Ворон
Шрифт:
"А что, неплохая мысль, - подумал он.
– Урсус, конечно, младше меня, но четыре года - не такая уж большая разница среди рыцарей".
– Фенрис, расскажи мне о войне, - тихо попросил Урсус.
– Мы, кажется, воюем с князем Тавром д'Агри?
Фенрис едва не съехал с лошади.
– Ты что, не знаешь?!
– воскликнул он в изумлении. Последний год война занимала все его мысли, поэтому он даже представить себе не мог, что кто-то в Ланде ещё остаётся в неведении.
– Мы редко получали письма из дома, - насупился Урсус.
– Отец, конечно, рассказал мне, когда я вернулся о том, как прошла коронация,
– Король Тавр д'Агри, он короновал сам себя в прошлом травене, в один день со свадьбой королевы, - едко выплюнул Фенрис.
– И да, мы воюем.
– Так на чьей стороне перевес?
– Трудно сказать. Основные боевые действия ведутся на землях Арчеров, которые находятся практически на грани разорения. Недавно военачальники его величества выиграли несколько сражений, но рыцари Тавра захватили Холд, очень важную крепость, которая прикрывает дорогу на княжеский замок Арчеров. Что хуже всего, так это то, что в плен попал княжич Дукс, старший сын и наследник княгини Сагитты. Теперь в обмен на его жизнь она готова заключить с д'Агри перемирие.
– Это очень плохо, да?
– уточнил Урсус.
– Это крайне плохо. Теперь, если д'Агри не остановить, они беспрепятственно пройдут через княжество Арчер к границе Железных холмов. Радует только то, что в последних битвах у них полегло слишком много людей, а их лучший полководец, Ламиан д'Агри, зачем-то уехал на восток. Они не могут сейчас развернуть полноценного наступления.
– А что делают остальные князья? Которые поддержали короля с королевой?
– Дейнеры сражаются бок о бок с д'Аренэ и де Солисами. Де Марисы ещё прошлым летом должны были подняться на кораблях по Флюмену и напасть на изменника Пицеса д'Акве, но до сих пор этого не сделали. У них всё время какие-то отговорки: то погода не судоходная, то лёд на Флюмене, то травеньские грозы - уж не знаю, что они сейчас придумали, - Фенрис сердито сжал поводья.
– Вейлы вторглись на территорию д'Агри и отвлекают часть войска Тавра, но крайне вяло. Они уже полгода осаждают несколько жалких крепостей.
– Да, малоутешительные известия, - промямлил Урсус.
– А казалось бы, на стороне де Солисов перевес...
– Не всегда получается так, как кажется, - горько возразил Фенрис, прочувствовавший эту сентенцию на собственной шкуре.
– Де Виртутисы вообще не принимают участия в боях, поддерживают одним своим авторитетом. Д'Агни до прошлого месяца откупались от королевы золотом, но теперь вдруг отказались платить.
– Что? Почему?
– насторожился Урсус.
– Говорят, что деньги закончились, но это неправда. Овечники богаты, как тролли и гоблины в старых сказках. Боюсь, князь Ариес тоже замыслил измену.
– Он примкнул к д'Агри?
– Хвала богам, нет. Шпионы доносят, что у него не было никаких сношений с Тавром, - последнее обстоятельство мало утешало Фенриса. Золото д'Агни могло в конечном итоге стать на чаше весов решающим, и его очень волновало, кому же оно достанется.
– А княжество Грейс? Почему ты сам не воюешь, Фенрис?
Юный князь поморщился. Каждое напоминание о том, что он находится вдали от своих людей, вдали от всех боевых действий, терзающих многострадальное королевство, было болезненным.
– Княжество Грейс сейчас
– А сам я - приест Волчьего ордена. Король поручил мне разобраться с последним изменником - князем де Монтиумом.
– И как, разбираешься?
– если бы Урсус не был таким угрюмым и немногословным, Фенрису почудилась бы в его голосе насмешливая ухмылка.
– Все шпионы, которых мы туда посылали, как в воду канули, - с сожалением ответил он.
– Даже Беспалые.
Фенрис скрыл от Урсуса, насколько тревожила его эта ситуация. Беспалые были идеальными убийцами, они могли быстро и без шума выполнить практически любое задание, в чём Фенрис удостоверился за годы службы в Волчьем оредене и охоты на нежить. Так какая же сила таится в землях старого Каприко, что заставляет опасных убийц исчезать, словно неопытных оруженосцев?
За весь прошедший год только от одного следопыта, Вука, он получил весточку. Месяц назад Вук прислал письмо, в котором сообщил, что багополучно добрался до Горнего Гнезда, резиденции князей де Монтиум, а также что не видел по дороге ничего настораживающего и что князь Ариес д'Агни часто шлёт к Каприко своих послов по торговым вопросам. Последний пункт ещё более укрепил Фенриса в подозрении, что д'Агни замышляют предательство.
Но с тех пор прошёл месяц, и о следопыте не было ни слуху ни духу.
Вскоре они увидели высоченные бронзовые ворота главных копей. Сегодня они были заперты, хотя раньше, в более спокойные времена, их всегда оставляли распахнутыми настежь. Фенрис не стал водить Урсуса по всем рудникам и ограничился лишь показом главных копей, и то только верхнего их яруса, где металл очищали от примесей.
Закованные в кандалы тролли работали так же, как и всегда. Фенрис вспомнил тот день, когда впервые посетил рудники в свите его величества Леона XIII, когда впервые увидел троллей. Всё здесь казалось ему таким удивительным, ему почти жаль тогда было угрюмых рабов. Теперь же Фенрис привык к ним и перестал обращать на них внимания.
Но для Урсуса зрелище было внове. Фенрис с удивлением заметил, что тролли как будто пугают его, хотя он не раз должен был видеть их в горах Монтес. Урсус внимательно выслушал рассказ надсмотрщика о способах добычи руды и её обработки, задал несколько вопросов, но на предложение осмотреть рабов поближе ответил резким отказом. Когда же кто-то из троллей проходил слишком близко, он отводил глаза и шарахался в сторону.
Надсмотрщик накормил рыцарей пирогами, которые, по подозрению Фенриса, испекла одна из троллих, после чего они отправились в обратный путь. Ехали молча, Урсус казался ещё угрюмее, чем прежде. Фенрис гадал, что именно могло его расстроить, но не решился спрашивать. Тем более после долгих разговоров ему и самому хотелось побыть в тишине.
Уже смеркалось, по земле поползли тени. Унылое завывание ветра эхом отражалось от склонов холмов. Фенрис мечтал скорее вернуться во дворец и посидеть у камина с полной чашей вина.
Внезапно краем глаза он уловил движением. Не задумываясь, Фенрис выхватил меч и мгновением позже повернул голову. Какая-то тварь, скаля зубы, прыгнула на него сверху, с каменной кручи. Фенрис взмахнул мечом, тварь отскочила в сторону, но когтистая лапа успела полоснуть его лошадь по шее. Животное рухнуло наземь, придавливая ногу всадника.