Война
Шрифт:
Прекрасно. Все купеческие корабли будут изъяты под предлогом борьбы с чумой и в кратчайшие сроки перестроены под военные нужды. Вот он — флот, о котором я говорил.
На траверзе бухты виднелось еще четыре корабля — они не успели войти в бухту перед тем, как люди Кроттербоуна ее перегородили. Велик искус впустить и их, но — довольствуюсь теми судами, что уже имеются. А тем, что снаружи — велю убираться. Заодно они распустят слухи, что в порту Норатора натуральная чума. Варвест трижды подумает, прежде чем высаживаться в моей столице или, по крайней мере, высаживаться в действующем порту. Хм-м… это идея: заманить его для высадки в старый порт, и… Но эту
Гицорген, когда очнется, будет по мне тосковать и плакать и даже, возможно, призывать, громко выкликая мое имя. Но мадам Гелена — она оценила мой потенциал и слушается теперь с полуслова — скажет, что господин архканцлер отбыл по срочному делу неизвестно куда. В дальнейшем я постараюсь избегать встреч с бароном, хотя он, конечно, будет прорываться и в конце концов прорвется, и тогда придется выдумать новый способ его нейтрализации.
Я приблизился к краю площади, всмотрелся в корабли, в маслянистую грязную воду. Труп несчастного казался мне куклой. Покойник сыграл свою роль, надо приказать, чтобы его похоронили по-человечески.
— Значит, из управы не пытались вырваться с боем?
Шутейник отрицательно хмыкнул. Происходящее наполняло его вены адреналином, душу — азартом, а вот я чувствовал головную боль и усталость, и очень мне хотелось прилечь рядом с этим покойником и уснуть.
— Анира дважды пыталась выйти, как уже доложил, вопила что-то, но Ричентер не пропустил. Была истерика. Крики. Она даже плевалась.
— О! — У кого-то здорово сдали нервы.
— Выходил генерал Зерт. Рычал как медведь. Ричентер не пропустил. Зерт покраснел, думали, лопнет, как гриб-вонючка. Ладушки-воробушки, они там, в управе, гудят, как в улье, жала точат! Мастер волк — сдаваться на карантин они не намерены, это я вам точно скажу! Если вы не решите дело миром… Бойня будет. Хотя… лучше бойня, чище будет Санкструм!
Я передернул плечами. Бойни я надеюсь избежать. Я затем и явился, чтобы было как можно меньше насилия. Нет, насилие будет — но, скорее, психологическое. Это я люблю и умею.
Пока я разглядывал труп, застывший в неуклюжей позе, словно из ниоткуда вынырнул брат Литон. За ним буксиром плыли трое в монашеских латаных рясах — лишенные сана за ересь священники, его соратники, которыми уже наполнен Норатор. Брат Литон доложил скороговоркой, даже не глядя в список, трубкой заткнутый за нищенский пояс-веревку с двумя лохматыми концами:
— Рабочие уже в пакгаузах на карантине. Всего в порту двадцать восемь кораблей крупных, шесть малых, восемь ялов буксировочных, весельных лодок мелких не считал! Товары в пакгаузах Гильдии все еще пересчитываем!
— Тут есть корабли из Адоры или Рендора? Из малых королевств? — спросил я.
Он постучал пальцами по списку; тыльная сторона кисти была вся в чернильных пятнах.
— Три из Нортуберга, два из Флаэгри, из Адоры и Рендора — по одному. Все они работают с Гильдией, на ее условиях, привезли или увозят товары…
Двадцать один корабль Гильдии в моем распоряжении. Ну и корабли Адоры и Рендора я тоже конфискую. А вот малые королевства мне не враги, более того…
— Корабли из Нортуберга и Флаэгри не трогать. Команды в пакгаузы не сгонять. Обеспечить всем необходимым. Обходиться вежливо.
Он кивнул, не задавая вопросов. Идеальный исполнитель моих распоряжений. Завтра новый комендант порта из Алых сгонит всех матросов в пакгаузы, а на опустевшие суда Гильдии и вражеских стран войдут мои люди. Кроттербоун переманит часть моряков Гильдии на мою сторону — без этого никак, без этого я не
Мы приблизились к управе, и тут я увидел, насколько хорошо сработали Алые и солдаты Бернхотта. Все было так, как я хотел: они разбили армию Морской Гильдии на несколько разобщенных групп. Лица солдат Гильдии были хмуры и растеряны. Основное начальство засело в управе, и, видимо, не могло решиться отдать приказ на обострение. Пока не могло.
Я протиснулся к самому крыльцу, состоящему из пяти каменных высоких ступеней. Старался ни с кем не встречаться взглядом, по возможности сохраняя инкогнито. Анира Най сама запечатала себя в ловушку. Конечно, узнав о возможном карантине, о внезапном захвате таможенного двора, первым делом она — и вся управленческая верхушка — ринулась в управу спасать свой бизнес, свое влияние, свое золото. Здесь, в управе, находились оборотная и общая кассы, и вся бухгалтерия Гильдии и порта. Карантин вообще показался Анире абсурдом, каким-то хитрым трюком, ведь никакого черного мора не существовало. Бедная, она не знала, что действует согласно моей программе.
Высокие трехстворчатые двери — запертые, разумеется — находились под охраной двух десятков солдат Гильдии. Это были преторианцы Гильдии — кровь с молоком, умелые головорезы. И оружие, и доспехи — наилучшего качества. За стеклами пыльных окон виднелись размытые лица работников Гильдии. В каждом окне трех этажей виднелись эти лица — испуганные, не понимающие, растерянные.
Я протиснулся к плотному оцеплению Алых, отыскал лейтенанта Ричентера и успел перемолвиться с ним только парой слов, как скрипнули двери, и на крыльцо быстрым шагом вышел пузатый немолодой блондин в серебряном нагруднике. За ним явился Ревинзер — седоволосый старый чародей из Простых, в сопровождении двоих анемичного вида мужчин в неброских серых кафтанах.
Ричентер шепнул мне на ухо:
— Генерал Зерт.
Генерал Зерт встряхнулся, как бойцовый петух, нагрудник из серебряных пластин, скрепленных кожаными пряжками, застонал, просел на уровне живота, когда его обладатель набрал воздуха в грудь. Я знал, что сейчас последует.
Генерал крикнул, тряхнув багровыми щеками:
— Пропустите нас! Это… приказ! Выпустите из порта госпожу Аниру Най со свитой!
За Ревинзером показались еще люди, солдаты в полном вооружении — стальные нагрудники, кольчужные рубахи и кожаные шлемы; нет копий и арбалетов, только мечи. Ну а Алые предусмотрительно вооружены алебардами, которыми — я уже знаю от Амары! — можно нашинковать любого мечника, вскрыть любые доспехи. Особенно алебарда любит лицо и шею… Пока мечник будет возиться со своей железкой, копейное острие алебарды клюнет его в глаз.
В глубине управы мелькнули светлые локоны… Госпожа Анира!
Бернхотт стоял неподалеку, рявкнул хриплым, надсаженным с утра голосом:
— Никак не можно! Карантин! Строгий приказ! Ни войти, ни выйти из порта никак не можно! И все кто вошел…
— Третий раз уже за сегодня выйти хотят, шалуны, — молвил Ричентер с насмешкой и крикнул зычно: — Карантин! Карантин! Высочайший приказ! Бросайте оружие, кончайте безобразие!
Генерал Зерт выругался, нервы его, как видно, было на исходе. Анира что-то выкрикнула из глубины прихожей. Да, верхушка Гильдии впервые попала в положение… Как бы его назвать помягче… Никогда еще главы столь сильной организации сами, добровольно не влезали так глубоко в драконью задницу.