Впотьмах
Шрифт:
— И что вы намерены делать дальше?.. — Лесовику явно хотелось ясности в этом вопросе.
— Ну, это уже наше дело.
— И все же?
Отвечать не стали — просто не стоит этого делать. Какое-то время мы с Эжем гребли, берег приближался, и очень скоро лодка должна была подойти к пристани. Суденышек подле нее хватало, да и людей на берегу было немало, но мы решили пристать у крайних мостков — там было близко от берега, да и народу на берегу в том месте не ахти сколько. Однако молчащий Лесовик вновь заговорил:
— Хоть скажите, куда намерены направиться?
— Лесовик,
В то время, когда Эж выходил из лодки и привязывал лодку веревкой к большому кольцу, укрепленному на мостках, а я взялась за наши тощие дорожные мешки, Лесовик обратился ко мне:
— Слышь, красотуля, осталась бы ты со мной, а?
— Что, хочешь, чтоб я твои раны лечила после того, когда тебя в очередной раз попадешь в серьезные неприятности? Спасибо, не хочется.
— Красотуля, ты ж поняла, что я имею в виду! Денег у меня много, ни в чем отказа знать не будешь! Учти, я такое предлагаю далеко не каждой!
Надо же, услышать что-то подобное я никак не ожидала! На мгновение даже опешила, а потом лишь развела руками:
— Предложение, конечно, заманчивое, но вынуждена отказаться. У такого парня, как ты, в каждом городе наверняка по красотке имеется, а то и не по одной. Я же ревнивая, соперниц не выношу, пойдет у нас грызня, а бабские свары — страшное дело!
— Я серьезно говорю!
— Так и я всерьез отвечаю. Мы с тобой не пара — слишком разные, и потом, ты ж сам знаешь, у меня кавалер имеется.
Конечно, Эжа никак нельзя назвать моим задушевным дружком-приятелем, но мужчине об этом знать не стоит.
— Можно подумать, я хуже этого парня!
— Дорогой мой, об этом позволь судить мне.
— Не пожалей потом!.. — судя по голосу Лесовика, к отказам он не привык.
— Не сомневайся — твой образ навсегда останется в моем сердце… — пообещала я. — Могу даже вспоминать тебя время от времени, причем добрым словом. А ты меня лучше позабудь — от таких женщин, как я, ничего хорошего ждать не стоит.
— Ну, ты и зараза!.. — выдохнул мужчина с непонятной интонацией в голосе.
— Рада, что ты оценил меня должным образом.
— Я тебя все равно найду, чего бы мне это не стоило!
— Не стоит этого делать… — покачала я головой. — Все одно не отыщешь, как не пытайся.
— Надеюсь, отношения выяснены?.. — Эж запрыгнул в лодку и обратился ко мне. — Помоги Лидии выйти, и идите с ней к берегу, а я вас догоню.
— Да, конечно.
Бросив взгляд на Лесовика, я выбралась на мостки и протянула руку Лидии. Та шагнула ко мне, но уже стоя на плохо оструганных деревянных досках, вдруг закрыла глаза и покачнулась.
— Что с тобой?.. — схватила я Лидию за руку.
— Да так, голова что-то закружилась. Пошли отсюда.
— Давно пора…
Эж догнал
— Ну как там все прошло?.. — спросила я у молодого человека. — Без неожиданностей?
— Я бы так не сказал… — хмыкнул тот. — Лесовик не из тех, кто так просто сдается. Не поверишь, но ему удалось каким-то образом ослабить веревки на руках. Делать нечего, пришлось врезать разок. Думаю, он все понял.
— Не пойдет за нами?
— Вряд ли — в лодке находятся слишком большие ценности, которые не стоит оставлять без присмотра, а в местах, подобных этому, мелких жуликов хватает. Есть и такие, кто, увидев хорошую лодку, без зазрения совести решит в нее сунуться, желая стащить что-то по мелочи, а дорожное сумки — это первое, что привлечет к себе внимание любителей легкой наживы. Так что наш приятель, скорей всего, не станет рисковать, и в самое ближайшее время направится дальше, тем более что до нужного места ему осталось добраться всего ничего.
— Почему ты так решил?
— А разве не ясно? На этой реке Лесовик знал все деревушки, даже самые небольшие, имел представление о расстоянии между ними, и наверняка был в курсе, как они называются. А тут большой поселок, и он не знает его точного названия — мне это с самого начала показалось странным. Кроме того, у нас совсем нет еды, и, следуя самой обычной логике, нам надо остановиться здесь, чтоб купить хоть какое-то пропитание. Вместо этого Лесовик куда-то торопится, забыл о своем пустом желудке, и в его поведении чувствуется какая-то нервозность, очень похожая на ту, которую сейчас испытываем мы: я, во всяком случае, точно стремлюсь как можно быстрее оказаться на болотце, и добраться до “окна”. Можно сказать, думать ни о чем ином не могу, предчувствуя конец наших блужданий. Лесовик вел себя очень схоже, а это может означать только одно: где-то неподалеку находится то место, куда он и должен был доставить свой груз.
— Думаешь?
— Уверен… Лидия, что с тобой?
Девушка, и верно, остановилась, тяжело дыша. Затем она перевела дыхание и посмотрела на нас с чуть виноватой улыбой:
— Что-то меня тошнит…
— Просто ты голодная… — сделал вывод Эж. — Ничего, сейчас что-нибудь купим…
— Даже думать о еде не хочу… — поморщилась Лидия. — С души воротит от одного ее вида.
— Тебя просто укачало на воде… — сделал вывод Эж. — Ничего, скоро все пройдет.
— Наверное… — бледно улыбнулась девушка.
У меня же от слов Лидии неприятно кольнуло в душе — надеюсь, это не то, о чем я подумала. Ранее мне не доводилось иметь дело с родильным отделением — работала в другом месте, но мы проходили в училище курс акушерства, и сейчас, глядя на Лидию, я поняла, что мне необходимо более внимательно следить за ней. Очень бы не хотелось оказаться верной в своих предположениях. Надеюсь только на то, что нынешнее состояние девушки вызвано расшатанными нервами — если честно, то мне тоже сейчас есть не хочется. Побыстрее бы оказаться на том болотце, вернее, у “окна”.