Врачу, исцелись сам!

Митрофанов Владимир

Потом слово передали начмеду, и началась очередная накачка. Речь опять касалась платных услуг, или, как говорилось "внебюджетных средств". Сзади прошептали: "Скоро уже с нас самих будут требовать деньги только за то, что разрешают на работу приходить!" По ходу дела ознакомили с передовым опытом одной из городских больниц: там деньги начинали выкачивать еще с приемного отделения. Был придуман гениальный трюк под названием "благотворительный взнос". Все больные, поступающие на плановые операции и лечение, должны были заплатить две тысячи рублей в качестве добровольного благотворительного взноса под роспись. Это иногда срабатывало даже по неотложке, если пациента привозили родственники. Бывали, конечно, и проколы, но без особых

последствий. Например, родственники сами на своей машине ("скорой" они так и не дождались) привезли однажды человека с болями в сердце. Помощь ему никакую долго не оказывали, сетуя на то, что для этого нет никаких лекарств, и тянули до тех пор, пока те не подписали бумагу – договор о платных услугах и не получили от них деньги. Буквально сразу же пришла медсестра и четко выполнила назначения врача. Те, правда, потом написали жалобу в комитет здравоохранения о задержке неотложной помощи, но из комитета через какое-то время ответили, что проверили все документы, и что претензий к больнице нет, поскольку "вы сами подписали бумагу о согласии на платную помощь".

Потом снова начали всех ругать. Всегда по любому поводу наверху говорили, что вы работаете плохо, и вообще все плохо и все не так.

Не так заполнены истории болезней, плохо написаны эпикризы, много ошибок по оформлению многочисленных бумажек, которыми неизбежно обрастает любой пациент. Короче, все плохо! Денег в больнице, сколько Борисков здесь работал, тоже никогда не хватало, всегда положение было отчаянное. Был хронический кризис, который так и тянулся с начала девяностых, а точнее, был всегда. Между тем, вовсю работали компьютерные, магнитно-резонансные томографы, по больнице постоянно делали ремонт. Причем отремонтированные под "евроремонт" помещения в одном и том же коридоре могли соседствовать чуть ли не с трущобами. Борисков давеча зашел в такую "пограничную" палату.

Оттуда только что вывезли умершего, и теперь палату нужно было убрать. Это тоже была вроде бы отдельная палата, типа изолятора или полубокса, очень вонючая, и туда пока никого больше не клали. Так было принято. Что-то, показалось Борискову, лежало на полу. Он заглянул под кровать. Там стояла переполненная буквально до краев

"утка", судно с обильным содержимым и еще пустой эмалированный тазик с надписью "Для рвотных масс". Что еще лежало. Борисков потянулся и поднял с пола маленькую бумажную иконку Николая-чудотворца. Подержав какое-то время ее в руке, он поставил иконку на подоконник. Судя по всему, владелец этой иконки и сам Николай-чудотворец уже встретились лично.

По понедельникам на общую конференцию всегда приглашали кого-нибудь с актуальной полезной для всех информацией. Сегодня выступал доцент кафедры инфекционных болезней Чубаркин. Сразу начал пугать: "В городе тридцать тысяч зарегистрированных

ВИЧ-инфицированных. А это значит, что в Петербурге их реально не менее ста пятидесяти тысяч, не исключено, что и все триста!" Тут же просчитали, сколько их должны было быть в каждом вагоне метро. Таким образом, в вагоне метро в час пик присутствуют примерно три-четыре

ВИЧ-инфицированных, а в каждом автобусе – минимум два. Суть была простая – не расслабляться, принимать возможные меры безопасности, поскольку контакт очень вероятен. Есть мнение, что целые социальные слои населения постепенно вымрут.

Короче, напугал всех. Впрочем, сзади кто-то злорадно прокомментировал:

– Вот блин, ведь такими темпами скоро вообще останемся без

"голубых"! Кто же тогда будет публику веселить?

ВИЧ – вообще был особая статья в медицине. Инфицированного по закону обязаны лечить бесплатно, на это выделяют чуть ли не тысячу долларов в месяц, хоть ты убийца и сидишь в тюрьме, наркоман или проститутка, или получил заболевание через собственный блуд, а не случайно при переливании крови (увы, и такие случаи не так уж и редки).

Впрочем, Чубаркин сказал, что некоторая часть людей по неизвестным причинам

вообще не восприимчива к этому вирусу, и будто бы особенно много таких невосприимчивых людей почему-то среди поляков. Какой-то, видимо, у них имеется ген, отвечающий за эту защиту. Вопрос стоит только в том, восприимчив ли ты лично или нет? Это одна из очередных великих лотерей эволюции. Динозавры в свое время тоже попали в такую лотерею и все до одного благополучно вымерли.

Так случилось, что Борискову как-то довелось наблюдать за одним таким ВИЧ-пациентом. Вначале это был довольно милый молодой человек.

Но через какое-то время это было уже страшное больное исхудавшее животное. Вирус постепенно сожрал его мозг. Еще тогда поразила история заболевания этого парня. Официально множественными половыми связями считают наличие шести и более партнеров в течение года. Этот же тип входил в седьмую группу по американской классификации, то есть до тысячи контактов в течение года.

Еще вспомнили и не столь давнюю поучительную историю. В одной частной клинике делали пластическую операцию одному типу с нетрадиционной ориентацией и к тому же ВИЧ-инфицированному. Тот, неугомонный, пока везли его на каталке в операционную, пытался даже с хирургом заигрывать. Всего, вместе с оперирующими врачами, собралось там двенадцать человек – чтобы посмотреть и поучиться. Как это обычно и бывает, когда хочешь сделать как лучше, во время разреза задели артерию. Кровь брызнула фонтаном в разные стороны – шести наблюдателям попало в рот и в глаза (все они были почему-то были без масок и защитных очков), и еще чуть позже, когда тут же зарядили центрифугу, чтобы открутить сыворотку, то у этой долбанной центрифуги, которая почему-то оказалась без крышки, разлетелся ротор, и теперь уже этой кровью с головы до ног забрызгало еще двух человек, стоявших с ней рядом. В результате было поражено восемь из двенадцати – настоящие боевые потери.

Ужасно было, что на это дело залетал и нормальный персонал в самых обычных больницах. Прошлым летом оперировали женщину со специфическим поражением, и вроде как все врачи знают, что делать, и все такое, но в операционной было очень жарко, и опять же работали без защитных очков. Инструмент выпал из руки хирурга в брюшную полость, и оттуда брызнуло кровью ему прямо в правый глаз.

Сердобольная медсестра тут же промокнула этот глаз, и еще, на всякий случай, тем же тампоном, и другой. Тут уже без комментариев.

Борисков как-то наблюдал и другую ситуацию. В одной очень известной стоматологической поликлинике, где купили чуть не лазерные зубосверлильные машины, в воздухе буквально стоял слюно-крово-дентиновый туман. И снова только один человек работал в очках. Не удивительно, что у всего персонала был конъюктивит.

Широко известно, что Петербург на весь мир славится своими лямблиями. И вообще частота заражения населения глистами и простейшими в России просто поразительная. Тут в какой-то степени могли быть виноваты и знаменитые российские поезда, где фекалии и моча сливаются прямо под вагон – на пути. Это все подсыхает, образуется пыль, и проходящий скорый оставляет за собой настоящее фекальное облако, которое рассеивается на полтора-два километра в обе стороны от железной дороги, покрывая все вокруг тонким слоем, состоящим из болезнетворных бактерий и яиц глистов.

Закончив сообщение на оптимистичной ноте, что все скоро умрут, инфекционист Чубаркин умчался, сообщив слушателям, что в районе случилась вспышка брюшного тифа. Оказалось, что одна строительная фирма, нанимавшая гастарбайтеров из Таджикистана, купила им синие пластиковые будки-туалеты, но приобрела их без наполнителей, а только лишь кабинки с дыркой – по сути, вариант сельского торчка, под который обычно роют яму, а в больших населенных пунктах еще и бетонируют. Эти же деятели, долго не думая, скинули крышку с ближайшего канализационного люка, и поставили будку прямо над этой дыркой, ведущей в городской водопровод. Трубы там были худые, произошло затекание. В ближайших домах сразу же несколько человек попали в больницу с тифом.