Восторг

Уорд Дж. Р.

Матиас улыбнулся ей, будто бы тоже проникся мгновенной симпатией. – Эм, слушай, я должен был встретиться здесь с другом, а он не пришел. Хотел позвонить ему и понял, что забыл чертов мобильный дома. Я могу воспользоваться местным телефоном?

Она оглянулась на своего товарища-по-латте. Парень прохаживался в задней части, около кофемашин, со скрещенными на груди руками, опущенным подбородком, будто он устроил себе небольшой перекур.

– Ага. Хорошо. Иди сюда.

Матиас шел за ней, оставаясь на территории посетителей,

подчеркивая свою хромоту. – Сначала мне нужно выяснить номер, потому что он был сохранен в телефонной книжке. Но не волнуйся. Звонок местный. Поверить не могу, что забыл свой телефон.

– С кем не бывает. – Она была взбудоражена, ее глаза порхали по нему и прочь, словно он был столь ярким, что невозможно было смотреть. – Но я должна набрать номер сама. Ты не можешь заходить сюда.

– Без проблем. – Когда она передела трубку через перегородку, он обхватил вещицу и медленно улыбнулся.

– Спасибо.

Еще больше волнения. Да так, что она смогла набрать номер только со второй попытки.

Матиас небрежно отвернулся и сделал вид, будто высматривал на входе «друга», когда до него донесся записанный голос, – Город и штат, пожалуйста.

– Колдвелл, Нью-Йорк. – Пауза. Ожидание, пока человек продолжит. – Да, номер Джеймса Херона.

Пока он дожидался номер, девушка взяла полотенце и прошлась по столешнице, сама естественность. Но она прислушивалась, ее брови с кольцами низко опустились.

– Х-Е-Р-О-Н, – произнес Матиас. – Как птица[41]. Имя – Джеймс.

Да ради бога, как будто много вариантов произношения чертового…

Служба 411 вернулась на линию. – К сожалению, у нас нет никого в Колдвелле с такой фамилией. Вы желаете поискать другое имя?

Ну, дерьмо. Но почему-то он не сильно удивился. Слишком просто. Недостаточно безопасно.

– Нет. Спасибо. – Матиас повернулся к официантке, возвращая трубку. – Невезуха. Нет в списке.

– Ты сказал «Херон»? – спросила девушка, вешая трубку. – Ты о парне, который умер?

Матиас сузил глаза… чего она не заметила, благодаря «Рэй Бэнам». – Вроде как. На самом деле, он брат моего друга. Они жили вместе. Телефон записан на Джима. Как я и сказал, я собирался здесь встретиться со своим приятелем, и, знаешь, поговорить об этом. Это ужасно, потерять кого-то столь близкого, и я переживаю из-за того, что сейчас твориться в его голове.

– О, боже, это так грустно. – Девушка переложила тряпку из руки в руку. – Мой дядя работал с ним… был на стройке, когда его ударило током. Только подумать, что его застрелили несколько дней спустя. То есть, как такое могло вообще случиться? Мне так жаль.

– Твой дядя знал Джима?

– Он управлял персоналом строительной компании, на которую работал.

Матиас сделал глубокий вдох, будто его охватило удушье. – Джим был отличным парнем… мы вместе прошли войну. – Он постучал набалдашником трости по перегородке. – Знаешь, как

это бывает.

Четыре… три… два… один…

– Слушай, а почему бы мне не позвонить своему дяде для тебя. Может, у него есть номер. Погоди.

Девушка, выскользнув из-за перегородки, замерла, а затем кивнула, будто выполняла святую миссию и была настроена совершить Правильный Поступок.

Ожидая ее возвращения, Матиас прислушался к совести на предмет возмущений этой манипуляцией.

Когда ничего не донеслось в ответ, его обеспокоило, как легко все прошло. Будто процесс лжи был привычен и несущественен, не важнее взмаха ресницами.

Барменша вернулась примерно через пять минут с номером, написанным на девчачьем стикере, не вяжущимся с ее прессингованным образом жесткой девчонки. – Я наберу его для тебя.

Вернувшись за стойку, она снова протянула ему трубку, и он слушал пиканье, пока она жала на кнопки.

Пип. Пип. Пип. Пип…

Нет голосовой почты. Нет ответа.

Он протянул ей трубку. – Никого дома.

Но, с другой стороны, какого ответа он добивался: он проснулся на могиле парня и сейчас ожидал, что Херон ответит на звонок? Далековато тянуться к AT&T[42] с глубины в шесть футов.

– Может, он уже в дороге?

– Может. – Матиас посмотрел на девушку на мгновение. – Спасибо тебе огромное. На самом деле.

– Не хочешь кофе? Пока ждешь.

– Я лучше заеду в дом. Реакции людей на трагедии… бывают забавными.

Она мрачно кивнула. – Мне очень жаль.

Это так. Абсолютная незнакомка искренне сожалела о том, через что он прошел.

Он внезапно подумал о Мэлс, которая тоже хотела ему помочь.

Милые люди. Хорошие люди. И его ненадежная память твердила, что ему не место в их компании.

– Спасибо, – хрипло сказал он, прежде чем уйти хромая.

***

Сорокакалиберный пистолет в правой руке Джима весил тридцать две унции, в его обойме было десять пуль и еще одна – в стволе.

Он держал оружие на уровне бедра, выходя из гаража. После беспорядка в душевой, Эдриан ушел подышать воздухом и прикупить продуктов, забрав свой Харлей, но оставив свой шлем. Пес был в безопасности в доме, отдыхал на кровати, купаясь в лучах солнца. А Джим занимался охраной.

Ты разве не видишь? Она во мне… и она берет верх.

Дерьмо.

По крайней мере, у него был вариант: один плюс у гаража – он располагался вдоль задней части фермерских угодий… а белый особняк с крыльцом и трубой из красного кирпича пустовал еще с тех пор, как он поселился здесь.

Никто не увидит. Но этого мало.

Запустив свободную руку в ботинок, он достал глушитель, который добавил стволу лишних десять унций[43] веса и изменил баланс, но Джим был привычен к такому оружию.