Воля рода
Шрифт:
Мне же, а точнее, Тируму, это было только на руку.
В первом варианте, Тирум должен был дождаться, пока не лопнет ремень верблюжьей сбруи, придержать своего верблюда и «помочь» магу.
Мы же с пацанами должны были в это время затеять ссору, чтобы отвлечь внимание Десена.
Во втором варианте, Тирум должен был отстать от каравана – якобы поправляя сбрую или что-то ещё, ну а потом догнать наш караванчик и ударить мага в спину.
В этом случае, мне нужно было организовать заунывное
Третий вариант я придумал, заметив, что Тирум заскучал.
Согласно ему, бедуин должен был просто поравняться с магом и проломить ему висок, после чего помочь сбруе порваться – мол, несчастный случай.
– Но это всё одно и то же, – в какой-то момент возразил Тирум.
– Цель одна, условия разные, – не согласился я. – Смысл в том, чтобы быть готовым к любому повороту событий. Ведь если вы убьёте мага, что сделает Десен?
– Либо попытается убить меня, – Тирум пожал плечами, – либо дождётся Города и попытается избавиться от меня на подходе.
– Значит, нужно сделать так, чтобы на вас, уважаемый Тирум, никто не подумал.
– Десен всё равно на меня подумает, – нахмурился бедуин.
– Десен купец и торгаш, – я покачал головой. – В его понимании убивать просто так – бессмысленно. Если убил, то нужно обязательно взять хабар. А если все вещи мага, особенно его драгоценные магические амулеты, останутся на нём, то…
– Оставить амулеты? Они же под сотню золотом стоят!
– Вот именно! Разве ж убийца устоит перед таким сокровищем?
– Да никто не устоит!
Понадобилось полчаса настойчивых убеждений, чтобы до Тирума дошла концепция алиби и улик.
И самым сложным оказалось – убедить его не перерезать магу горло.
Так или иначе, спустя несколько часов жарких дебатов, проведённых исключительно шёпотом, мы пришли к консенсусу.
Я же за это время выпил три бурдюка с водой и съел уйму сухпайков. Желудок крутило, моментами доходило до острой рези, но я верил, что мой организм справится.
Поскольку полностью полагаться на Тирума было бы глупо, значит… значит мне нужен был план Б, В и даже Г.
Мне, конечно, не улыбалось строить эти интриги, и вообще, на душе было как-то паршиво, но умом я точно понимал две вещи.
Первое. Это работорговцы, и церемониться с ними будет только полностью отбитый пацифист.
Второе. За неимением гербовой, пишем на простой.
Нет у меня возможности решить проблему в честном поединке, просто нет.
Во-первых, состояние тела оставляет желать лучшего, а во-вторых, никто не будет со мной биться в честном поединке.
Один приказ ошейнику, и я буду корчиться от боли, пока сердце, не выдержав, не остановится.
К тому же, положиться мне не на кого.
Ханурики
Мелкие, несмотря на свою браваду про калаши да ПМ, так и остаются восьми-девятилетними пацанами.
Я убил своего первого врага в двадцать, оказавшись в безвыходной ситуации, и то целый месяц мучился совестью, и даже до сих пор на душе как-то тяжело. Так чего говорить о мальчишках?
Звена? Во-первых, девушка, во-вторых, она явно не в том состоянии. Хотя из всех рабов именно у неё может получиться мне помочь.
А заодно и себе.
Но это уже второй этап. Сейчас главное – избавиться от мага, который может чуять ложь и копаться в мозгах…
– Всё, – Тирум проговорил все три варианта без ошибок и чувствовал себя выпотрошенным и уставшим. – Иди к себе.
– Три удара хлыстом, – мне пришлось напомнить про нашу договоренность.
– Точно, – ухмыльнулся бедуин и взялся за хлыст.
Я только успел повернуться к нему спиной, как хлесткий удар кнута разорвал полуденный зной.
Вжик!
Вжик!
Вжик!
Тирум на самом деле поменял ко мне отношение, поскольку ударов я даже не почувствовал. Треск рвущегося балахона да, а касания хлыста – нет.
С трудом спрятав победную улыбку, я натянул на лицо маску боли и чуть ли не бегом отправился к краешку навеса.
– За что тебя?
– О чём вы так долго с ним говорили?
– Ещё один бурдюк с водой?
Стоило мне приблизиться к мальчишкам, как те тут же засыпали меня вопросами.
– Позже всё расскажу, – пообещал я и протянул Сёме мешочек с вялеными сухофруктами. – Воду пополам.
– У хануриков рожа поперёк треснет, – поморщился Сёма, а Эд согласно кивнул.
– Надо, парни, – я мог не объяснять пацанам свои мотивы, но это было как-то правильно, что ли? – Уж лучше мы поделимся с ними водой, чем они устроят нам какую-нибудь пакость.
– Ты их плохо знаешь, – покачал головой Сёма. – Посчитают за слабость.
– Это будет их проблемой, – я пожал плечами. – Я считаю, что люди заслуживают второго шанса.
– Ну да, ну да, – по-стариковски проворчал Сёма, а Эд неодобрительно покачал головой.
Я же подошёл к Хануру и протянул руку.
– Давай свой бурдюк.
– Зачем это? – меха Ханур использовал в качестве подушки и, судя по эмоциям, не горел желанием с ними разлучаться.
– Воды отолью, – мрачно бросил я. – Мы в одном положении, как-никак.
Ханур удивлённо похлопал глазами, но бурдюк всё же протянул.
Я аккуратно перелил в его меха половину воды и подмигнул рабу.
– Будешь слушать меня, будут бонусы. Решишь подставу устроить, будут штрафные санкции. Мы поняли друг друга?