Волчонок
Шрифт:
– Пятнадцать секунд до стыковки.
Кружатся в обзорной сфере звезды: далекие, колючие. Надвигается выпуклый бок колоссальной туши лайнера. Вспыхивает пара огоньков – зеленый и красный. Все остальное погружено во тьму. Как тут отыскать место для стыковки? Но объемная схема «Огнедара» загружена в бортовые компьютеры десантных ботов, места стыковки отмечены, и пилоты безошибочно выводят «летучих жаб» в нужные точки.
Лязг металла, едва ощутимое содрогание корпуса.
– Есть стыковка!
– Приступить к вскрытию.
– Есть приступить
Двойная труба абордажного шлюза впилась, присосалась к жертве, обильно извергнув пену герметика. Когда пена затвердела, в трубе включился карусельный резак с тридцатью шестью плазменными головками. Гудение и вибрация были слышны даже в десантном отсеке, проникая сквозь обшивку бота. Страшно было представить, какой ад бушевал внутри стыковочной трубы. На вскрытие гражданского корабля, не оснащенного усиленной композитной броней, отводилось до двух минут. С «Огнедаром» справились за полторы.
– Есть вскрытие!
– Анализ атмосферы?
– Давление в норме. Кислород в норме. Опасные примеси не обнаружены.
– Средства личной защиты?
– Можно работать без средств защиты.
– Входите синхронно. Готовность десять секунд. Даю отсчет…
V
Курсанты ныряли в шлюз. Не было привычных криков декуриона: «Быстрей, не отставать! Шевелитесь, обезьяны!» Задача ясна, приказ отдан; под корсетом слова утратили цену. Момент входа опасней всего. Узкая труба, где можно двигаться лишь по одному, в затылок друг другу. Если у места проникновения либурнариев встретят опытные бойцы с мощными лучевиками – шлюз превратится в крематорий, а там и в братскую могилу.
Для страховки вперед запускали «крота». Обнаружив засаду, выжигали плацдарм гранатами. Сегодня обошлись без гранат. Коридор, куда выводила шлюзовая труба, был пуст. Авангард рассредоточился; занял круговую оборону, прикрывая товарищей, выскакивающих из шлюза.
– Вектор «нос» – чисто.
– Вектор «корма» – чисто.
Объемная схема возникла перед лицом Марка. Наехала, укрупнилась, высвечивая сектор.
– Наша задача: зачистить продольные коридоры C3 и C4, двигаясь по вектору «нос», и выйти к казино, на схеме – SD2. Первая декурия зачищает коридор C3, вторая – C4. По пути проверять все каюты. Обнаруженную ботву сгонять в казино. Задача ясна?
– Так точно!
– Встречаемся в казино. Контрольное время – семь минут.
Казино SD2 – промежуточный сборный пункт. Оттуда и из других сборных пунктов ботву погонят в трюм, где и запрут. Потом, после смены пилотов, захваченный лайнер проследует на базу ВКС Помпилии.
Дорогой, хотя изрядно вытертый ауропласт пружинил под ботинками. На потолке теплились «солнышки» холодной плазмы. Часть сбоила: плазма в «солнышках» нервно мерцала, меняя цвет. Два, словно испугавшись, вообще погасли при приближении либурнариев. Двери кают с золочеными номерами были утоплены в бархатистое покрытие стен. Местами покрытие уже начало крошиться от времени. Когда-то «Огнедар»,
Запертые двери без церемоний взламывали грави-отбойниками, вышибая замки. Вламывались внутрь. Пусто. Пусто. Пусто…
Первой встреченной на пути ботвой оказалась троица секьюрити в черной форме. Увидев либурнариев, они побросали на пол разрядники и дружно подняли руки.
– Не стреляйте! Мы сдаемся!
– Где пассажиры?! Отвечать!
Декурион ухватил за шиворот самого крутого на вид охранника. Встряхнул; у парня лязгнули зубы.
– Т-там… – охранник указал в сторону носа.
Капитан лайнера проделал за них работу? Согнал пассажиров в одно место, чтобы либурнариям было сподручнее? Марк едва не расхохотался. Рвение капитана забавляло. Надеется, это ему зачтется, и его оставят свободным?
– Курсант Тумидус!
– Я!
– Отвечаете за пленников. Следовать в середине группы.
– Есть конвоировать и следовать в середине!
Марк повел стволом «Универсала», демонстрируя ботве, что с ними будет в случае неповиновения.
– В колонну по одному! – скомандовал он. – Руки за спину.
– А… – заикнулся крутой охранник.
– Молчать! Смотреть в пол! Шаго-о-ом – арш!
Хлопки выбиваемых замков. Пустые каюты. Из одной либурнарии выволокли голую шлюху, визжащую громче сирены, и насмерть перепуганного старика. Из одежды на старике были наручники и шелковый шарф с бахромой. Под хохот курсантов сладкую парочку тоже перепоручили Марку. Шлюха спотыкалась на каждом шагу. Пришлось рявкнуть на нее, подражая обер-декуриону Горацию. Шлюха ойкнула, втянула голову в плечи и засеменила вперед.
– Что с нами будет? – причитала она, хлюпая носом.
Эту фразу шлюха повторяла, как заведенная.
На перекресток выскочил мужчина в атласных бриджах. При виде абордажной команды глаза его округлились. Мужчина развернулся, намереваясь дать деру, но опоздал. Парализующий разряд заставил его ткнуться носом в ауропласт и застыть без движения.
– Взяли! – приказал Марк двоим секьюрити. – Понесли.
И придал ускорение:
– Шевелись, ботва!
Они отставали от графика на сорок секунд.
Холл, украшенный лепниной. Двустворчатая дверь с вензелями. Из акуст-линз пела скрипка в сопровождении арфы. Доктор Туллий оценил бы. Музыке вторил звон монет и жетонов. Шуршание фишек, стук шарика рулетки, гул голосов…
«Они что, – удивился Марк, – не в курсе, что лайнер взят на абордаж? Капитан им не сообщил?! Впрочем, какая разница…»
Пассажиры, фланировавшие в холле с бокалами в руках, при виде либурнариев опрометью бросились в игорный зал. Беглецы толкали друг друга, расплескивая вино на дорогие костюмы.