Волчий клад
Шрифт:
— Ты что, не видела, что здесь трясина? — чувствуя, что терпение его скоро лопнет, спросил Артем.
— Откуда же я могла о ней знать? — заныла Катька. — Там, где болото, был щит. Или это другое, еще одно болото? Около того росло высокое дерево, с развилкой посередке, я его хорошо запомнила. Так вон оно, то дерево! — Указав на огромную раскидистую иву, она завертела головой. — А где же щит?
Артем подошел к иве и заметил неподалеку от нее взрыхленную землю. По всей видимости, на этом месте действительно совсем недавно
— В любом случае надо быть осторожней, — строго сказал он.
А Катька вылила из кроссовок болотную жижу, обмыла ноги в небольшой лужице и в который раз уверенно заявила:
— Зато теперь я знаю, куда идти. От этой ивы та поляна недалеко, это я хорошо помню.
Но не успели трое друзей сделать и пары шагов, как за деревьями громко залаял Дик.
— Может, Ромка там?! — воскликнула Лешка.
Не разбирая дороги, они поспешила на собачий лай. А когда выбежали на узкую тропинку, то увидели никакого не Ромку. Перед ними стоял высокий, темноволосый парень с впалыми, давно не бритыми щеками, застывший в позе «замри». За его спиной висел огромный темно-зеленый рюкзак.
Лешка ухватила рычащего Дика за ошейник:
— Не бойтесь, он не укусит.
Незнакомец с опаской взглянул на огромного лохматого пса:
— Ты все же его придержи.
К парню подбежала Катька:
— Вы случайно не видели здесь мальчика? Он вот такой, — она руками обрисовала овал, что, в ее понимании, означало Ромкину фигуру. — В общем, он не то чтобы толстый, но и не худой. Темненький такой и не очень высокий.
— Нет, не видел, — покачал головой парень. — Он что, заблудился?
— Это мы заблудились, никак не можем попасть туда, куда надо, — сказала Лешка и с недовольством покосилась на Катьку.
— Этот лес — не тайга, не пропадете, — усмехнулся незнакомец.
Прислушавшись, Лешка услышала далекий гул автомобиля. «Да отсюда до дороги рукой подать», — подумала она и слегка успокоилась. Может быть, пока они с Катькой петляли по лесу, Ромка давно вернулся к озеру и теперь, в свою очередь, разыскивает их?
А парень дернул плечом, поправил громоздкую ношу и размашистым шагом ушел от них по узкой тропинке.
— На озеро спешит, — поглядев ему вслед, сказал Артем.
— С чего ты взял? — удивилась Катька.
— А если к дороге, то пошел бы сюда. Вот видишь? — мальчик указал на еле заметную, заросшую травой колею. Он, как и Лешка, тоже слышал далекий автомобильный гул и тоже сразу понял, где они находятся. В отличие от Катьки — она недавно приехала к ним из Воронежа — Артем неплохо знал здешние места.
И снова они принялись искать полянку с пнем, березой и кустом шиповника.
Новые поиски продолжались минут десять, как вдруг Катька остановилась и уставилась на большой пень, торчащий из-под зеленых кустов.
— Боюсь утверждать, но вроде бы тот противный хорек выбежал отсюда, — прошептала
Продравшись сквозь густые заросли, Катька первая выскочила на полянку и громко ахнула. Лешка с Артемом подбежали к ней и тоже еле сдержали крик. Все трое увидели сверкающий белыми щербинами ствол небольшой осинки, а под ней — огромную лужу крови. От лужи в глубь леса тянулась цепочка кровавых следов, и траву вдоль них, словно ягоды, усеяли крупные алые зловещие капли.
От объявшего ее ужаса Лешка побледнела и покачнулась. Дик завизжал, уткнулся носом в следы и пропал за деревьями. Не помня как, Лешка тоже пробежала несколько метров да так и замерла.
На небольшой прогалине, откинув назад лобастую, с закрытыми глазами голову, лежала огромная серая собака. Вокруг нее, бешено мельтеша хвостом, как угорелый носился Дик.
— Не Ромка! — коротко выдохнула Лешка. — Господи, как я боялась, что это он! А это собака. Вся в крови. Как думаете, она жива?
Девочка кинулась к безжизненно лежащему животному, склонилась над ним, но Артем вдруг резко дернул ее за руку:
— Стой! Это не собака. Это волк! Волчица!
— Волчица? — опешила Лешка.
Катька заглянула через плечо подруги:
— Конечно, волчица. Видишь, серая какая. Недаром мне вчера ночью волки снились.
— А мы слышали волчий вой, — вспомнил Артем. — Скорее всего, это она и выла.
— Наверное, она на кого-то напала, и ее убили, — предположила Катька.
А вдали снова послышался автомобильный гул.
— Зачем ей подходить к дороге и нападать на людей, когда в лесу полно кабанов? — Лешка присела перед волчицей на корточки и дотронулась до черного кожаного носа. — Горячий совсем. Ей, наверное, очень плохо.
На веко зверя села огромная зеленая муха. Волчица моргнула, приоткрыла янтарный глаз, снова его закрыла, и в уголке его появилась влага.
— Она плачет, — прошептала Лешка, и ей стало ужасно жалко раненого зверя. Так жалко, что она чуть сама не заплакала. Она приподняла голову и с мольбой сказала: — Мы же не оставим ее здесь умирать, а?
Ее Дик, все так же виляя хвостом, лизнул окровавленный волчий бок.
— Но что мы можем поделать? А вдруг она нас укусит?! — воскликнула Катька.
— Не укусит, она просит о помощи!
— Но разве мы сможем дотащить ее до дома? Она же тяжелая!
— И Ромку надо искать, — горько вздохнула Лешка.
— А мы вот что сделаем. Вы побудете с Диком здесь, а я смотаюсь к озеру и спрошу у ребят, не видели ли они Ромку, и попробую ему оттуда позвонить, — сказал Артем. — И если с ним все в порядке, то, — он посмотрел на склонившуюся к зверю Лешку и вздохнул, — займемся волчицей. Можно, опять же, попросить баскетболистов отвезти ее к нам в поселок.