Ворон

Фергус

– Этого никогда не случится. Нас больше.

Сир Ликос бросил взгляд со стены вниз, туда, где из ворот выходили последние ряды солдат под знамёнами де Солисов.

– Численность не имеет значения, - прошептал он.
– Недавно я видел сон.

– Это был кошмар?
– при упоминании о снах сочувствие вернулось. В вечернем солнце тени под глазами Беспалого казались глубже, чем днём.

– Моя сестра любит посплетничать, - ухмыльнулся сир Ликос.
– Или это был мой брат?

– Да у вас всё на лице написано.

– Что ж...

Его действительно можно назвать кошмаром, - Беспалый подался вперёд, по-прежнему глядя вниз, как будто не хотел смотреть в глаза Фенрису. Его лицо приняло отстутствующее выражение, голос понизился почти до неясного шёпота. Фенрису пришлось шагнуть ближе, чтобы расслышать его.
– Мне снилась земля, покрытая льдом. Растения, животные, люди погибли от холода, лишь немногие выжившие спрятались в искусственно обогреваемых местах. Страх царил повсюду. По земле бродили упыри, гули и неведомые мне твари, страшные демоны, порождения льда. Нигде нельзя было почувствовать себя в безопасности. И над всем этим ужасом царил король.

– Кто?
– неосознанно выкрикнул Фенрис, как будто видение сира Ликоса могло предсказать будущее.

– Это был не Скорпион. Но и не Тавр. Этот король сам был олицетворением ужаса. Я не смог разглядеть его лица, видел только чёрную фигуру на массивном троне и зубчатую корону на голове. Его глаза горели ненавистью ко всему живому...

– Это был всего лишь сон, - прошептал Фенрис. Почему тогда ему стало страшно?

Сир Ликос поднял на него глаза и невесело усмехнулся.

– Дело в том, что мои сны всегда сбываются. А значит, Тавр и Скорпион могут сколько угодно играть в войну. В конечном итоге они оба проиграют. И наступит Ледяной век.

Фенрис не стал спорить, лишь скептически поджал губы. Пусть Беспалые и колдуны, но сон - это всегда сон. А он предпочитал верить в реальность.

***

Последующие несколько недель прошли в ожидании вестей с поля боя. Войско сир Сервуса Уора благополучно добралось до княжества Арчер и соединилось с союзными войсками. Со дня на день они готовились вступить в битву с рыцарями д'Агри.

Фенрис всё это время был занят тем, что изучал всю доступную ему информацию о деятельности князя де Монтиума за последние несколько лет. Зацепиться пока что было не за что. Старик Каприкорнус всегда слыл высокомерным хитрецом, но ни в каких изменнических действиях замечен не был, разве что в не слишком почтительных речах в адрес королевского дома. Но ведь слова - всего лишь ветер. Де Монтиумы - самый древний род среди двенадцати, они вполне могут позволить себе излишек высокомерия.

Последние несколько лет Каприко занимался вполне мирными вещами. Например, пытался наладить торговые отношения со своим соседом, князем Ариесом д'Агни. Княжество де Монтиум - древнее, но бедное, и ему постоянно приходится как-то выкручиватся.

Со старшим сыном и наследником Каприко, Квинтом, Фенрис был знаком лично. Тот был всего на два года старше него. Неприятный молодой человек, но прекрасный рыцарь и блистательный турнирный боец.

Младшего сына Каприко, Брена, Фенрис никогда не видел. По слухам, тот учился у Беспалых, и Фенрис этим слухам верил. Де Монтиумы больше всего кичились своими магическими способностями, поэтому в каждом поколении должен был быть хоть один колдун.

Свободные часы Фенрис проводил вместе с Леей. Он был рад, что она счастлива с мужем, но всё же чувствовал неподобающее воодушевление каждый раз, когда Скорпион оставлял её ради дел. С каждым днём привязанность Фенриса к королеве становилась всё крепче. Он и сам не мог разобраться в своих чувствах. Иногда ему казалось, что она заменяет ему покинувших его Лео и Ламиана, а иногда - что он безнадёжно в неё влюблён.

Однажды вечером они играли в королевских покоях в гамбл - настольную игру, которую королева Изабо привезла с собой из Фарвеста. В игру входили два набора фишек разных достоинств, и основана она была на стратегии - та же война, только в уменьшенном размере. Леа была отличным игроком (сказывалась многолетняя практика), но и Фенрис не уступал ей, поэтому партии обычно сводились к ничьей. Вот и сейчас квадральоны противников были взаимно уничтожены, а их боевые львы заблокировали друг друга.

– Один неверный ход, Фенрис. Допусти всего одну ошибку, и я тебя размажу, - усмехнулась Леа, скользя цепким взглядом по игровой доске.

– Не дождётесь, ваше величество.

Скорпион был здесь же, разбирал бумаги и принимал посетителей. Последним из них был Каге Вор, королевский шпион. Он принёс сведения, собранные за неделю его многочисленными лазутчиками, разбросанными по княжествам. Когда он вошёл, Фенрис и Леа оторвались от игры и прислушались.

– Так ты говоришь, Вейлы и де Марисы ещё не выступили?
– недовольно проскрежетал король.
– Чего они ждут, я не понимаю! По плану они должны были уже давным-давно напасть на изменников!

На остроносом лице Каге застыло раболепное выражение. Впрочем, Фенрис был уверен, что это всего лишь маска. Лицо лучшего шпиона в королевстве могло изобразить всё, что угодно.

– Возможно, они собираются выступить со дня на день, - медленно предположил он, справедливо опасаясь вызвать королевское недовольство неосторожным словом.
– Мои люди говорят, что Вейлы уже собрали внушительное войско, которое так и просится в битву, а боевые корабли де Марисов уже стоят наготове в порту.

– Почему же тогда они медлят?
– проворчал Скорпион.

Тонкие брови Леи нахмурились. Фенрис и сам был недоволен известиями. По плану Вейлы должны были напасть на владения д'Агри, чтобы отвлечь часть их войска, а де Марисы - покончить с д'Акве. В самом деле, чего они ждут?

– Ну, ладно, а что там с княжеством де Монтиум?
– его величество решил сменить тему.
– По-прежнему нет никаких вестей?

– Никаких. Все люди, которых я туда посылал, пропали без вести. Но ведь теперь, я слышал, это забота Волчьего ордена, - Каге метнул в сторону Фенриса ехидный взгляд.