Враг моего врага
Шрифт:
Поневоле присматриваясь к попутчикам, я пытался представить, что из себя представляет, скажем, наш проводник, парнишка лет пятнадцати, за всю дорогу не проронивший ни одного слова не по делу. Шагая, как заводной механизм, он неутомимо преодолевал каменные завалы и песчаные осыпи, бурные горные реки и снежные склоны… И при этом никогда не смотрел назад – видимо, ему казалось, что там, где он несется как горный козел, все остальные тоже не испытают никаких проблем с передвижением. Впрочем, все, кроме меня, тоже справлялись с путешествием довольно спокойно. Разве что уставали в первые дни.
А у меня постоянно
Братья, поужинав, уходили подальше от лагеря и умудрялись час-полтора заниматься тренировками. Причем старший зверствовал так, что мне частенько хотелось дать ему по шее. Однако Винни воспринимал жесткость учителя как должное и, как ни странно, после каждой тренировки бросал на брата такие благодарные взгляды, что мне становилось стыдно…
Третий парнишка, худенький и жилистый до безобразия, выглядел затравленным зверьком. Постоянно исподлобья наблюдая за всеми окружающими, он почти не принимал участия ни в обустройстве лагеря, ни в его охране, ни в приготовлении пищи. Шарахаясь от ласки женщин и от попыток мужчин заговорить с ним, он напомнил мне затравленного волчонка в клетке зоопарка, которого я видел в одном из техногенных государств Веера миров в одну из полузабытых командировок в далекой наивной юности…
…Волчье Логово встретило нас зычным рыком здоровенного пса, возникшего возле нас задолго до того, как мы подошли к воротам выросшего из ниоткуда величественного замка.
– Убери нож! – рявкнул на волчонка проводник, видя, как тот готовится к броску. – Убить не убьешь, а вот он тебя – запросто… И вообще этого пса лучше не трогать… Почему – поймешь потом! – удостоверившись, что нож убран, пояснил он.
Замерев на месте, мы дождались, пока от ворот к нам не подойдут двое рослых молодых ребят, и только потом расслабились – воины отозвали пса и он вальяжно удалился в направлении крепостного рва, видимо, чтобы освежиться после выполнения возложенных на него обязанностей…
– Могу я видеть Ольгерда, Мериона, Беату или кого-нибудь из старших? – вежливо поинтересовался я после того, как воины, пообщавшись с нашим проводником, пропустили нас в замок и приказали следовать за подскочившим мальчишкой в выделенные нам комнаты.
– Как вас представить? – удивленно спросил один из них, замерев на месте.
– Хранитель Эол! – представился я и, не дожидаясь разрешения остаться, присел на завалинку у ворот.
– Я доложу! – кивнул молодой человек и, предоставив меня заботам товарища, стремительно зашагал в сторону главного здания…
– Ого, какие люди! И без охраны!!! – взвыл голос за моей спиной, и я с радостью подскочил на месте – ко мне, широко раскрыв руки для объятий, несся Алонсо, здоровенный негр-землянин,
– Да вот пришел пузо на солнышке погреть… – отшутился я, глядя, как возле нас собирается толпа… – У вас тут, на юге, как я посмотрю, еще лето, а в моей берлоге уже стало холодать…
– Понял! – Лицо отставного капитана мгновенно стало серьезным; он подхватил с земли мою сумку и, распихав заинтересованных горячей встречей незнакомца зрителей поволок меня к парадному входу во дворец. Глядя на ошарашенного таким молниеносным избавлением от поднадзорного лица караульного, истуканом замершего у ворот, я чуть не рассмеялся…
А через минуту ошалело уставился на маленького человечка, одетого в кольчужку по росту и опоясанного перевязью с небольшим мечом, хмуро глядящего на меня и перекрывшего подступы к широченной лестнице, ведущей на второй этаж.
– Самир Ольгердович Коррин. Или Олегович Коренев! – расхохотался Алонсо. – Прошу любить и жаловать!
– Хранитель! – завизжало сверху, и я оказался закручен в вихре рук, тычков и объятий по имени Беата. – Мы куда-то собираемся?! Я уже готова!!!
– Оденься, неугомонная! – походя шлепнув сестрицу по заднице, обтянутой так полюбившимися ей джинсами, по лестнице скатился Ольгерд и заключил меня в объятия. – Ты бы хоть оружие взяла… Воительница, блин…
– Уже бегу! – оглядев себя, взвыла Хвостик и вдруг замерла. – А куда идем?!
– Пока никуда! – хмыкнул я, все еще косясь на серьезно осматривающего меня с головы до ног малыша… – Дайте немного передохнуть…
А в голове набатом стучали строки: «…С головы того, кто назван в честь героя, падет ладонь Убийцы…»
Проследив за моим взглядом, Ольгерд широко улыбнулся и, присев на корточки, подхватил малыша на руки:
– Мой сын! Самирчик!
– Назван в честь Самира Каменного Цветка? – на всякий случай поинтересовался я, чувствуя, как мне изменяет голос.
– Угу! – мгновенно изменился в лице еще мгновение назад расслабленный и счастливый парень. – Что случилось? Или случится?
– Идем, нам надо поговорить! – Я подтолкнул вскочившего на ноги воина и постарался его успокоить: – Пока ничего… Но может…
ГЛАВА 20
– Ваше величество, но мы обещали! – не отводя взгляда от разъяренного короля, проблеял барон Морз. – За содействие в вашем воцарении на троне…
– Какое, к Демонам, содействие? – зарычал Керром, схватив барона за роскошный воротник расшитого драгоценностями по последней моде камзола. – В чем именно выразилась помощь Ордена, по-вашему, хотел бы я знать?
– Ну… они были готовы в любой момент прийти на помощь… – испуганно выдавил из себя барон.
– Это когда? – скривившись, как от зубной боли, поинтересовался король. – Когда я подливал яд своему отцу? Когда я рисковал жизнью, ставя ему ультиматум? Я, конечно, молод, но далеко не глуп! Они требуют, чтобы я разорвал договор с Простом и напал на королевство Дореда? А зачем это мне? Как только я ввяжусь в войну, я могу забыть о том, что я – король! Орден прокатится по нашим государствам, как лесной пожар, и в лучшем случае я стану – как там они называются? – а, Наместником Императора…