Волчьи судьбы
Шрифт:
Жизнь налаживалась, пока не произошло несчастье. В тот день мы с Марго как раз ездили на деловую встречу. Я была на машине, так как вот уже второй день шел дождь. Мы уже возвращались, когда заверещал мой мобильный.
Сбавив скорость, я глянула на экран – Инга. Значит, что-то срочное. Она не тот человек, чтобы беспокоить по пустякам. Я нажала на прием со словами:
– Да, Инга, я тебя слушаю.
– Лео, как я рада, что дозвонилась! – очень взволнованный голос.
– Что случилось?
–
– Сильно? Что с ним произошло?
– Да, сильно. Еле жив. Я до сих пор удивляюсь, как он смог позвонить мне. Похоже, на него напали.
– Где он сейчас?
– У меня дома.
– Я немедленно еду к тебе.
– Спасибо.
– Это мой долг. Я уже еду. И позвони Иветте.
– Хорошо.
– Буду минут через десять, – с этими словами я отключилась и одновременно развернула машину в противоположном направлении.
– Что-то случилось? – спросила Марго. К своему стыду я только сейчас вспомнила, что она вместе со мной.
– Да, с одним моим другом несчастье. Похоже, на него напали. Я должна быть там, с ним.
– Я тебя понимаю, конечно.
– Но тебе вовсе не обязательно со мной ехать. Давай я высажу тебя у метро. Езжай домой.
– Нет, это отнимет у тебя столь нужное сейчас время. Я бы поехала с тобой, если можно. Возможно, тебе понадобиться моя помощь…
– Хорошо, едем, – возможно, слишком опрометчиво с моей стороны, но сейчас, действительно, просто не было времени рассуждать. Я лишь позвонила Дени и вкратце обрисовала ситуацию. Чтобы она не волновалась, куда мы пропали.
К дому Инги я гнала на всех парах. Она жила в трехкомнатной квартире на шестом этаже. Уже в лифте я заметила, вернее почуяла кровь. Ее старались затереть, но запах сохранился. Правда вряд ли человек мог его почуять.
Инга открыла нам еще до того, как я прикоснулась к звонку. Нас ждали. Скидывая прямо в дверях куртку и сумку, я быстро познакомила:
– Инга – это Марго. Марго – Инга, и уже устремляясь в комнату, – Как он?
– Плохо. Но в сознании. Он спрашивал тебя.
– Иветта еще не подъехала?
– Нет, но она в пути. Крис здесь.
Последняя фраза меня удивила, но не было времени расспрашивать. Сейчас в первую очередь Шат.
Человек-лев лежал на диване весь в бинтах. Короткие медно-рыжие волосы взъерошены, грудь вздымается часто-часто, но глаза закрыты. Крис сидел рядом, он коротко кивнул мне. В комнате висел густой запах крови и страха.
Я присела на стул, который освободил Крис, и осторожно дотронулась до лба Шата. Он тотчас распахнул серые глаза. Их взгляд был замутнен от боли, но, тем не менее, он меня узнал, и с трудом проговорил:
– Ты… пришла.
– Я не могла не прийти. Но тебе сейчас лучше не говорить.
– Да… мне досталось, – он даже попытался улыбнуться. – Но я хотел… чтобы
– Ш-ш. Потом. Береги силы, они тебе сейчас ох как нужны. Отдыхай, – а я жестом поманила Ингу и спросила у нее, – Как он? Какие повреждения?
– Очень большая потеря крови. Перелом ноги и запястья. Но то было бы ерундой, если бы не три другие раны.
– Какие?
– Ножевое ранение – задето легкое, и два пулевых ранения в правое плечо и в нижний раздел грудной клетки. Чудом не задето сердце и другие важные органы. Хуже всего, что эти раны нанесены серебром. Одна пуля до сих пор в его теле, и она отравляет его.
– Он сможет выкарабкаться?
– Не знаю. Эта пуля… Она главный источник осложнений. Ты знаешь, что для нас серебро яд, хотя порой и медленный. Но вытащить ее я не могу. Слишком глубоко. Нужна операция. Но если его сейчас перевозить – пуля может сместиться. Честно говоря, я даже удивлена, что он в сознании так долго.
Я сразу вспомнила слова Жанны о том, что, возможно, моя сила влияет на прайд и не только. Но мои мысли оборвал звонок в дверь. Марго, чтобы хоть чем-то помочь, пошла открывать.
Это была Иветта. Первым ее вопросом к нам стал:
– Он жив?
– Да. Вопрос надолго ли. Его раны весьма серьезны.
– Можно их осмотреть?
Я вопросительно посмотрела на Ингу, та ответила:
– Боюсь, если снять повязки с ран, нанесенных серебром, вновь начнется кровотечение. Но нужно решать, как быть дальше. Если ничего не предпринять – Шат может погибнуть.
– Пойдемте к нему, – предложила я.
Марго увязалась было с нами, но я попросила ее остаться на кухне, вскипятить чайник. Ей не нужно было видеть то, что могло произойти.
Вокруг Шата нас собралось четверо: Иветта, Инга, Крис и я. Главной волчице хватило одного взгляда, чтобы понять, что Шат очень плох. И ему становилось хуже. Лоб покрыла испарина. У него началась горячка.
– Я могу попробовать его излечить, но не знаю, удастся ли вытащить пулю.
– Может, нам объединить силы? – предложила Иветта.
– Давай я попробую, и, если мне будет не хватать сил, ты присоединишься.
– Хорошо.
– Что именно ты собираешься делать? – поинтересовался Крис.
– Пробудить то, что скрыто и отдаться на волю прошлых чувств, – невольно усмехнулась я. – Но Шат наверняка перекинется. Это позволит подтолкнуть заживление.
– Я думаю, Шат слишком сильно ранен, чтобы в нем проснулся зверь, – проговорила Инга.
– Моя сила его подтолкнет, – ответила я, расстегивая манжеты рубашки и закатывая повыше рукава. – Во всяком случае, я надеюсь, что все получится.
– Мы все с тобой, Лео, – Иветта ободряюще потрепала меня по плечу. – Ты только скажи, что нужно делать.