Волхв
Шрифт:
Да и без магии дел было много, к зиме следовало готовиться. Грибы собирать, сушить на солнце, из ягод варенье варить. Урожай на огороде стал поспевать. Картошка хорошая уродилась, крупная, одна к одной, правда, копать еще было рано.
Наступил август, и в один из его теплых дней он почувствовал, что рядом происходит что-то неправильное. Сначала Тихомир не поверил своему предчувствию, но потом оно получило материальное подтверждение. Сначала один из его деревянных стражей подал сигнал о том, что границу его владений нарушили, потом второй дал знак, что кто-то из людей проходит рядом.
Буров
Проще говоря, незнакомый ему человек в полном боевом снаряжении шел по его лесу. Причем было понятно, что пришел он сюда не за грибами, поскольку корзинки у него не было. Его автомат имел оптику, да еще глушитель, что говорило об очень серьезных намерениях, как и о том, что пришел он по его душу, поскольку больше людей здесь не имелось. Логика, правда, того, кто его послал, была непонятна. Прислали команду, она не справилась, направили одного? Правда, если это спец — профессиональный киллер, тогда все сходится. Но такие дорого стоят. Передвигался человек бесшумно, не торопясь, скользя от одного укрытия к другому, видно было, что навыки у него были отработаны от прежней службы. Не спешил, точно матерый зверь, шагал аккуратно, бесшумно.
Тихомиру даже стало на мгновение смешно. Вот движется большой мастер по убийству тихо и осторожно по лесу и не подозревает, что его давно уже обнаружили. Один по логике он не должен быть, где-то должна еще находиться группа зачистки. Впрочем, если это настоящий большой мастер, да еще привыкший работать одиночкой, то ему никто не нужен. И что с ним делать? Натравить на него змею? Так не получится, парень одет в высокие берцы, вся одежда добротная, плотная, такую змее не прокусить. Позвать кабана, так жалко секача, этот мастер с ним расправится без особых проблем, к тому же наверняка его предупредили о высокой звериной активности в этом районе леса. Получается, придется этого киллера ему самому упаковывать.
Буров вышел из огорода, зашел в дом, чтобы взять наручники, и пошел навстречу убийце. Не доходя метров сто, залег в лощине за густым кустом, недалеко от того места, где прятался в прошлый раз и стал ждать. Минуты через две он заметил, как качнулась ветка, потом рядом послышались чьи-то легкие шаги. Тихомир закрыл глаза, протянул мысленно к человеку руку, запустил ее в грудную клетку и крепко сжал сердце, не давая ему биться. Минуту, другую, и он услышал тихий стон и рядом с ним упал на землю киллер с гримасой боли, держась за сердце. Буров навалился на него, быстро стащил с него разгрузку, снял все оружие, которого оказалось немало
Потом, подумав, снял берцы, которые оказались как раз его размера, давно хотел такие, но они стоили больше его пенсии, а тут вот товарищ на дом принес. Не то что он очень сильно хотелось забрать обувь, но Буров понимал, что этот парень так просто не успокоится. Обязательно попробует напасть или еще как-то напакостить. А в лесу не очень-то походишь босыми ногами, значит, быстрее поймет, что стоит озаботиться своим выживанием, а не выполнением заказа. Не дойдет через мозги, дойдет через ноги. Все оружие и снаряжение он спрятал под кустом и стал ждать, когда киллер очнется.
Умереть вроде не должен, все-таки парень молодой, сердце здоровое, а он мышцу только слегка придавил: это как инфаркт, только шансов на полное восстановление гораздо больше. Минуты через три убийца открыл мутные глаза и недоуменно уставился на него, потом до него стало доходить, что произошло, он завозился, подергал руками и ногами, понял, что связан, поморщился и хмуро произнес:
— Я бы тебя кончил, да сердечко подвело.
— Конечно, — согласился с ним Тихомир. — Работа у тебя нервная, поэтому и мотор отказывает, пора переходить на работу в офисе, поле тебе, похоже, уже заказано.
— Некуда мне переходить, — фыркнул киллер. — Мне одна дорога на тот свет. Так что давай. Я готов. Как будешь убивать?
— Хороший день для убийства, тут ты прав, — согласился Буров. — А убить вариантов много, но дело в том, что я на себя твою кровь взять не могу. В этом нет ничего страшного, я могу просто тебя оставить связанным в лесу, думаю, дня на три тебя хватит, а потом не выдержишь, сам помрешь. Может и раньше, сам говоришь, сердце у тебя слабое. Есть еще вариант, муравейник тут рядом с большими рыжими муравьями, эти насекомые очень не любят, когда их дом разоряют, так что они за несколько часов тебя упокоят, а через неделю от тебя только кости останутся. Что выбираешь легкую и быструю смерть в муравейнике или помучаешься?
— Да пошел ты! — парень смачно выругался и плюнул в его сторону. — Делал я таких!
— Тут я с тобой согласен, — покивал Тихомир. — Делал и не раз, вон как аура перекручена, убийств так с двадцать на тебе.
— А больше сорока не хочешь? — презрительно усмехнулся киллер. — И тебя бы сделал, стал бы сорок седьмым, да мотор не выдержал.
— А я о чем? — Буров вытащил фляжку, выпил пару глотков воды. — Жить хочешь? Это я так, на всякий случай спрашиваю. Вдруг желание имеется еще по свету побродить?
— А если хочу, тогда что? — хрипло спросил парень с подозрением. Был он худощавый, желчный, близко посаженные глаза так и бегали по сторонам. — Что-то можешь предложить?
— Почему бы и нет! — улыбнулся Тихомир. — Скажешь, кто тебя послал, и свободен, только придется уйти несолоно хлебавши. Живу я в лесу, знать об этом никто не будет, свидетелей нет, так что соглашайся, для тебя очень выгодный вариант — жизнь за слово.
— А что я заказчику скажу? — поинтересовался киллер. — Мне же все равно что-то говорить придется.