Война сердец
Шрифт:
Взяв бокал из матового стекла, она прошла в зал для приемов, где разодетая публика готовилась приветствовать почтенного юбиляра. На прием были приглашены голливудские звезды и известные финансисты, два представителя королевских семей Европы, а также члены семьи Саббатини и близкие друзья Сальваторе.
Мейя тщательно нарядилась по случаю торжества. На протяжении пяти лет она одевалась в костюмы от-кутюр. Сегодня на ней было платье цвета розовой фуксии. Благородный оттенок удачно подчеркивал ее белокурые от природы волосы и легкий загар. Молодая женщина
Мейя слегка вздрогнула и едва не пролила сок.
— Какого черта ты подкрадываешься ко мне? — гневно поинтересовалась она, бросая на него раздраженный взгляд.
— Ты сегодня очень изысканно выглядишь, Мейя, — произнес Джорджио, будто не слыша ее слов. Он придвинулся ближе, и его дыхание согрело ее шею. — М-м-м… Опять новые духи, да? Они тебе идут.
Мейя нахмурилась и отошла в сторону.
— Иди и общайся с друзьями, — посоветовала она. — Иначе все примутся сплетничать, увидев нас вместе. Я не хочу, чтобы репортеры породили очередную сенсацию.
Его улыбка была порочной, темно-карие глаза сверкнули.
— Пусть сплетничают. Неужели я не могу проводить время с женщиной, которая скоро станет моей бывшей женой? Кроме того, нам нужно кое-что обсудить.
Мейя поджала губы:
— Я не изменила свое решение по поводу виллы и отослала бумаги обратно твоему адвокату. Я не позволю тебе откупиться от меня единовременной выплатой определенной суммы. Ты прекрасно знаешь, чего я хочу.
— Я знаю, — подтвердил Джорджио, беря бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта. Сделав большой глоток, он прибавил: — Но дело в том, что я хочу оставить эту виллу себе.
Мейя посмотрела на него с опаской:
— Но вдвоем мы не сможем ею владеть, верно?
Он направил на нее решительный и жгучий взгляд:
— Я кое-что придумал. Я хочу, чтобы в течение следующих двенадцати месяцев вилла оставалась без изменений и перестроек.
Она нахмурилась:
— А после?
Джорджио отпил еще шампанского, медленно его смакуя. Он намеренно затягивал ответ, заставляя Мейю почувствовать себя беспомощной и незначительной.
— После, если ты по-прежнему будешь стремиться получить виллу, тебе придется выкупить ее у моей семьи, — закончил он.
Мейя закатила глаза:
— Ах, помилуй!
— В чем дело, Мейя? — спросил Джорджио. — Я буду выплачивать тебе такое огромное содержание, что ты сможешь купить десять вилл.
Она отодвинулась от него:
— Мне не нужны твои дурацкие деньги.
Желая поскорее убежать от любопытных взглядов гостей, Мейя выскользнула на балкон. Она не ожидала, что Джорджио последует за ней, но, прежде чем она успела закрыть балконную дверь, он оказался рядом.
— Почему ты так упорствуешь? — поинтересовался Джорджио, прислонившись к двери.
— Разве я упорствую? — возмутилась она. — Именно ты прислал мне на подпись кипу юридических документов толщиной в две телефонные
Джорджио задумчиво наморщил лоб:
— Мне необходимо защитить интересы акционеров и инвесторов. Не принимай это на свой счет. Бизнес требует точности.
Мейя поставила бокал с соком на подставку для цветочных горшков, поскольку боялась выронить его.
— О да, тебя интересует только бизнес. Наш брак был обыкновенной деловой сделкой. Единственная проблема заключалась в том, что я не поставила обещанный товар.
— Что ты хочешь этим сказать? — Его голос стал твердым, а взгляд напоминал кинжал.
Мейя опустила глаза и прерывисто выдохнула:
— Ты знаешь, что я имею в виду, Джорджио.
Наступило продолжительное молчание.
— Я очень хотел, чтобы наш брак стал счастливым, Мейя, — тихо сказал он. — Но мы оба сделали друг друга несчастными.
Она посмотрела на него со страдальческим видом:
— Ты ничего не понял, да?
— Что я должен понимать? — спросил Джорджио, повышая голос от волнения. — Мы были женаты пять лет, Мейя. Я знаю, что порой тебе было нелегко. И мне было нелегко видеть, как ты… — Он не закончил фразу и, отойдя от балконной двери, осушил свой бокал.
Мейя посмотрела на напряженную спину Джорджио и поняла, что он эмоционально отстраняется от нее, как случалось всегда, если они спорили. Он отказывался говорить о потерях, которые они пережили. У нее складывалось ощущение, что Джорджио принципиально не желает прислушиваться к знакам судьбы: каждый ее выкидыш будто говорил о том, что в их отношениях что-то складывается не так. А Мейя очень хотела поговорить с ним о каждом из потерянных детей, которым заранее придумывала имена. Она желала поделиться с мужем утраченными надеждами и мечтами.
Джорджио ненавидел неудачи. Он был безжалостным бизнесменом, которого безмерно раздражали поражения в том или ином виде. Джорджио Саббатини устраивал только успех — как в свое время его деда и покойного отца, которые создали всемирную сеть роскошных отелей, не имеющую себе равных. Он всегда жаждал одного — получить результат — и не останавливался ни перед чем, чтобы добиться своего.
Джорджио решил, что Мейя станет для него идеальной женой: образованная, уравновешенная, красивая, молодая и здоровая. Но она не смогла стать настоящей женой Саббатини. Она не произвела на свет наследников династии, и члены семьи Джорджио стали смотреть на нее с жалостью и разочарованием…
Джорджио поставил бокал на стол из кованого железа, а затем повернулся к Мейе.
— Мой дедушка умирает, — проговорил он тихо и очень серьезно. — Он сказал мне об этом сегодня утром. Ему осталось жить месяц или два, не более. Об этом пока никто не знает.
У Мейи заныло сердце.
— О, нет…
Джорджио с трудом сглотнул, у него дернулся кадык.
— Вот почему он настаивал, чтобы сегодня вся семья была в сборе. Дед пожелал устроить большой праздник. Он не хочет ничьей жалости. Через пару недель он обо всем расскажет всей семье.