Шрифт:
Глава 1. Враги
Я смотрел, как бордовая капля, медленно скользя, сорвалась с руки и, ударившись о прозрачную воду, растеклась в ней быстро тающими разводами. За ней последовала ещё одна, и это неторопливое падение, завораживая, не отпускало взгляд, пока за плечом не раздалось вечно недовольное ворчание моего слуги Тимса:
– Господин Терри… Хватит пялиться на кровь, лучше дайте — ка я Вас перевяжу. Неужто решили, так и не добравшись до лагеря капитана Шверга, умереть здесь в лесу по-тихому? Неплохой выбор, мне меньше хлопот - не надо бегать после сражения
Я фыркнул, живо опустив ладонь в обжигающе холодный поток стекавшего с гор ручья, безжалостно намочив слегка растрепавшуюся чёрную косу Избранного из Дома Живительной воды, и, встав с корточек, сделал вид, что замахиваюсь на непочтительного болтуна. Он легко увернулся и, перехватив мою руку, начал быстро заматывать кровоточащий порез чистой тряпицей, не переставая при этом довольно ухмыляться:
– Так-то оно лучше… Жаль, что в этом лесу магия не работает, а то плохая это примета - пораниться до боя, и как Вас только угораздило?
Вырвавшись из цепких лап сына деревенского старосты, пряча улыбку, попытался сохранить достоинство имперского офицера:
– И почему только я столько лет тебя терплю, грубиян, да ещё деньги плачу? Другой бы на моём месте…
– Так Ваша милость не такой, как другие малахольные Избранные - вроде неплохо соображает. Где же в наше — то время найдёшь верного и глупого слугу, чтоб за хозяином и в огонь, и в воду… А Вам со мной повезло… - он снова уклонился, но на этот раз я даже не стал делать вид, что пытаюсь его наказать и, вскочив на жеребца, махнул рукой, давая сигнал уставшим бойцам следовать за мной.
На душе было погано - пятнадцать человек, всё что осталось от совсем ещё недавно большого отряда… Уцелевшие в бойне у Старого Города теперь должны были присоединиться к свежим силам «непобедимого» капитана Шверга, известного храбреца и везунчика, о котором в армии ходили легенды. Но, пережив ужасы прошлой атаки неприятеля, я уже не верил ни в счастливые приметы, ни в удачливых командиров. Мы проигрывали раз за разом, потому что не имели самого главного - эффективного оружия, способного поразить тех Тварей…
Были ли эти страшные создания порождениями чужого мира, проникшие к нам через пространственную прореху, или, возможно, появились на свет в результате экспериментов вражеских алхимиков - точного ответа пока никто не дал. Да и какое это имело значение, если каждое такое чудовище стоило сотни обречённых на смерть солдат…
Не спорю, иногда и нам удавалось убивать огромных, клыкастых существ, лишь внешне напоминавших внезапно подросших обитателей жарких лесов второго малоизученного материка, но цена такой победы была огромна, что, впрочем, не останавливало командование. Эти изверги бросали в бой новые силы, в основном состоявшие из захваченных в плен рабов или проданных за долги крестьян. Неудивительно, что ответом была лютая ненависть…
Пусть Избранных и считали хладнокровными бездушными выскочками, благодаря магическому дару подмявшими под себя практически всю территорию обоих континентов, я-то прекрасно знал, что большинство из нас - такие же люди, как и все, способные чувствовать и сопереживать, любить и страдать, не показывая своей боли…
Конь с не
Фаталист по жизни, я грустно усмехнулся и потому после трудной дороги даже не обрадовался вышедшим нам на встречу часовым капитана Шверга, одного из немногих, сумевших заслужить честь командовать даже Избранными. Кое-кого это до сих пор возмущало, но мне было плевать - честно говоря, никогда не судил о людях по их происхождению.
Пока я улаживал формальности с местным офицером, кивком послал Тимса вперёд разведать обстановку. Он вернулся очень быстро, и мне не понравилось «загадочное» выражение его плутоватого лица:
– Не тяни, болван, выкладывай, какие ещё неприятности ждут меня этим невезучим днём - мы опоздали к обеду, или все палатки уже заняты, так что придётся снова ночевать на голой земле под оглушительные рулады твоего храпа?
Тимс хмыкнул, вытирая нос рукавом рубахи:
– Боюсь, Вашей милости не понравится эта новость, - его маленькие глазки озорно блеснули.
Дальнейших пояснений не понадобилось - под деревом в центре небольшой группы Избранных стоял субъект, от вида которого пальцы непроизвольно сжались в кулак. Лис собственной персоной… Вот уже несколько месяцев я не видел этого придурка, превратившего мои школьные годы в сплошной кошмар. Первый враг - злая насмешка судьбы, подсунувшей светловолосого гадёныша на моём и без того непростом жизненном пути.
Тимс застыл в ожидании взрыва эмоций или хотя бы парочки забористых ругательств. Но я не доставил ему такого удовольствия - если война чему и научила бывшего школьного хулигана, так это сдерживать свой вспыльчивый характер и не психовать из-за подобных пустяков. Хотя внутри уже разгорался тлеющий огонёк гнева…
Мы столкнулись с ним в первом классе - думаю, именно та роковая встреча и определила мою дальнейшую школьную жизнь. Одновременно войдя в учебную комнату, двое ринулись вперёд, чтобы занять самое привлекательное место в последнем ряду. Только вот оно было одно, а нас двое– темноволосый растрёпанный сорванец с бешеным взглядом сорвиголовы и нахально ухмылявшийся золотоволосый «ангелок» с насмешливым красивым личиком.
Уже одно то, что противник был обладателем редкого для расы Избранных «блондинистого окраса», да ещё высоко задирал нос, не желая уступать, вызвало раздражение. Но больше всего бесили его смеющиеся глаза - этот паразит пялился на меня с интересом учёного, в руки которого попал неизвестный науке зверь. Неудивительно, что несмотря на обещание дяди собственноручно меня выпороть, если посмею проявить неуважение к школьным правилам, я тут же выпустил на свободу магию, а это было категорически запрещено в этих стенах. Тем более, необученным первогодкам…