Война
Шрифт:
Рыжуха кивнула:
— Я поняла, господин архканцлер.
Шутейник взглянул на нее с одобрительной улыбкой. Бывшая воровка, прошедшая школу нораторских улиц, в джунглях Варлойна чувствовала себя комфортно, как большая хищница, скажем, пума.
— Я мог бы разнести весть среди хоггов, — предложил гаер. — Это будет быстро…
— Пока — нет. Затем — несомненно. Ты будешь моим посредником в переговорах с дюками и простыми хоггами. Но пока — молчи. И среди хоггов есть длинные языки.
На его совином
Брат Литон оживленно встал, прошелся по кабинету, остановился подле Законного свода и обернулся ко мне.
— Смогу ли я, наконец, прочесть свою проповедь о новой церкви, новой вере? — спросил с надеждой.
— Да, но не раньше, чем мы подготовимся к войне. Я сам выберу время, и мы все подготовим. Полагаю, речь ваша будет произнесена сразу после моей коронации. Но ни речь, ни реформа церкви не снимают с вас пока обязанности казначея!
Он покорно кивнул. Вздернул голову, прищурился.
— Должен заметить, ваше сиятельство… что высший клир будет на стороне Варвеста!
— Да, конечно. Именно поэтому ваша реформа придется кстати. Мы сделаем нашу церковь автономной… — как в старой Германии и Англии, едва не добавил. — Мы полностью устраним влияние понтифика Адоры и уберем внутренних врагов в лице высшего клира. Я поговорю с вами об этом отдельно, брат Литон. Все высшие чины Церкви Ашара в Санкструме будут… Впрочем, мы поговорим об этом с глазу на глаз. Церковная реформа будет проведена жестко и быстро.
— Мои сподвижники постоянно прибывают в Норатор, — смиренно заметил Литон.
Уже не в первый раз говорит о сподвижниках…
— Как много их уже в Нораторе?
— Более пятисот, господин архканцлер. Они проявляют нетерпение…
Вот так, незаметно, подталкивает меня Литон к тому, чтобы дал ему возможность выступить с проповедью… Средневековый манипулятор!
— Все — братья?
— Не только монахи. Есть и деятельное крестьянство, и бывшие разоренные купцы. Есть и дворяне. Светлая идея ведет их… Свет Ашара сияет перед ними даже в ночи!
— Все вооружены?
Он прикусил губу, сказал дипломатично, чуть скривившись:
— Оружие имеется у многих. Однако…
— Я выделю деньги на его закупку.
Боится и не хочет крови, как истинный гуманист, однако понимает — что крови быть, что великие реформы вряд ли проходят бескровно… И — безусловно готов к крови, ради высшей идеи — готов. Фанатик, дистиллированный фанатик. Но именно такой фанатик нужен мне и понадобится впредь, когда я поставлю его во главе Церкви Ашара взамен кардинала Омеди Бейдара.
— Хорошо. Ваши люди потребуются во время и после коронации. Заранее выделите начальников, разбейте по ротам. До, во время и после моей коронации в городе могут начаться беспорядки. Ваши отряды, брат Литон, сыграют
Он кивнул еще более смиренно.
В глазах Амары стояла такая пронзительная смесь жалости и какой-то безысходности, что мне стало скверно. Нет, она верила в меня, но, кажется, полагала, что на сей раз милый ее господин влип по крупному, влип так, что выход у него будет лишь один — на плаху. Скажу больше: она была в этом уверена.
А вот черта с два я продую, подумал с внезапным азартом. Не дамся. Не проиграю. Буду крутиться, буду работать, грызть землю, камень и железо буду, но не проиграю! Не для того меня сюда призвали, не для того я столько пережил, чтобы в конце пути просадить за так целую империю.
Брат Литон опустился на стул, я же прошел к Законному своду и водрузил на него длань. Показалось, что сквозь страницы ощущаю биения веков…
— Теперь я спрошу один единственный раз: все ли твердо уверены, что встанете под мои знамена? Дорога со мной — дорога в один конец. К победе. — Или на плаху.
Но вслух я этого не сказал.
Они были уверены.
Они принесли мне клятвы верности. Искренние клятвы искренней верности.
Мы занялись делом.
Часть вечера и ночи я посвятил чтению Законного свода. Как и раньше, я нашел там много интересного. В том числе, я нашел в Законном своде тех, кто мог удовлетворить мой кадровый голод.
Я отыскал в Законном своде Адженду.
Глава 12-13
Глава двенадцатая
Утро явилось вместе с головной болью. Сорок лет — не двадцать, капитальные возлияния даром не проходят.
Я прихватил пустую винную бутылку темного стекла, налил обыкновенной воды и отпил глоток. Неплохо!
Амара была предупреждена с вечера и ждала меня внизу.
— Завтрак? — спросила для проформы, хотя по опыту понимала — какой там завтрак, сначала господину архканцлеру и наследнику престола следует прийти в себя.
— Бу, — сказал я. Она покачала головой.
— Уверен, что выдержишь? — спросила встревожено.
— Не маленький, — сказал я. — Тем более, мы давно собирались.
Она взглянула на меня с легкой улыбкой:
— Это поможет тебе размяться. У тебя давно этого не было.
— Уточню: у меня этого никогда не было.
Улыбка потерялась в уголках ее рта.
— Все бывает впервые. Не бойся, я буду тебя направлять. Ты надел ботинки с каблуками? Без каблуков в стременах не будет толку.
Итак, вместе с восьмеркой Алых мы отправились к дворцовым конюшням. Я решил стать мобильным. Хватит постоянно ездить в карете. Это все равно что раскатывать на такси, имея под рукой собственный автомобиль — лошадь.