Врачеватель

Бергер Кира

– Потому что. – ёмко отозвался капитан. – Тебе, кстати, тоже предстоит подписать подписку о неразглашении.

Влада поняла, что Дамир ей не скажет ничего нового. Если девушка продолжит выспрашивать, то капитан либо наорет на неё, либо все же ответит, но так же, как и криминалист. Знание – друг паники. С одной стороны, это правильно, но с другой, Влада была категорически не согласна с таинственностью. Вдруг кому-то из жертв это знание помогло бы спасти жизнь.

Исаева не стала больше ничего спрашивать, но неожиданно заметила, что Дамира эта тема тоже задевает. Он так глубоко

погрузился в мысли, что девушка даже испугалась – а следит ли он за дорогой. Краем глаза Влада рассматривала капитана, и в эту мгновение он не казался ей такой уж равнодушной сволочью. Совсем наоборот, словно с Миронова на мгновение слетела маска презрения и уступила место эмоциям. Дамир полыхал холодной яростью. У него даже черты лица острее стали из-за этого ледяного, полного ненависти взгляда.

Влада замерла. Капитан почувствовал на себе внимательный взгляд напарницы и повернулся. Живые эмоции тут же схлынули, губы дернулись в насмешке. Девушка быстро отвернулась, но Дамир, на удивление, говорить ничего не стал. Молча потянулся к бардачку и достал пачку сигарет. Исаевой хватило взгляда, чтобы скривиться – тяжелый табак. Она такой больше всего ненавидела.

– Не кури. – Влада сжала кулаки.

По спине пробежала дрожь. Нельзя было в первый же день показать одну из своих ненавистных слабостей. Тем более, учитывая их «милые» взаимоотношения.

Дамир не услышал её слова или пропустил мимо ушей. Приоткрыл окно, чиркнул зажигалкой и выпустил первую струйку дыма. Она растворилась, оставив после себя чуть мутную пелену, но воздух в машине тут же потяжелел и начал горчить. И с каждой новой затяжкой капитана, горечь эта становилась все сильнее.

Влада полностью открыла окно со своей стороны и постаралась поиграть по-другому:

– Дамир, не кури, пожалуйста. – должно было получиться вежливо, но у девушки в голосе дрожала сдерживаемая злость.

Капитан ее заметил. Повернулся, прищурился и следующую затяжку выпустил прямо ей в лицо.

Легкие наливались знакомой тяжестью постепенно, но теперь это ощущение ускорилось. Влада закашлялась. Горло и язык мерзко щипали, а в груди сдулся воздушный шарик.

– Машину останови! – девушка трясущимися руками расстегнула ремень безопасности и потянулась на заднее сиденье за сумкой.

Дамир был удивлен, наблюдая за ней, но просьбу не выполнил.

– Машину, говорю, останови, придурок! – рявкнула Влада.

Она с трудом справилась с замком и достала ингалятор. Слава Богу, с детства осталась привычка держать его под рукой.

Капитан, наконец, затормозил. Щелчком пальцев выбросил окурок в окно, расстегнул свой ремень и повернулся к напарнице.

– Слабачка, – процедил, включая кондиционер на полную мощность. – Нормально все?

Влада не ответила. Распахнула дверь настежь и выбралась на улицу. На всякий случай прыснула ингалятором еще раз и снова закашлялась. Приступ отступал, а вот злость только усиливалась.

– Долго еще стоять собралась? – Дамир тоже злился.

Влада сжала зубы, открыла дверь полностью, отошла на обочину, сложила на груди руки и мрачно процедила:

– Я никуда не поеду, пока полностью не проветрится.

Миронов скрипнул зубами. Несколько

секунд эти двое упрямо сверлили друг друга тяжелыми взглядами, пока капитан, наконец, не выругался.

– Иди пешком, идиотка.

Исаева опомниться не успела, как Дамир перегнулся на ее сиденье и захлопнул дверь изнутри. Еще мгновение, и автомобиль, обдав девушку пылью из-под колес, слетел с места. Шокированная Влада еще несколько долгих мгновений смотрела на горизонт, где исчезла черная точка, и не могла поверить, что капитан на самом деле так поступил. Минут десять она стояла, словно вкопанная, ожидая, что Миронов вернется за ней, но на дороге по-прежнему было пусто.

Он уехал. Уехал и оставил ее одну на пустой трассе среди леса.

7

– Новенькая? Эй, новенькая!

Ярость жгла и занимала все мысли. Влада видела перед собой единственную цель – дверь в злополучный кабинет, и тараном шла по коридору, не обращая внимания на что-либо другое. А невысокий коренастый парень в смешной цветастой рубашке все пытался до нее докричаться.

– Да стой ты, новенькая! – он только вышел из столовой и сразу увидел Исаеву.

Пытался окликнуть, но девушка остановилась, только когда удалось схватить ее за локоть.

– Ты кто? – у нее даже взгляд помутнел от бушующих эмоций.

Парень на мгновение пожалел, что остановил её, пока не понял, что злость Влады обходит его стороной. Девушка буквально дышала гневом, но копила в себе, чтобы не выплеснуть заранее. Парень выдохнул с облегчением.

– Я – Саша. – протянул дружелюбно: – А ты же новенькая? Старший лейтенант Исаева, кажется?

Влада поморщилась. Её коробило упоминание бывшего звания, а еще девушка ненавидела, когда на работе представлялись не по уставу. Саша понял, о чем она думает и быстро исправился:

– Капитан Орлов, в смысле. Орлов Александр.

Влада пожала протянутую новым знакомым широкую ладонь и со вздохом отозвалась:

– Лейтенант Исаева.

Саша дернул бровью, но ничего говорить не стал. Слухи о понижении звании новенькой и о том, что ее сослали из столицы, доходили и до него.

– Очень приятно. – вежливо добавила Влада.

Она неожиданно начала успокаиваться. Улыбка у Орлова была теплой и мягкой, и злость постепенно сходила на «нет». Вот только гудящие после долгого пути ноги напоминали о желании вцепиться новому напарнику, что бросил её посреди дороги, в волосы и вырвать пару крепких клоков. Влада почти два часа шла пешком и заблудилась, пока не поймала, наконец, попутку.

– Мне тоже, – Саша улыбнулся еще шире. – Новенькие в нашем отделении – редкость! Все на ушах стоят, представляешь?

Влада представляла. И даже улыбнулась в ответ – искренность Орлова подкупала.

– Тебя уже поставили к кому-то в напарники?

Улыбка сменилась гримасой презрения. Мысленный взор нарисовал лицо Дамира, и приятных эмоций оно не вызвало.

– Поставили.

Саша почесал подбородок и расстроено вздохнул:

– И кто же этот счастливчик?

– Капитан Миронов, – Влада выплюнула имя в воздух, а новый знакомый неожиданно помрачнел.