитро прищурился старик.
– Есть еще одна новость. Два часа назад плывуны отвезли на ту сторону троих. Когтя, Белку и Медвежонка. И сейчас эта троица вовсю удирает по Раковскому тракту. Кстати, погоняло 'Медвежонок' тебе не кажется подозрительным?
Примечания
Желтый - стукач, доносчик.Приход ловить - смотреть на женщин.
Глава 37
Эльза не боялась. Впервые за много-много дней девочке не было страшно.