Восстание
Шрифт:
Ну что ж, пришло время, когда старое должно уступить место новому. Глядя на оживлённых людей в зале и сравнивая их с теми разрисованными, изнеженными манекенами на острове Кодамы, Дэв размышлял о том, существует ли некая цикличная закономерность, в соответствии с которой космос нуждается время от времени в хорошей встряске, особенно когда цивилизация теряет тягу к познанию новых горизонтов и впадает в спокойное сытое прозябание, ведущее к моральному и духовному упадку.
Синклер, великолепно выглядящий в новеньком желтовато-коричневом мундире, беседовал с двумя гостями-дипломатами. С обоими Дэв
Лидер Конфедерации энергично жестикулировал, то и дело постукивая кулаком, что придавало словам дополнительную весомость. Даже не слыша, что он говорит, Дэв уверенно читал по его губам: «Многообразие. Спасение человечества заключено в нём, а не в железном законе косного, тупого управления с какой-то далекой, захолустной планеты».
Если судьба Эриду как свободного мира ещё только должна была решаться, то судьбу людей, запертых на Вавилоне, уже определили. Все синхроорбитальные сооружения переходили под юрисдикцию Эриду на следующей неделе, а те, кто изъявил желание перебраться на Землю или в какое-то другое место, получили разрешение на это. Уже прошли переговоры с губернатором Прэмом, представлявшим как ВОКОГ, так и Империю. Имперский дайхьо, Иоши Омигато, к несчастью, вспорол себе живот в традиционной манере вскоре после того, как вести о катастрофе в Библе достигли Вавилона.
Интересно, думал Дэв, что сильнее подкосило дайхьо – поражение на Эриду или потеря его корабля? Бывший «Токитукадзе», ныне «Орёл» – флагманский эсминец космического флота повстанцев, – с трудом перешёл на более высокую орбиту после мимолётного, но плодотворного участия в битве под Библом, и лишь через сорок часов аэрокосмолёт смог подойти к нему и снять команду вместе с сорока семью измученными пленниками. Немало потребуется времени, чтобы он снова взлетел. В течение всего периода переговоров повстанцы держали местонахождение «Орла» в глубокой тайне, делая вид, что он всё ещё является самым грозным оружием в их арсенале.
Боже, ведь нам нужны корабли, думал Дэв. Если мы не раздобудем их где-то, Империя втопчет нас в землю. Именно потребность в них стала сейчас для Конфедерации вопросом жизни и смерти. Впрочем, нужны были также уорстрайдеры, обученные солдаты, оружие, компьютеры, да всего не перечесть! Но корабли! Без контроля над космосом невозможен контроль над планетами, невозможна координация действий отдельных миров. Всё, чем располагали в данный момент повстанцы, это несколько «шаттлов», торговых посудин вроде «Сайко Мару» да бесполезной громадины, гордо названной «Орлом».
Погруженный в безрадостные мысли, Дэв вздрогнул от прикосновения чьей-то руки.
– Катя!
Она улыбнулась ему.
–
– Ничего особенного. Будь у нас флот из 500 кораблей, все проблемы решались бы легко и просто. А вообще-то я всего лишь размышляю. Куда мы идем? Куда я иду? Всё произошло так… внезапно.
Она рассмеялась.
– Месяц назад ты был имперским широ.
Он усмехнулся. Широ на нихонго означало «белый парень» и употреблялось в качестве расового эпитета.
– Что-то вроде этого.
Катя сделала глоток из бокала и огляделась.
– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Не знаю, как тебе, а мне здесь хорошо… как дома. Я делаю то, во что верю, вместе с теми, кому верю.
– И большего ты не просишь?
– Нет. А вот тебя спрошу: что ты сегодня делаешь?
Он удивлённо вскинул брови.
– Хочешь дать мне ещё один шанс?
– Мы могли бы попытаться. Только без взаимных обещаний. Раз уж оказались на одной стороне…
– Послушай, я, конечно, предпочитаю твою армию императорской. Ты намного симпатичнее.
– И снисходительнее…
– Да…
– А, вот вы где!
Они оба повернулись на голос подошедшего.
– Генерал Синклер! – обратился к нему Дэв. – Спасибо за приглашение.
– Чёрт побери, как же я мог не пригласить человека, который буквально спас меня и мою армию в битве на Редер Хилл.
Он перевёл взгляд на Катю.
– Вы уже разговаривали с ним?
– Ещё нет. Не было возможности.
– О чём речь?
– У меня есть для вас поручение, точнее, назначение. Конечно, если вы согласитесь.
Дэв поставил бокал на поднос и поднял глаза на генерала.
– Надеюсь, вы не собираетесь сделать из меня пирата? Я бы не хотел.
– Не совсем. Меня не будет несколько дней, улетаю на Новую Америку. Заседание Конгресса делегатов Конфедерации.
– Ваша Декларация? – с надеждой спросила Катя.
Синклер кивнул.
– Собираемся предложить её делегатам от 12 миров Шикидзу в качестве базового документа для отделения от Гегемонии. Если им понравится… ну что ж, это будет начало.
– В какой степени это касается нас?
Синклер усмехнулся.
– Сынок, Конфедерации потребуется любая помощь, которую нам могут предложить. Мы нуждаемся в друзьях, кем бы они ни были. А вас обоих я хочу назначить послами… от ксенофобов.
Дэв даже замигал от удивления.
– Вы хотите, чтобы мы представляли ксенофобов?
– Ну, они же не могут представлять себя сами. По крайней мере, пока.
– Вообще-то, ты будешь один, – добавила Катя смущённо. – Генерал предложил и мне, но я отказалась. Не думаю, что смогу.
– Для этой юной леди у меня припасено ещё кое-что, – сказал Синклер. – Надеюсь, нам удастся также установить дружеские отношения с ДалРиссами. Об этом она и будет говорить на Конгрессе.
События развивались слишком уж быстро. Дэв покачал головой:
– Не знаю, что и сказать.
– Скажи «да». И полетим на Новую Америку. Помоги нам возродить старую идею.
– Идею?
– Да, идею свободы.
Танцы прекратились, собравшиеся притихли, и в наступившей тишине Лорита Фишер снова запела «Гнездо надежды». То же волнение, которое он испытал в первый раз, слушая песню, охватило Дэва.