Враги

Люро Полина

Наконец Лис застонал и, с трудом приподняв голову, уставился на меня мутным взглядом:

– Что происходит?

Я завороженно смотрел на пульсирующую жилку на шее школьного недруга, представляя, как легко сейчас с ним расправиться - сильное нажатие на эту точку, и с одной проблемой будет покончено навсегда. Только руку протянуть… Но спрятавшийся внутри потенциального убийцы человек чести посмел вякнуть против этого очевидного решения, и пришлось, собрав остатки сил, боднуть головой вражеское плечо:

– Слезь с меня, предатель… Вот сейчас полегчает,

и за всё с тобой посчитаюсь.

Этот паразит тихонько засмеялся, словно я с ним пошутил, и не только сам поднялся, но и помог сесть упиравшемуся противнику. Его шатало от слабости, однако он упрямо держался на ногах, роясь в своей сумке, и, достав из неё серебристую флягу, приложил к моим губам:

– Пей, Терри, это лекарство, сам делал…

Я отшатнулся:

– Сам готовишь яды, Лис?

Он вздохнул, на мгновение прикрыв полные боли глаза, и… что за… подмигнул мне:

– Ты же вроде всё равно собрался умирать, так что… Не хочешь? Ну тогда я сам, - он сделал несколько жадных глотков, и его кожа почти сразу порозовела, после чего фляга снова оказалась у моего рта.

На этот раз я не заставил себя упрашивать - выхватил плоскую бутыль и опрокинул в себя, чуть не задохнувшись от крепости янтарного напитка. Тепло разлилось по телу, голова прояснилась - а главное, ко мне стремительно возвращались силы. Вернул флягу, фыркнув:

– Неплохо… Так для чего я тебе понадобился, Лис?

Он неторопливо завинчивал крышку, голос звучал грустно и устало:

– Отряд похоронил павших и ушёл в сторону соседнего города, если выйдем с рассветом, к вечеру догоним. Вдвоём это сделать легче, тут вокруг много всякой дряни шастает…

Я понимающе кивнул:

– Почему ты остался, а не убрался подальше от проклятого места вместе с отрядом?

Он замер, отводя взгляд:

– Это моё дело, и тебя не касается, - прозвучало жёстко, и жилка на его виске задёргалась.

Я нахально выдернул флягу из его руки:

– Ну-ну… Мастер интриг снова в деле, кто бы сомневался…

Леам удивлённо вскинул тёмные брови:

– О чём ты? Объяснись.

Пришёл мой черёд усмехаться:

– Да хватит прикидываться невинной овечкой, Лис! Разве не ты в школе не давал мне спокойно жить, каждый год изобретая всё новые хитроумные комбинации? Одна только история с пропавшими документами чего стоит…

Он посмотрел так, что сердце тревожно затрепыхалось, крича:

– Что-то здесь не так, Терри, и почему этот хитрец снова побледнел, как привидение в замке твоей тётушки?

– Не знаю, о чём ты говоришь, Ворон, но я готов поставить на кон свою жизнь, клянусь - никогда не принимал участия ни в чём подобном… - он тяжело дышал, на щеках расцвели багровые пятна, глаза горели таким возмущением, что даже я засомневался, - какая сволочь внушила тебе эту глупость? Мне никогда не было дела до школьных склок, даже мысли не возникало… Понятно, почему ты всегда смотрел…

Теперь уже он выхватил флягу и надолго к ней приложился, а потом, попытавшись вскочить на ноги, не рассчитав, врезался головой в низкий «потолок»

убогого шалаша. Я потрясённо смотрел, как бывший «золотой мальчик», держась за голову, со стоном опускается на пол, и мне вдруг стало его жаль…

Мозг атаковали ужасные мысли:

– Что же происходит? Неужели, все эти годы я ошибался… Спрашиваешь, какая сволочь внушила? В самом деле… - сердце кольнуло и прекратило свои бешенные скачки, перейдя на спокойный ритмичный бег, потому что в этот момент всё стало на свои места, - сволочь… Ален, я же всегда безоговорочно верил каждому твоему слову, ни разу не усомнившись в сказанном. Это ведь ты убедил доверчивого болвана в том, что Лис строит козни и распускает сплетни, ты - единственный, кто выиграл от этой нелепой вражды, всегда занимая моё место. Это было так очевидно, но я как последний осёл не хотел ничего замечать…

Воцарившуюся тишину нарушил резкий протяжный вой, и ему ответили голоса совсем рядом с нашим укрытием. Я не успел ничего сказать, когда Лис встал и направился к выходу, бросив негромкое:

– Оставайся здесь, сам справлюсь… Ты всё равно мне не поможешь.

Это прозвучало как вызов: быстро вытащив из «крыши» пару больших веток, я запалил их от костра, выскочив в ночь. И правильно сделал - что-то у Леама не заладилось с его странной магией, он молча отбивался мечом от целой дюжины некрупных, но очень настырных тварей, умело сливавшихся с темнотой. Их горящие глаза послужили мне хорошим ориентиром, и я без предупреждения вступил в драку, так что очень скоро враг бежал, повизгивая, а мы с помрачневшим Лисом вернулись к нашему «очагу».

Он держался рукой за плечо, опустив голову, и по-прежнему молчал. Я и в этот раз не стал ждать приглашения, бесцеремонно отведя в сторону его ладонь - это был неглубокий укус, но кожа вокруг раны успела припухнуть и покраснеть. Слишком быстро…

– Эй, уснул ты, что ли? Быстро читай своё дурацкое заклинание, мне же оно помогло, - я удивился паническим ноткам в собственном голосе, но тихий обречённый шёпот Леама напугал бесстрашного Ворона ещё сильнее:

– Это так не работает. Себе я помочь не в состоянии, зубы у этой мерзости ядовитые… Держись, Терри, уже завтра можешь остаться один, впрочем, по-моему, кое-кто именно об этом и мечтал, верно?
– он попытался улыбнуться, и захотелось как следует стукнуть этого «заучку» по глупой голове, но неожиданно Лис, смущаясь, протянул:

– Послушай, не мог бы ты поискать мои очки, они куда-то упали, и, пожалуйста, поосторожней, не наступи на них…

Я вспыхнул:

– Очки? Это всё, что тебя волнует? Зачем магу-Избранному очки? Что ты за тип, не пойму.

Он пожал плечами и сморщился, видно, движение причиняло ему боль:

– Это проклятие нашего рода - все мужчины плохо видят с детства и к сорока годам слепнут. Магия тут не поможет. За уникальные очки отец заплатил целое состояние, они дадут мне возможность сохранить зрение до старости, хотя, теперь это уже не важно - если не получу противоядия…