Восьмая горизонталь
Шрифт:
– Надо же… – покачал головой Петр Николаевич, выслушав Гурова. – Свинухов, значит… А по виду не скажешь.
И в этот момент Гуров понял, что он упустил и как можно еще усилить позицию. Он же собирался позвонить Свинухову! Теперь, после убийства Слонова, становилось очень важным узнать: был ли тот знаком с Хрюшей? Пользовался ли его букмекерскими услугами? Если некоторые предположения Гурова верны, то Хобот вполне мог быть одним из тех, кто решил сорвать куш в черном тотализаторе Свинухова, поставив на «выигрыш» Гаранина! Кстати, не менее важным делается вопрос, с какой формулировкой шли ставки. И позвонить
Пожалуй, стоило поторопиться. Гурову пришло в голову, что, уничтожив одного исполнителя, гипотетический заказчик может на этом не остановиться и убрать второго! С тем, чтобы надежно замести следы. Это было бы крайне нежелательно.
– Петр, дай-ка я твоим телефоном воспользуюсь, – сказал Гуров. – Позвоню этому свинскому отродью, появилась у меня одна мыслишка.
Генерал молча пододвинул Гурову городской телефон.
– Пожалуй, и я позвоню, – сказал Станислав. – Из нашего кабинета.
Орлов и Гуров с пониманием посмотрели на Крячко: все правильно, говорить со своим информатором принято без свидетелей.
«Отлично, – подумал Лев, набирая домашний номер Свинухова. – Ведем атаку с двух сторон: я – через Хрюшу, Стас – через свою внедренку у останкинцев. А Петр завтра на похоронах познакомится с внуком Таганцева, расспросит его кое о чем. С Хрюшей стоит слегка сблефовать. Заодно психологически прижать его, чтобы стал посговорчивей…»
…Сегодня Александр Андреевич Свинухов не стал наносить визитов к подруге Аленочке или подруге Оленьке, не то настроение, не до секса. Тут как бы самого не оттрахали по полной программе и в извращенной форме! Встреча и разговор с полковником Гуровым основательно выбили Хрюшу из колеи. Нервничал Александр Андреевич, и весьма основательно.
И потому коротал Хрюша этот майский вечер в обществе супруги Катеньки. В своей скромной пятикомнатной хибарке на двадцатом этаже жилого комплекса «Триумф», располагавшегося на углу Малой Филевской и Минской улиц, напротив станции метро «Филевский парк». Дома, знаете ли, и стены помогают, а от супруги Катеньки сексуальных домогательств ожидать не приходится. Вот и слава Аллаху!
Александр Андреевич налил себе в высокий стакан на три пальца джина «Гордон», разбавил охлажденным тоником. За последнее время Хрюша пристрастился к импортной можжевеловке. Из кухни доносились ароматы пекущегося пирога с индюшачьей печенкой и еще какой-то хитроумной снеди.
Супруга Катенька поехала крышей на кулинарии, готовила только сама, хоть могла нанять хоть трех домработниц или заказывать еду в ресторане. Тоже можно понять: заняться мадам было нечем, детьми чета Свинуховых не обзавелась. Разве что прогулять дважды в день собаку, породу которой Александр Андреевич никак не мог запомнить. Помнил только, что отдал за эту лысую уродину величиной с некрупную кошку восемь с полтиной штук зеленью. Сучку назвали Клеопатрой, оказалась собачонка такой же дурой и вздорной истеричкой, как хозяйка. И, прогуливай ее, не прогуливай, упорно гадила на ширазский ковер в гостиной. Настоящий, между прочим, ковер, не подделка какая-нибудь.
Так
Вот и осталась ей одна сфера деятельности – собственноручное изготовление всякой экзотической жратвы. Надо сказать, что выходило у нее вполне съедобно и даже вкусно, неплохой повар мог бы из супруги Катеньки получиться.
Только вот не хотелось сейчас Хрюше есть. Просто никакого аппетита не было!
Вяло пощелкивая «ленивчиком», Свинухов перебирал кабельные телеканалы. Ничего достойного внимания обнаружить не мог. Тут крутят американский триллер «ОНО явилось из болота», тут ток-шоу, от которого даже у Свинухова уши вяли, тут Ксюша Собчак со своей домашней похабелью…
Следующий щелчок вызвал на плоский экран «Панасоника» восходящую поп-звезду Николя. Пол звезды определить было затруднительно, нечто среднего рода, страшное, как ядерная война. Но, судя по тексту хита сезона, который исполняло существо, оно считало себя мужиком. Визгливый, непередаваемо противный фальцет Николя выводил: «Каждая вторая баба стерва! // Это не считая каждой первой!»
«Певец – дерьмо, – подумал Александр Андреевич, – а песня правильная!»
«По любви женился – с горя удавился! – Николя продолжал делиться своей точкой зрения на вопросы семьи и брака. – Эх! От большого горя удавился вскоре!»
Александр Андреевич тяжело вздохнул. На телефон, стоявший рядом, на столике, Хрюша смотрел, как на свернувшуюся в клубок гремучую змею. Точно трубка прямо сейчас поднимется, встанет на витом шнуре, бросится на него и вопьется ядовитыми зубами.
Его опасения оправдались: телефон призывно закурлыкал. Снимать трубку? Не снимать? Номер на определителе незнакомый, но явно не тот, что указан в визитке полковника Гурова, которую Лев Иванович ему вручил. А если это клиенты?
Еще бы номер был известным! Гуров и это предусмотрел, он допускал, что Свинухов может попытаться поиграть с ним в гибрид двух детских игр: «пряток» и «молчанки».
Свинухов, после недолгих колебаний, трубку снял. Пожалуй, даже если бы Хрюша точно знал, что это звонит Гуров, он поступил бы так же. Не хотелось Хрюше раздражать Льва Ивановича, побаивался он этого окаянного мента с внешностью английского аристократа. И правильно делал.
– Свинухов? – услышал Хрюша в трубке голос Гурова.
– Да, я, – обреченно откликнулся Александр Андреевич, с трудом подавив искушение тут же бросить трубку.
– Сейчас я тебя порадую интересным известием. Ты уже в курсе, что одного из твоих клиентов сегодня днем ухлопали? Сергея Слонова, Хобота. Очень грамотно положили из снайперской винтовки. Череп наполовину снесло. Как тебе новость, Хрюша?