Врата скорпиона

Кларк Ричард

– Наверное, стоит прочитать, – отозвался Расти, принимая книгу из рук собеседницы. Он пытался угадать ее возраст хотя бы с ошибкой в пару лет в ту или другую сторону. Эта женщина обладала собственным неповторимым стилем.

– Так это вы недавно приземлились на базе на хитроумной штуковине в духе Жюля Верна? Смелый человек! Соглашусь, с нее прекрасный обзор. – Мисс Дельмарко отодвинула стул. – Я умираю от голода. Пойдемте за столик.

Метрдотель, который, судя по всему, знал ее, усадил их за угловой стол, откуда открывался вид на две стороны Залива.

– А

вы, как я слышал, недавно очень многое видели отсюда? – парировал Макинтайр.

– Да, повезло. – Кейт невинно улыбнулась.

– Невероятная история!.. Больше часа в прямом эфире Си-эн-эн! Но это не просто везение – вы оказались здесь не случайно. Вы та самая женщина, которая позвонила капитану Харди и сообщила о готовящемся теракте. – Расти положил на стол принесенное официантом меню и внимательно посмотрел на мисс Дельмарко.

– У Джонни длинный язык, – нахмурилась та, и ее голос понизился на целую октаву. – Я могу погибнуть из-за таких разговоров.

– Не осуждайте капитана Харди, – едва слышно прошептал через стол Макинтайр. – Я просто предположил и оказался прав. Когда Брайан Дуглас предложил мне встретиться с вами, я решил, что вы не просто американская журналистка. И угадал.

Официант принес им в качестве закуски табули, оливки и баба-гануй. Внизу американский минный тральщик окутался дымом и тронулся от причала.

– Надо думать, Брайан Дуглас больше, чем просто специалист по нефти из британского посольства, особенно если знаком с заместителем директора… Расти, повторите, как называется ваша организация.

– Разведывательный аналитический центр. Мы исследователи, просеиватели информации, а не шпионы. А с Брайаном познакомились в прошлом году в Хьюстоне на конференции по проблемам запасов нефти.

– Ну разумеется, – иронически хмыкнула Кейт. – Кстати, где он? Сколько дней не отвечает на мои звонки. – Она вытащила из сумки маленький журналистский блокнот и положила рядом с собой на стол.

– Ну, если вы раскусили его нарочито прозрачную легенду, скажу, что он отправился на недельку в Лондон. Так что вы хотели сообщить представителю западной спецслужбы? – Макинтайр не видел смысла дальше играть в шарады и надеялся, что его прямота завоюет доверие американской журналистки, у которой, судя по всему, имелись очень надежные источники информации.

– Что ж, вы были откровенны. Не могу сказать того же о Брайане – он всегда темнит, когда речь заходит о его работе. Спасибо, Расти. – Кейт уже сомневалась, не слишком ли много сказала о своей дружбе с Дугласом. Она не представляла, насколько сам Брайан откровенен с американцем. – Я узнала о готовящейся атаке террористов от человека, который связан с разведкой Исламии. А с ним познакомилась по рекомендации одного строительного магната в Дубае, на которого навел меня Брайан. Короче, наш общий друг Брайан не может не знать, что Ахмед бен Рашид из медицинского центра «Салмания» приходится родным братом шефу безопасности Исламии. Почему он не мог мне прямо об этом сказать?

Макинтайр помолчал, стараясь ухватить нить разговора.

– Я вам говорил, что я не оперативный разведчик. Я готовлю

аналитику. Вернее, у меня есть несколько очень сообразительных людей, которые составляют аналитические отчеты на основе данных, добываемых людьми вроде Брайана Дугласа. Поэтому я могу только предполагать. Но думаю, что речь идет о подходе к человеку. Представьте, как бы повел себя доктор Рашид, если бы вы с ходу ляпнули: «Мне вас рекомендовал британский шпион. Позвольте взять у вас интервью».

– Пожалуй, послал бы подальше, – рассмеялась Кейт. – Вы правы. А так у нас вроде бы общий знакомый – тот тип из Дубая. И доктор Рашид стал моим ценным источником информации. Я виделась с ним пару раз после того, как захватили газовоз. Он обеспокоен. Вот это я собиралась сказать таинственному Брайану Дугласу, если бы он не уехал в Лондон.

– Чем обеспокоен? Тем, что британцы и бахрейнцы в курсе его занятий? – спросил Макинтайр.

– Многим. – Кейт заглянула в свои записи. – Тем, что в скором времени шура Исламии может совершить глупость, которая способна спровоцировать американцев. Тем, что в совете верховодят фундаменталисты, повторяющие многие ошибки Ас-Саудов. Тем, что сообщают ему агенты, которые следят за иранцами в Бахрейне. А они считают, что назревает нечто значительное. Наш доктор – человек очень нервный. Я бы не хотела попасть в его руки в отделении реанимации.

– Мне необходимо с ним встретиться, – заявил Рассел.

– Исключено. Хотите меня угробить? Как вы себе это представляете? «Ахмед, познакомьтесь с моим знакомым шпионом из Америки». Я больше не услышу от него ни слова. – Кейт закрыла блокнот и положила на стол салфетку.

Макинтайр взял салфетку и разорвал на четыре части.

– Удивительно, в гостинице высшего класса подают бумажные салфетки.

– Что вы делаете? – удивленно пробормотала она.

Расти зажал бумажные кусочки в правой руке, накрыл ладонью левой и посмотрел на журналистку.

– Я должен поговорить с Ахмедом. – Он вытянул из кулака целую салфетку и подал Кейт.

Она удивленно ахнула.

Макинтайр снова забрал у нее салфетку, пропустил сквозь кулак и извлек в виде розы.

– Я должен поговорить с Ахмедом, – повторил он.

– Потрясающе. – Кейт потрогала бумажную розу.

– Простите мои салонные фокусы, – извинился Макинтайр. – Я хотел привлечь ваше внимание. Если Ахмед прав и в Иране и Исламии что-то назревает, времени для любезностей не осталось. Брайана не будет еще несколько дней. Нам надо спешить. Скажите Рашиду, что я ваш издатель из Нью-Йорка, что я ваш старший брат – все, что угодно.

– Старший брат! Миленькое дельце! Да я не меньше чем на пять лет старше вас. – Кейт задумалась. – Я познакомлю вас с Рашидом, но только с условием: если я лишусь ценного источника информации, вам придется проделать еще один фокус и обеспечить меня не менее интересным материалом. По рукам?

– По рукам. Постарайтесь организовать встречу сегодня вечером, – поторопил он ее.

– Попытаюсь. Но он допоздна работает в больнице. – Кейт достала мобильный телефон. – Вы остановились здесь, в «Ритце»?