Восход

Сиана Ди

— Ты им не рассказал? — прошипела я, оборачиваясь.

— Они мои пленники, отчитываться перед ними не собираюсь, — отрезал он.

— Идти к жрецу тоже? — хмуро напомнила, желая избавиться от его общества.

Убедившись, что все в сборе, мужчина у алтаря уже начал ритуал, склонившись над чашей. Он шептал слова заклятия, но Гевор пристроился в стороне, наблюдая за процессом.

— Я в этом ритуале не нужен. К тому же, мы выяснили, что нашей магии лучше не встречаться. Если б мне пришлось ее использовать, я бы не привел

тебя сюда.

— Так страшно испытывать ко мне чувства? — мстительно заметила я.

— А тебе? Ведь связь действует в обе стороны, Ферия.

В подтверждение слов, он притянул меня ближе, прижимая спиной к горячей груди. От разлившейся по телу волне тепла не спасла даже одежда. Меня незримыми нитями привязало к мужчине позади, от чего перехватило дыхание.

Сердце учащенно забилось, а в ушах зашумело, заглушая окрепший голос жреца. Пара минут ушла на восстановление минимального контроля над ситуацией. Я дернулась, попытавшись отстранится. Крепкие руки перехватили раньше, а ладони Гевора перешли с плеч на живот.

Чувствую, кожа покраснела, как и мое лицо.

— Отпусти, — сил хватило на тихий шепот, но Гевор услышал.

— Стой смирно, если не хочешь, чтобы я позволил большего.

— Чтобы связь между нами окрепла, ты хотел сказать? Не ты ли утверждал, что от нее надо избавиться? И сейчас делаешь все наоборот?

— Мы же выяснили, что нам ничего не грозит. Ты ведь не испытываешь ко мне теплых чувств, так что нечего бояться.

Услышав тихий, гневный рык, не сразу поняла, что он сорвался с моих губ. Ладони на талии потяжелели, предупреждая. Я замолчала, сосредоточившись на алтаре.

Жрец закончил читать заклятия и дал знак кивком. От стены отделился незамеченный страж. Он подошел к Бексолту, подхватив под плечо и потащил к алтарю. Южанин дернулся, высвобождая руку и приближаясь к жрецу самостоятельно.

Его ладонь вытянули над чашей и полоснули кинжалом. Тонкая струйка крови потекла в каменный сосуд, после Бексолта сменил Эссур.

— Зачем кровь? — напряглась я.

— Ею скрепили ритуал. Думали, что никто не сможет собрать всех правителей Альянсов живыми. Только так можно разорвать действие магии.

Не сказать, что наши отцы сильно просчитались. Никто другой бы и не смог. Только истинный наследник, которому благоволил мир и Хранитель его Силы.

Когда настала очередь брата, я подалась вперед, успев сделать шаг, но меня тотчас вернули обратно, обхватив еще крепче. Волны покалывания, сменяющиеся то теплом, то и вовсе накатывающим жаром, уже потеряли значение. Мой взгляд замер на алой нити крови Илана.

Он и не замечал, что с ним делают. Смотрел на Гевора, не отводя глаз. Словно между ними шел немой разговор. Лишь когда его повели обратно, брат встретился со мной взглядом и постарался приободрить, показывая, что он в порядке.

Видимо, от бывших наследников больше ничего не требовалось, так как их страж вызвал портал и по одному

вернул в камеры. На это время ритуал прервали, чтобы не вмешиваться в его магию. Лишь после жрец продолжил, вновь заведя тревожную песнь.

Женщины, наблюдавшие в стороне, вскрикнули, схватившись за виски, а после лишились сознания. Мужчины в их рядах подхватить не успели, повалившись следом. Подоспевшие стражи уберегли их от возможных травм.

Голос жреца нарастал. Я чувствовала волны магии, проходившие сквозь меня. Они не касались сознания, так как не находили вмешательства. Ко мне ритуал забвения не применяли. Меня защитила кровь рода, а правду долго и старательно скрывали.

Когда жрец смолк, в зал пригласили целителя. Он осмотрел приходящих в себя жителей и сообщил, что никто не пострадал. Тогда Гевор вышел в центр храма, повернувшись к наблюдавшим. Без его рук вмиг стало зябко и неуютно, но я прогнала прочь эти ощущения. Без Гевора мне хорошо и правильно.

Люди поняли без слов. Повалились на колени, виновато склонив головы. Единым вздохом прозвучали их слова:

— Простите нас, повелитель! — как один произнесли они, признавая власть Гевора. Своего истинного наследника.

— Народ не повинен в случившемся, — в голосе Гевора не было ни торжества, ни мягкости. Спокойствие, равнодушие и власть. — Возвращайтесь домой, а завтра передайте остальным, что ваш будущий император не держит зла. Больше народ не будет страдать, если признает меня.

Неустанно кланяясь, люди попятились к выходу, спеша скрыться с глаз вернувшегося правителя. Они боялись поверить в случившееся и все еще растеряны. На меня ни один из них взглянуть не решился.

— Ты убедилась, что теперь они все помнят? — спросил Гевор.

— Вполне.

— Признай меня, и я буду к тебе снисходителен. Позволю остаться со мной.

— В качестве кого, Гер? Жалкого напоминания о том, что сделал отец? Поучительным примером другим? Или объектом для язвительных фраз и издевок?

— Только от тебя зависит, как к тебе будут относиться.

— Ошибаешься. Ко мне отнесутся так, как позволишь ты.

Глаза Гевора сверкнули, заставив отступить. Мой ответ и упрямство его разозлили, от чего ощущение его Силы вновь начало давить, заставляя подчиниться.

— У тебя два варианта, Ферия. Либо ты присягнешь мне на верность во время коронации, либо станешь бесправной подчиненной.

Рабыней, то есть?

Нервы все же сдали, выплеснувшись в звонкую пощечину, оставившую алый след на щеке Гевора. Воспитание наследницы не позволяло терпеть подобные фразы в мой адрес. Отец всегда призирал рабство, даже к духорам относясь вежливо. Да, покровительственно, да в приказном характере, но никогда не унижая их, не ровняя с бесправными.

В ответ меня ударило Силой Гевора. Не устояв, упала на пол, ударившись коленями, но меня вмиг вздернули на ноги, сжимая до наливающихся синяков.