Враг Преисподней
Шрифт:
Профиль над его головой не давал никакой информации, кроме имени:
Нге Н’куллин
Ни уровня, ни фракции, ни даже короткой пометки: «бог».
Пока я изучал показатели, он терпеливо ждал ответа. И только тогда я осознал, что нахожусь в Ясности, а гигант не замедлился. Я убедился, что Уравнитель готов к активации, но атаковать не спешил.
— Не хочу убивать ни тебя, ни его, — глядя ему в глаза,
— А как ты хотел? Он зверь, хищник, хозяин этих земель. Ты вторгся и беспричинно начал убивать. На твоих руках кровь тысяч баракат и вретенов. Тебе, человеку, они кажутся омерзительными, но таким же ты выглядишь для них. Эти твари бездумны, в них нет ни малейшей искры разума, но не ты дал им жизнь и не тебе ее отнимать! Покровители тебя этому не научили?!
— Мои покровители, вернее, одна из них — внизу. Почему бы тебе самому не спросить Тиамат?
— Потому что я вне ее сна, — ответил великан. — Она не способна уловить мое присутствие, даже если встанет прямо передо мной. И все же она, возможно, увидит меня твоими глазами, а мне бы этого не хотелось. Я не лезу в дела богов, а их внимание мне ни к чему.
— Как такое возможно? Все здесь, в Дисгардиуме… — я обвел свободной рукой пространство. — Все создано их сном.
— Не могу ответить на этот вопрос, — пожал плечами Нге Н’куллин. — Пока не могу. Но знаю точно, что был создан не сном Спящих, чьим инициалом ты являешься.
— Я инициал Спящих, а кто ты, Нге Н’куллин? — спросил я, обеспокоенно глядя на неумолимо захлопывающуюся пасть Собека. Еще чуть-чуть, и перекусит мне руку. — И почему я вижу тебя, если ты вне сна Спящих? Ты бог? Если так, то какой, Новый или Старый? Может быть, стихийный? Хм… Вряд ли.
— Все перечисленные тобой так называемые боги пришли тогда, когда я уже бродил по Дисгардиуму. Те, Кто Ушел, оставили меня присматривать за Первыми зверушками, заступаться за них перед Новыми богами. Я Смотритель.
— Те, Кто Ушел? Ушедшие? Они тебя создали?
— Старые боги называли их Предтечами, а Первые люди, смертные, наталкиваясь на то, что осталось после моих создателей, дали им другое имя — Те, Кто Ушел. Но на твоем языке будет верно и то, как ты их назвал, Ушедшие. Ты почтил их память и, будь они здесь, заслужил бы их дружелюбное отношение. Поэтому ты меня видишь.
— Но тебя слышали и мои друзья!
— Ты услышал, слова обрели форму, форма обрела звук. Сейчас они видят меня, но я рад, что ты овладел прозрачностью разума, позволяющей ускоряться. Мы договорим, я уйду, а твои друзья не поймут, что видели.
В голове начали соединяться части общей картины, но нужно было что-то делать с крокодилом. Еще секунд пять разговора — и пасть захлопнется, а я потеряю руку.
— Если я его сброшу, он не разобьется? — спросил я, кивнув на Собека и готовясь его отпустить.
Легко выдернув божественную рептилию из моих рук, Нге Н’Куллин бросил ее к маячившим на горизонте вершинам. Даже с такой высоты я увидел, как туша быстро пролетела несколько километров и зависла над каменным лесом Террастеры, начав сверхзамедленное падение. Возможно, таков радиус действия убыстрения этой странной сущности с еще более странным именем Нге Н’куллин.
— Мое заступничество убережет его от смерти, — объяснил гигант. — Впредь
Бегемот говорил, что Ушедшие — первые разумные и порождения Хаоса. Спящий не видел их присутствия в Дисгардиуме, а Тиамат не видит Нге Н’куллина, создание Ушедших. А головоломка-то складывается! Я вспомнил огромного Дезнафара, боевого спутника Ушедших, чей труп был поднят личом Шаззом.
Получается, либо Ушедшие были такими же гигантами, как Дезнафар и Нге Н’Куллин, либо… нуждались в сильных защитниках, а потому создавали монстров чудовищных размеров. Вполне возможно, что они и не уходили никуда из Диса, а как-то скрылись не только от смертных, но и от богов. Если уж Спящие их не видят… Я открыл вкладку с репутацией и понимающе кивнул:
Ваша репутация с фракцией Ушедших: дружелюбие.
Так и знал! Ну не могла расти репа с теми, кого не существует! Да и этот гигант говорил, что я «будь они здесь, заслужил бы их дружелюбное отношение». Возможно, Ушедшие поставили на себя и этого Нге некую маскировку, скрывающую их даже от богов, но спадающую перед тем, кто в их глазах заслужил дружелюбие или доверие?
Сердце застучало в предвкушение чего-то нового и ранее никем не постигнутого.
— А куда сбежали твои создатели, Нге Н’куллин?
— Они не сбежали! — рявкнул гигант. Тучи за моей спиной сдуло, прогремела череда громов, ветвистые молнии испепелили несколько квадратных километров земли под нами. — Они ушли. Куда — мне неведомо.
— Вернулись к Хаосу? Спящий бог Бегемот говорил, что Ушедшие — порождение Хаоса. Что они сбежали, испугавшись Новых богов.
— Я помню те времена, — пророкотал Нге Н’куллин. — Старые боги и Те, Кто Ушел, жили в мире. Первые обитали среди смертных и не стремились ни к чему, кроме развлечений и большей силы. Мои создатели были выше этого. Первые люди им докучали, а Старые боги мешали и норовили сунуть нос в их дела, но серьезных конфликтов не случалось до прихода Новых богов.
Фортуна рассказывала мне о тех временах, но не упоминала Ушедших.
— И что же произошло?
— Никто не воспринимал их всерьез. Где это видано, чтобы боги жили в другом плане и требовали слепой веры? Старые боги лишь посмеивались, слыша о Новых. Зачем «верить» в кого-то далекого и нематериального, если бог-покровитель ходит вместе с тобой в битвы, делит с тобой пищу, а бывает, что и постель? Однако спустя тысячи лет выяснилось, что смертным куда проще верить в Новых богов, которые не требуют многого — восхваляй Нергала, посещай его храм, и даже жертвоприношений не нужно. Молитвами смертные всего мира дали Новым богам больше веры, а значит, и силы, чем когда-либо имели Старые. И тогда началась война. Священная война, как назвали ее Нергал и Мардук, лидеры Новых. Те, Кто Ушел, до того мирно жившие во всех уголках Дисгардиума, проигрывали битву за битвой, пока не решили уйти. С тех пор мир больше не видел ни одного из Тех, Кто Ушел. Предтечи решили, что война на уничтожение рискованна и не имеет смысла.