Ворон

Фергус

– Да.

Здесь Корвус соврал. Само по себе зеркало без хозяйки было для него бесполезно. Несмотря на родственные узы и наследственность, он не был чернокнижником. Вряд ли зеркало стало бы повиноваться ему.

– Хорошо, я скажу, - старуха закрыла глаза. Наверняка в глубине души она проклинала себя сейчас.
– Я отдала зеркало своей старшей внучке. Княжне Рин Грейс.

Корвус едва ощутимо вздрогнул. Несмотря на все прошедшие годы и пережитую смерть, он не забыл это имя.

– Очень хорошо, - он мягко отпустил горло женщины и попятился.
– Спасибо за покладистость, леди. Обещаю, с

вашей внучкой ничего не случиться.

Прежде чем она успела что-либо ответить, он свернул за угол и был таков. В одном из пустынных коридоров Корвус открыл окно, перекинулся в ворона и вылетел наружу. Хлопая чёрными крыльями, он помчался в сторону реки, туда, где оставил Гая.

Рин Грейс... Во время всего полёта мысли Корвуса вертелись вокруг этого имени. Они познакомились почти девять лет назад на кладбище, в день похорон её матери. В тот день она спасла его от голодной смерти.

Корвус попытался представить себе её лицо. Он помнил, что у неё были белокурые волосы и серые глаза, как у него, только темнее и с серебристым оттенком, но черты её лица ускользали из памяти, словно вода сквозь пальцы. Тогда, девять лет назад, она казалась ему бесконечно далёкой и недосягаемой, как и должна казаться княжеская дочь маленькому бродяжке. Мог ли он представить, что однажды, в погоне за собственным прошлым, ему снова придётся прибегнуть к её помощи?

Вряд ли она помнит его так же хорошо, как он её. Возможно, она вообще забыла его имя и тот эпизод на кладбище. Но всё равно Корвус был рад, что им доведётся встретиться снова.

Интересно будет посмотреть, насколько она изменилась.

Фенрис VII

Колокола главного солейского храма Триады зазвонили, возвещая наступление утра. Во всех домах распахнулись ставни, впуская птичий щебет и редкие лучи солнца, пробившиеся сквозь плотный занавес облаков. Улицы наполнились гомоном разносчиков, криками мелких лавочников, гнусавыми песнями нищих, в общем, обычной утреннеей суетой. Фенрис, потягиваясь, встал с постели.

На столе лежало развёрнутое письмо, которое он перечитывал вчера перед сном. Его прислала мама, она сообщала, что намерена заключить мир с Урбсом, и спрашивала его дозволения передать вольным городам часть земель княжества Грейс. Ещё она собиралась выдать девочек замуж, на что ей тоже требовалось разрешение Фенриса.

Фенрис написал в ответ, что она вольна поступать так, как ей будет угодно. Хоть ему и претила мысль об уступке земель и замужестве сестёр, сейчас было не самое подходящее время, чтобы думать об этом. Поэтому он решил во всём положиться на мамино мнение.

Расторопный паж принёс ему умыться, помог одеться и накрыл маленький стол к завтраку. Поев, Фенрис поспешил в большую тронную залу.

Здесь уже собрались все придворные. Фенрис встал рядом с главами Волчьего ордена: сиром Люпусом, сиром Ликосом, сиром Аргом и леди Люпой. Он немного опоздал, и церемония уже началась. Король с королевой восседали на тронах, а у ступенек их возвышения, преклонив колена, читал присягу юный Урсус Броккен, единственный сын сира Арга.

Пару дней назад этот парень с шипастой булавой на цепи, закреплённой за спиной, и единственной кожаной сумкой прибыл с гор Монтес, где учился у Беспалых, и теперь проходил посвящение в рыцари. Вчера вечером

в присутствии всего двора священник Триады прочитал ему наставления и оставил одного в храме на всю ночь. А утром начался заключительный этап церемонии.

Урсусу было шестнадцать, и Фенрис никак не мог определить, нравится ему этот парень или нет. Несмотря на юный возраст, Урсус казался заматеревшим мужчиной, наверно, благодаря внушительному телосложению, лохматой копне волос и ранней бороде на щеках. Его угрюмое лицо и хмурый вид производили отталкивающее впечатление, но Фенрис приписал угрюмость застенчивости.

"Он ещё так молод, - думал он, глядя, как парень старательно повторяет затверженные слова клятвы верности монарху.
– На четыре года младше меня. Наверняка ему очень неуютно в этом пышном дворце, среди разряженных придворных, тем более, он попал сюда впервые после шести лет среди диких гор".

Застенчивые люди часто замыкаются в себе и оттого кажутся окружающим высокомерными. Это Фенрис хорошо усвоил за то время, что вращался в придворных кругах.

Едва присяга закончилась, Скорпион поднялся с места и опустил лезвие меча плашмя на плечо Урсуса.

– Встаньте, сир Урсус Броккен!
– повелел он.
– Отныне вы рыцарь дома де Солисов. Служите с честью!

С этими словами его величество вручил Урсусу меч, специально заказанный к этому дню старшим сиром Броккеном у лучшего кузнеца в Солее. Несколько придворных, и Фенрис в их числе, подошли поздравить новоиспечённого рыцаря. Музыканты на галерее заиграли торжественную мелодию.

Всё это: музыка, нарядные придворные, богато украшенный зал - навеяло Фенрису воспоминания о том дне, когда он сам проходил посвящение в рыцари и читал присягу на том же самом месте, что и Урсус. Да, всё было точно так же: тот же зал, та же музыка, те же придворные, то же улыбающееся лицо Леи. Вот только присягу у него принимал его величество Леон XIII, а среди поздравлявших были Лео и Ламиан.

Фенрис помотал головой, отгоняя ностальгические видения. Лео мёртв, а Ламиан - враг. Они никогда больше не соберутся вместе в одном зале.

Король взмахнул рукой, распуская придворных. В зале остались только он сам с королевой, новоиспечённый рыцарь, его отец и главы Волчьего ордена, в том числе Фенрис. Все вместе они прошли в малую тронную залу, где был накрыт праздничный стол.

– Ну что, сир Урсус, расскажи нам сказку о горах Монтес, - предложил Скорпион, поднимая свой бокал. Он находился в весёлом расположении духа, потому что недавно его степные конники уничтожили большой отряд рыцарей д'Агри.

– Что вы хотите услышать, ваше величество?
– сир Урсус почтительно наклонил голову.

– Хм, ну расскажи о твоём посвящении. Говорят, это какой-то жуткий ритуал, - глаза короля сверкнули любопытством.

– Но я не могу, ваше величество. Это таинство, которое запрещено открывать непосвящённым.

Король гневно нахмурился, точно так же как и отец сира Урсуса, пристально следивший за тем, какое впечатление его единственный сын производит на монархов.

– Он прав, ваше величество, - быстро поддержал сир Ликос.
– Ни один Охотник никогда не расскажет вам о посвящении. Так повелевает наша богиня. Лучше расскажите о горах Монтес, сир Урсус. Там много мертвецов?