Волчья степь

Сухоросов Михаил

Подняв глаза, я обнаружил, что Волк пристально разглядывает меня сквозь тонированные стекла очков, и все же решился спросить:

– А при чем же тут я?

Волк удовлетворенно кивнул:

– Наконец-то мы подходим к сути. Сам понимаешь, контакт с Запредельем лучше всего находят люди, обладающие паранормальными способностями - здесь их называют Силой. Мутанты, вроде меня или тебя. В какой-то мере само их существование находится в противоречии с привычными установками любой жесткой системы - опять же, с "естественным ходом вещей". И подсознательно человечество

всегда это чувствовало: отсюда и страх перед непонятным, и охота на ведьм… Даже здесь, в мире. где таких вот мутантов больше, чем где бы то ни было, Чародея воспринимают не как человека. Как защитника от напастей - да, как высшее существо - возможно, но не как человека. Сверхъестественное, непонятное всегда вызывало страх и враждебность.

– Извини, но давай конкретизируем. Итак, о проекте…

– Прости, немного отвлекся. Любимая мозоль… Так вот, Институт, само собой разумеется, ведет исследования в области паранормальных способностей и путей их развития.

– Я состоял в И-группе,- сообщил я.

– Знаю. Но это - только одна сторона медали. Другая - пресловутый проект "Изумруд",- он помолчал, потом снова вынул из кармана мой Камень.- Ты знаешь, что это такое, Михаил Ордынцев?
– и, не дожидаясь моих версий, объяснил жестко:

– Это тот самый микроскоп, которым при всем желании нельзя колоть орехи. В прикладном чародействе он ведь, по сути дела, бесполезен. Вот мы и подошли к сути проекта. Он заключался в поиске паранормальных мутантов с определенными способностями - в том числе, и отборе из И-групп - и соответствующей подготовке. В ход шли самые разнообразные методы: медикаменты, суггестия, в том числе, и стирание памяти… Людей, все это выдержавших и не ставших клиническими идиотами, единицы. Конкретно - не отсеялось и выжило при разработке проекта двадцать четыре человека, готовых к работе с Запредельем не только в рамках прикладных задач,- он усмехнулся.- При этом они вполне могли не ведать, что творят… Этическую сторону затрагивать не будем.

Гипотеза, конечно, зубодробительная. И, самое скверное, все это похоже на правду и многое объясняет - в частности, всеобщую охоту за мной…

– Ты хочешь сказать, я из этих двадцати четырех?- все эмоции, как ни странно, куда-то подевались, остался только неприятный, сосущий холодок под ложечкой. Волк медленно кивнул.

– А ты?

Еще один кивок:

– Только я первоначально был одним из разработчиков.

Я попробовал собрать воедино мысли, расползающиеся наподобие тараканов:

– Если по логике… Этот проект, как я понял, разрабатывался секретно. О нем стало известно - его тут же свернули. Тогда проще всего было спрятать все концы и уничтожить меня.

Он невесело усмехнулся:

– А зачем ломать дорогой механизм? Его можно законсервировать.

– Допустим… Ладно, ты хочешь, чтоб я с тобой работал. На чьей ты стороне?

– На своей,- жестко ответил он.

– Хм-м… А меня к чему приспособить хочешь?

– Приспособить - верное слово… Для начала вывести тебя из-под контроля…

– И взять под свой?

– Не без этого. Далее:

твои контакты с Запредельем. Ты побывал в таком месте… Это, насколько ты понимаешь, что-то вроде магнитной аномалии. Место.. ну, что ли, наибольшего соприкосновения с Запредельем. Ты знаешься с тамошними Силами. И можешь быть посредником.

– Чего ради?

– Того ради, что круги разошлись слишком широко… А еще - ради того, что если там не окажусь я, с теми Силами будут работать ваши люди или его возьмет под контроль Институт. А его, как и всякую обширную систему, раздирают внутренние противоречия…

– А твоя цель? Не историческая - лично твоя?

– Я привык мыслить глобальными категориями… Но в отношении тебя… Кстати, почему ты считаешь, что твоя вылазка в Ущелье была случайной?

Я в упор уставился на него:

– Ты что - просчитал все это заранее?!

Он тихо засмеялся:

– Я ведь пока еще не господь бог, я только учусь… Я просто позволил себе немного повлиять на твое решение. И, думаю, что даже без этого ты Ущелья бы не избежал - раньше ли, позже…

– Почему?

– Просчитать можно очень многое - например, твои реакции на определенные обстоятельства. Вот, наверно, и ответ на некоторые твои вопросы - почему ты оказался здесь, в частности.

– И почему же?- тупо осведомился я. Неужто я в самом деле такой примитив?

– Опять же, специфика твоей обработки в рамках проекта "Изумруд". Решили, что уничтожать тебя - не рационально, перебросили сюда, ты оказался в Ордене и занялся прикладными задачами. Но кто-то, наверно, сообразил, что вечно это продолжаться не может, и рано или поздно ты вспомнишь о своей… приспособленности.

Я помолчал, чувствуя, как к горлу подступает глухая злость, потом сквозь зубы, не узнавая своего голоса, тихо выдавил:

– А ты, значит, меня по прямому назначению использовать решил? Ключ от Запределья, да? Так вот, послушай теперь меня: ты тут красиво говорил, ничего не скажешь. Особенно насчет глобальных категорий. Так вот, я ими мыслить не умею и предпочитаю при своей маленькой этике и порядочности остаться. И кашлять я на все великие цели вместе с идеалами хотел!

Волк сей взрыв бессвязного негодования выслушал с легкой, чуть снисходительной усмешкой, потом качнулся в мою сторону:

– Это эмоции. А ни ты, ни я права на них не имеем. Постарайся до завтра перекипеть, и я к тебе за ответом приду. Подумай, расслабься… Я бы дал тебе больше времени, но от твоей эскапады в Ущелье круги чересчур широко разошлись,- он поднялся, сделал жест, словно отряхивая пыль с ладоней:

– Сигареты и коньяк пусть у тебя останутся. До завтра… разведчик.

Он притворил за собой дверь, а я щедрой рукой плеснул себе коньяка. Теоретически я сейчас должен напряженно обдумывать свое положение, но в голову только ругань и лезет. За ответом он завтра придет… Глобальные категории у него… С катушек он от большого ума соскочил, вот что я скажу. Комплекс Великого Инквизитора. Ну а я как то ни малейшего желания не испытываю кого бы то ни было "пасти жезлом железным"…