Вой

Юллем Евгений

— Ну и лексикон у вас, молодой человек. Да. Но только работать вы будете вместе. Как я и говорил, с вас толк только в паре.

— Мне совсем не улыбается работать с…

— С ней как женщиной или новичком?

— Второе. С первым, похоже, мы уже разобрались.

— Насчет новичка — ты не прав. Она много знает и умеет. Пусть не на твоем уровне — кстати, не знаю, какой он был там у тебя — но вполне достойном. Ты, по-моему, в этом уже убедился.

— Хорошо, это мы еще обсудим.

— У нее будет своя программа подготовки, и вот об этом

уже тебе знать совсем не обязательно. И свой небесный покровитель.

— Тоже интересно.

— Поумерь пока свой интерес.

— Тогда извольте выплатить деньги за мою поездку в Азию, — сказал я.

— Что??? — дед подпрыгнул на кресле и выпучил глаза так, как будто по его душу пришел святой Кондратий. — Ты сдурел?

— Как раз нет, — нагло заявил я. — Как мы там договаривались? С вас крыша и обучение, с меня — оказание уникальных, можно сказать даже полубожественных услуг. Так?

— Так, — кивнул дед. — И речь о возмездном оказании услуг не шла…

— Вы прекрасно знаете, что больших дураков чем идеалисты нет. И еще прекрасно знаете, что в неуемном идеализме я не замечен. В конце концов, те же идейные полицейские, блюдя или как там правильно, закон и порядок согласно внутренним установкам, получают жалованье. При этом они тоже под защитой государства, оно их обучает и тренирует, заботится о них. И платить не забывает, хотя бы премиальные за образцовое выполнение задания.

— Да ты его провалил, за что тебе платить? — попытался взбрыкнуть дед.

— Ага, то есть платить вы согласны? — оседомился я. — Как привлеченному специалисту со стороны. А то, что работу не получилось выполнить так, как вам хотелось и в результате этого я пострадал, практически стал инвалидом — это, вообще-то, вина работодателя, и она должна покрываться большими выплатами по страховке. Так что и эту сумму вы должны. Шах и мат.

— Наглец! — выпучил глаза Радомир.

— Нет, соблюдаю свои права и интересы. Раз вы от меня по гроб жизни не отстанете и будете время от времени пользоваться моими, а еще Марьиными услугами — извольте компенсировать расходы. Я считаю себя в статусе привлеченного специалиста, которого жадный работодатель не сообщив о всех рисках, бросил на убой. А так — задание по большому счету выполнено, часть сектантов уничтожена, один пленный, культ тоже распался ввиду отсутствия их религиозного фетиша. Я же стал частично монстром Безодни. И не говорите, что я этого не заслуживаю, а то я подумаю, что вам денег жалко.

— Наглец, — покачал головой он. — Нет, каков наглец!

— Итак? Что вы решили?

— Ладно, — махнул рукой Радомир. — Хочешь так — будет так. Дома проверишь счет. Но становиться наемником…

— Лучше, чем быть на жаловании или вообще работать за идею.

— Все, иди, — махнул он рукой. — Свободен!

— Как птица, — подхватил я и встал из кресла.

— Не совсем. Через пару дней у тебя будет новое задание. И у Марии — тоже. Раз ты так решил.

— Жду, — я сделал ему ручкой.

Глава 17

Бецкой

поморщился. Его джип, час пробиравшийся по дорогам, которые можно было назвать канавами с грязью наконец остановился у покосившийся избушки за старой ветхой изгородью. Осторожно, чтобы не испачкаться от грязных дверец, он попытался выйти из машины… и тут же поскользнулся на свином дерьме, вынудив его ухватиться за ту самую грязь. Щегольские туфли превратились в говнодавы. А все так хорошо начиналось…

…Бецкой вошел в здание концерна «Полярная ночь». Черный металлостеклянный небоскреб в форме магического кристалла резко контрастировал с окружающими зданиями, подавляя их своим величием и выбиваясь из застройки. И Бецкой знал, почему.

Пройдя через холл, он подошел к стойке охраны.

— Чем могу служить, господин…? — спросил местный секьюрити.

Граф окинул его взглядом. Местная охрана явно не бедствовала. Форма — ладно, хотя и здесь она была пошита явно у лучших портных Петербурга. А вот снаряжение… От магических амулетов-щитов до серийников последней модели на поясе — все выдавало то, что здесь на охране не экономят. И правильно делают — в любой фирме, которая занимается серьезными делами, охранники обычно обеспеченные люди.

— Граф Бецкой к графине Чернавиной.

— По какому вопросу? — спросил охранник.

— Мне назначено, — ушел от ответа Бецкой.

Охранник щелкнул парой клавиш на компьютере, отвернулся от Бецкого, наложив Полог Тишины, и сказал пару слов в гарнитуру. Затем утвердительно кивнул головой и опять повернулся к графу.

— Вам назначено. Можете проходить. Сдайте оружие и средства связи, если таковые имеются.

Бецкой про себя усмехнулся. Естественно, он так и собирался сделать. А отношение охраны к подобным предметам его вполне устраивало.

— Только смарт, — Бецкой вынул из кармана мобильник, который охранник сразу же убрал в ячейку за собой.

— Больше ничего? — спросил он.

— Нет. Но можете проверить.

Охранник молча скорчил гримасу и провел по нему сверху донизу ручным детектором.

— Проходите через рамку. Вам выделен сопровождающий, прошу четко соблюдать его распоряжения.

— Само собой, — кивнул Бецкой и шагнул в рамку детектора.

На выходе его ждал молчаливый охранник, копия первого.

— Идемте, господин граф, — проронил охранник и указал рукой на дверь скоростного лифта.

Они прошли к лифту, охранник нажал кнопку вызова и дверь распахнулась.

Бецкой, поморщившись, зашел в лифт. Не любил он эти достижения современных технологий. Но ничего не поделать — не пойдешь же до восьмидесятого этажа пешком?

Охранник провел ключ-картой около считывателя, двери закрылись и лифт со скоростью реактивного истребителя полетел вверх. Бецкой опять поморщился, чувствуя, как кишки протестуют против столь явного насилия над пожилым организмом. Особенно когда лифт остановился, а внутренности продолжали ехать.