Война Иллеарта
Шрифт:
— …падения великанов. Их было трое, братьев по рождению. Знамение конца. Теперь они служат Губителю Душ, Сердцу Сатаны.
Он снова остановился.
Спустя мгновение Корик сказал:
— Этого не может быть. Это невозможно. Великаны Прибрежья — это горбратья Страны.
Хоэркин не отвечал. Уставившись взглядом в бревна плота, он сидел подобно трупу. Но вскоре он заговорил снова.
— …служат Презирающему. Одного из них зовут Душераздиратель, другого — Кулак Сатаны, а третьего пока не величают.
Он еще раз
— Они трое — Опустошители.
Некоторое время вся миссия сохраняла молчание. Лорд Гирим и Лорд Шетра пытались принудить Хоэркина сказать еще что-то. Но он оставался за пределами их воздействия и молчал.
Наконец Лорд Шетра сказала Гириму:
— Как тебе его слова? Какой во всем этом ты видишь смысл?
— Я слышу правду, — сказал Лорд Гирим. — Знамение конца.
Корик сказал:
— Нет. Во имя Клятвы, это невозможно.
Лорд Гирим быстро ответил:
— В этих краях ваша Клятва бессильна.
Его укор был справедлив. Стражи Крови не остались безразличны к его словам. Корик больше ничего не сказал. Но Лорд Шетра проговорила:
— Я согласна с Кориком. Это выше моих возможностей поверить — думать, что Опустошитель может подчинить великана. Если сил а Презирающего так велика, то почему он не поработил великаном в прошлом?
Лорд Гирим ответил ей:
— Это правда, что Опустошители не достаточно могущественны. Но они не поддаются объяснению. И сейчас Лорд Фаул обладает могуществом Камня Иллеарт. Во время Старых Лордов было не так. Возможно, что Опустошители и Камень вместе…
— Гирим, мы говорим о великанах! Если к ним пришла такая беда, они могли бы послать нам весточку.
— Может быть, — сказал Лорд Гирим. — Смотря как это было сделано.
— Сделано?
— Смотря как они были предупреждены. Что произошло с ними?
— С ними? — сказала Лорд Шетра. — Задай более близкий вопрос. Что произошло с Хоэркином? Что произошло с нами?
— Это действия в духе Презирающего. Во время битвы у настволья Парящее — нам рассказывали — он навел такую порчу на Ллауру и ребенка Пьеттена, что они стали помогать разрушать то, что они любили.
— Они были использованы, чтобы завлекать в ловушку. Гирим, мы завлечены в ловушку!
Не дожидаясь ответа, она подскочила к корме плота, просунула посох между бревнами и начала свою песнь. Сила заструилась через железное дерево, сквозь дождь плот устремился к берегу. — Присоединяйся ко мне, — позвала она Лорда Гирима. — Нам надо спасаться бегством отсюда!
Лорд Гирим устало поднялся на ноги. — В битве у настволья Парящее ловушка была и без Ллауры и Пьеттена. Они не были необходимы, а были оставлены только для насмешки, из высокомерия. — Когда он говорил, дыхание у него в груди стеснилось. Мускулы на шее напрягались при каждом вдохе.
Стражи Крови тоже стали дышать с трудом.
Через несколько мгновений Гирим упал на колени, хватаясь
Дождь, который падал на реку, казалось, не вызывал ни звука.
Затем вохафт Хоэркин поднялся на ноги. С его губ сорвался стон боли. Звук был ужасен. Голова его откинулась назад, стон перерос в крик, стал пронзительным.
Это был тот же самый крик, что вызвал панику у ранихинов. Корик был первым из Стражей Крови, кто снова обрел свою силу. Он тут же сбросил вохафта с плота.
Хоэркин утонул как камень. Голос немедленно затих.
Но густота воздуха продолжала увеличиваться. Воздух сжимался вокруг миссии как кулак.
Лорд Гирим с трудом встал на ноги. И сказал, задыхаясь, Доару: Ты выбросил его огонь? Костер Хоэркина?
— Нет, — сказал Доар. — Он сам потух, когда я до него дотронулся.
— Клянусь Семью! — сказал Гирим. — Это ты! Страж Крови! А не ранихин! Эта злая сила чувствует тебя — чувствует могущество Клятвы! Страж Крови ничего не ответил. Клятва не была чем-то, что можно постичь или отвергнуть.
Но Лорд Шетра была удивлена. Ее сила уходила куда-то с плота.
По команде Корика четверо Стражей Крови взялись за шесты и начали толкать плот к северному берегу Теснистого Протока. Он хотел встретить нападение на земле, если это еще возможно. Поручив движение плота этим Стражам Крови, он призвал остальных на защиту Лордов. И в этот момент река взорвалась. В молчании вода взмыла вверх, завертела плот в воздухе, перевернула его.
После этого взрыва черное щупальце высунулось из воды. Извиваясь, оно скрутилось и обхватило Лорда Шетру.
Большая часть Стражей Крови нырнули сразу же при опрокидывании плота. Но Силла и Лорда Гирима накрыло плотом сверху.
С Преном и Туллом Корик поплыл к месту, где утащило Лорда Шетру.
Но черная вода делала их слепыми, они не смогли ничего увидеть, ничего найти. Казалось, у реки не было дна.
Корик принял решение. В его руках была миссия в Прибрежье. Тоном, не допускающим возражений, он приказал Стражам Крови выбираться из Теснистого Протока.
Вскоре он стоял на северном берегу на краю зарослей. С ним была большая часть Стражей Крови. Силл и Лорд Гирим были здесь же. Лорд не был ранен, Силл защитил его от падающего плота.
Ниже по реке двое Стражей Крови шестами подгоняли к берегу плот, в то время как двое других ныряли за припасами всей группы.
Не было никаких признаков Серрина и Лорда Шетры.
Гирим надрывно кашлял — он наглотался гнилой воды, — но усилием воли встал на ноги и, задыхаясь, произнес: «Спасите ее!»
Однако Стражи Крови не сделали никакого движения, чтобы повиноваться ему. Им была поручена миссия в Прибрежье, и они знали, что Серрин был еще жив. Он призвал бы их на помощь, если бы риск соответствовал цене, которую нужно было заплатить.