Вождь
Шрифт:
— Итак, ты даешь слово — слово хонестори, гражданки Империи, и даже патрицианки — что ты будешь молчать?
— Да, — кивнула судебный исполнитель.
— Помни, рабынь убивают, когда они обманывают! — пригрозила Янина.
— Идем, — приказал гладиатор, поворачиваясь к двери. — Смелее, Геруна, опусти плечи.
Помни, что ты не свободная женщина, а рабыня.
Геруна, принцесса Дризриакская, сестра Ортога, выпрямилась и подняла голову, приняв горделивую позу.
— Как она прекрасна! — воскликнула Янина.
Гладиатор
— Вперед! — скомандовал он.
Группа покинула комнату. Янина, которая выходила последней, выключила свет.
Глава 13
— Здесь все тихо, — радостно прошептала Янина.
Судебный исполнитель стояла на четвереньках на песке; он покрывал ее запястья и колени, больно царапая кожу. Сотни песчинок проникли под ее униформу, сбившуюся выше колен, пока они медленно шли по коридорам. К счастью, лифты на этом уровне работали. Перед судебным исполнителем стояла принцесса, ее босые ноги утопали в песке арены по щиколотку. Ее веревку по-прежнему держал гладиатор.
Проходя по коридору, они слышали множество иронических замечаний и завистливых посвистываний. Принцессу сочли за ценную добычу, которую, несомненно, можно будет дорого продать на невольничьих торгах.
Судебный исполнитель втайне пожелала, чтобы и ее саму оценили так же. Правда, ее тело, упрятанное в униформу, было трудно рассмотреть.
— Две остались, — сказала Янина, выходя вперед и направляя электрический фонарик, который гладиатор «одолжил» у одного из варваров вместе с доспехами.
В секции полагалось хранить несколько спасательных капсул. Однако ими воспользовались пассажиры и члены экипажа, пытаясь бежать. Остались только те капсулы, которые стояли далеко от рельсов, ведущих к лифтам.
— Об этих они не знали, господин, — сказала Янина.
— Вряд ли, — возразил гладиатор.
Насколько можно было, судить, девятнадцатая секция не посещалась варварами. Она считалась одной из самых незначительных в смысле добычи, ее предполагалось осмотреть в последнюю очередь, тем более, что в планах сражений эта секция никак не фигурировала.
Гладиатор посветил фонариком в темный зал, на обломки скамей, а потом вверх, на балки потолка.
Освещенная тонким лучом, девятнадцатая секция казалась совсем другой, не такой, как во время представления, когда ее заливал яркий свет.
Мрак пугал судебного исполнителя, она думала, в самом ли деле они оказались одни в этом страшном месте.
— Поставь их на колени, — сказал гладиатор, передавая веревку Янине.
— Встаньте на колени, госпожа, — обратилась Янина к принцессе. — И ты тоже, рабыня, слева, позади принцессы.
Обе женщины встали, куда им было приказано.
— Руки на бедра, — приказала Янина. — Вы можете сдвинуть колени, госпожа. А ты, рабыня, не смей этого делать.
Несмотря
— Вот этого я и боялся, — сказал гладиатор, неожиданно появляясь в нескольких футах от них. — Подъемники не работают.
Было бы трудно пододвинуть капсулы к люкам по рельсам вручную — они были слишком громоздкими, слишком тяжелыми. Это могли бы сделать несколько человек или один, но чудовищно сильный.
— О, господин! — чуть не расплакалась Янина.
Значит, они не выберутся на уровень люков?
— Кажется, провода не повреждены, — удовлетворенно заявил гладиатор. — И противовесы тоже.
Судебному исполнителю показалось, что она слышит тихий шорох где-то слева, среди обломков скамей. Ни Янина, ни гладиатор, который осматривал провода, ничего не услышали.
— Я подтолкну капсулу по рельсам, — решил гладиатор, — а там, может быть, удастся подтащить ее к люку.
— Чтобы поднять ее, потребуется несколько человек, — испуганно возразила Янина.
Но стальные колеса уже скрипели — гладиатор толкал одну из капсул к лифтам.
На минуту он вернулся к Янине, отдал ей свой револьвер и электрический фонарик.
— Пусть лягут на песок, — сказал он. — Если кто-нибудь из них начнет сопротивляться, можешь пристрелить ту прямо на месте.
— Да, господин, — ответила Янина и обратилась к принцессе: — Ложитесь животом на песок, госпожа, и раздвиньте ноги. — Принцесса повиновалась. Несомненно, самой Янине часто приходилось в той или иной ситуации принимать такую позу. Из нее было трудно встать. Она прикрикнула на судебного исполнителя: — На живот, рабыня, и ноги шире!
Судебный исполнитель послушалась. Она не сомневалась, что Янина способна пристрелить ее на месте, так, что расплавится песок. Револьвер в ее руках был не такой, какими пользовались члены экипажа для наведения порядка на корабле. Он был гораздо мощнее, мог пробивать металл, но все же телнарианская винтовка гладиатора по ударной силе превосходила его.
Она слышала, как фут за футом поднимается лифт. Она едва могла поверить, что это делает один человек — да, он мог бы свернуть ей шею одной рукой.
Затем слева вновь послышался тихий шорох. Вряд ли Янина его уловила — она напряженно следила за борьбой гладиатора с лифтом. Через несколько минут гладиатор вернулся, тяжело отдуваясь.
— Капсула стоит у люка.
— О, господин! — радостно вздохнула Янина.
— Я слышал, как ходят варвары, рядом по коридору.
— Что же нам делать? — испуганно спросила Янина.
— Надо спешить.
Он взял у Янины револьвер и фонарик.
— Вставай, Геруна. — Как только принцесса поднялась, гладиатор, к ее смущению, взвалил ее себе на плечо. — Иди последней, Янина.