Враги
Шрифт:
… и исполнил мою слезную просьбу.
***
… Что было потом? Как жизнь моя заплясала?
Не так тоскливо, как противно вспоминать.
Через год (ГОД!!! дабы, наверно убедиться, что все же точно сделала аборт) мой «ПРИНЦ» снова стал искать встречи. Но на что наткнулся? До сих пор помню это его выражение лица. Это – не шок, не страх, не жалость – а УЖАС. Да, это был ужас в его глазах.
Немытая, нечесаная, наркоманка, с синяками под глазами, нервно улыбалась ему в ответ. Молча, без слов, без каких-либо жестов,… едко упрекала
***
Марат.
… идеальный во всем и всегда (добрый, отзывчивый, понимающий, заботливый, справедливый, всеми уважаемый) не подкачал и здесь.
… это я… едва ли смогла закончить школу (на последний экзамен вообще не явилась, так как укатила на карете скорой помощи: будучи полностью «убитой» нехилой дозой марихуаны, угодила под машину и едва ли осталась жива).
В общем, младший Дюан уже во всю куролесил по просторам «университетской жизни», в то время… как его старшая сестричка находилась в состоянии, если не «поиска», то «полной готовности».
Думаете, не пытался меня Марат лечить? Думаете, бабуля не хотела меня запихнуть в какую клинику?
Но нет. Я быстрее сбегала с дому на месяц-два, чем их угрозы могли быть воплощены в жизнь.
Мать, мать к этому времени она уже нашла какого-то нового… кхм, «собутыльника» и уехала с ним в другой город,… внимание(!), «наконец-то жить своей жизнью».
Так что я - окончательно осталась… одна.
…
Я хотела жизнь-сказку? Жизнь-малину?
Ну вот, вот и оно! Ничем не хуже - … сладкий дурман.
***
Как сегодня помню этот день.
… очередные неспокойные стуки «поисков».
Друзья на мели, а мое вечное «нахлебничество» уже изрядно всех достало.
В общем, теперь, как говориться, пришла моя очередь «добывать зелень».
И, казалось бы, что,… для такой конченной дуры, как я,…. заработать пару всраных баксов? Помойся, оденься (при моей-то новой жизни я стала едва ли не дистрофиком, так что старая, «модная» одежда до сих пор была в пору) - и иди….
Иди, сними какого мутного дяденьку, заработай тем, чем раньше манила, но получи «оплату» сразу, по факту.
Нет. Не угадали.
С тех пор, с того момента, когда я… плотно захлопнула дверь за собой для «Принца», закрыла вход и всем остальным мужчинам в мой мир. Нынче я быстрее убью похотливого кобеля, чем отдамся ему.
Закончилось. Приехали. Выходите…
…
Так что максимум моих усилий и страданий: это умыться, переодеться, причесаться - и шаги, шаги,… шаги по знакомой аллейке в попытках отыскать брата в университете.
Глава Четвертая
Чертов университет, я здесь не учусь, но все закоулки знаю, наверно, лучше всех своих здешних друзей и того же Марата.
В общем,… еще немного – и…
– Привет.
– Что ты здесь делаешь?
– Ты меня не рад видеть?
– Если… если… тебя сейчас увидят...
– Брось, Мар. Меня охранники
(нервно вздохнул: черт, знаю, о чем сейчас подумал: мол, каким же таким умным способом я «уговорила их», но… не хочу, не хочу его переубеждать, оправдываться - надоело)
– Тебе опять деньги нужны?
– А чего сразу деньги?
– Ты только за ними и являешься.
– Марат, я тебя не видела уже целый месяц. Мог бы проявить какое уважение, нарисовать восторг, радость, что увидел…
– Не месяц, а двадцать три дня. Ровно столько прошло с прошлой моей получки стипендии.
– И что?
– А то, что денег у меня сейчас нет.
– Я есть хочу.
– Да ты что?
– Да.
– Так пошли в столовую. Я тебе…
– У тебя же денег нет?
– Я тебе свой обед отдам.
– Марат, - нервно скривилась я.
– В общем так, родная моя, пока ты не согласишься отправиться со мной к врачу, пока не согласишься пройти курс…
– Я - не наркоманка!
– Пока… я видеть тебя не хочу.
– Марат…
– Прощай…
(резкий разворот – и пошагал, пошагал долой)
– Ну, и катись, ублюдок!! Уж больно нужен.
Резкий разворот… - и вдруг, вдруг мой взгляд уловил что-то гадкое, гадкое для меня: совсем рядом, буквально в двадцати ярдах,
… у дорого, черного джипа застыл молодой мужчина; устало облокотившись на авто, он пристально изучал меня, меряя с головы до ног… и, казалось бы, внимал каждому моему вдоху. Улыбнулся, «мило» улыбнулся, едва уловил мое к себе внимание (о, да, я узнала эту улыбку, этот взгляд,… распознала…
кому, как не мне, Барби со стажем, известны все эти мужские похоти и намеки).
Ах, чеееерт! Сколько же бесов в этот миг разгулялось, зашипело во мне, да так и норовя вырваться наружу и растерзать самоуверенного кобеля:
… резкое, четкое, дерзкое движение – и неприличный жест оповестил этого засранца, что ему срочно нужно «покинуть пределы нашей галактики». А по-нашему, просто-напросто выписала смачный «фак».
(я готова была уже отвернуться, заливаясь ликующей, язвительной ухмылкой,
но вдруг тот захохотал,
… залился жестоким, едким смехом,
а затем … лицо вмиг стало серьезным, мертвым, холодным –
резкое движение рукой… и, отчеканив четкую линию пальцем у своего горла, явно дал понять, что с юмором у него туго – и с жить мне оставалось… считанные минуты)
Нервно хихикнула я. Разворот – и, едва ли не срываясь на бег, помчала к выходу.
И стоило ли так глупо надеяться, что это все было – лишь жеманный обмен дерзостью? грубостью?
Не успела я выскочить за пределы студенческого городка, не успела кинуться к проезжей части (чтобы перебежать на другую сторону улицы), как тут же дикий визг шин раздался за моей спиной. За долю секунды передо мной вырос (знакомый уже) черный джип. Распахнулись дверцы – и грубо, как какую скотину, схватили меня за шкирки и затащили внутрь.