Врата
Шрифт:
7
Вытаскивая каноэ с мотором на берег обмелевшей протоки, Джек снова промочил мокасины. Это уже вошло в привычку. Тучи рассеялись, солнце жгло плечи.
Раковина лежала в правом переднем кармане джинсов. Ну где же Семели?
— Ты опоздал, — сказала она.
Он взглянул вправо, видя, как она выплывает из-за поворота в дальнем конце мели, стоя на носу маленькой плоскодонки.
Что за чертовщина?.. К левому глазу приложена раковина, правый закрыт ладонью. Пока Джек присматривался,
Карл и Корли сидели прямо позади нее, Люк управлял маленьким навесным мотором на корме, глядя на Джека пылающим взглядом.
Карл с ухмылкой махнул веслом, торчавшим из рукава. Джек с облегчением увидел, что выглядит садовник практически точно так же, как при расставании.
— Прошу прощения, — извинился он. — Надо было кое-что сделать, а тут, похоже, на все требуется больше времени, чем на севере. Никогда не замечала?
— Не знаю, — сказала Семели. — Не бывала на севере.
Люк выключил мотор, лодка заскрежетала днищем по песку, огибая мель. Все четверо вышли. Корли остался у лодки, трое других зашагали вперед — Семели с Люком первые, Карл за ними.
Быстро взглянув на Корли, Джек заметил у него на поясе нож, другого оружия не было. У Люка то же самое: охотничий нож с шестидюймовым лезвием в кожаном чехле, прицепленном к ремню, пистолета нет. Хорошо. За ножом, впрочем, надо присматривать.
Они остановились перед ним. Люк скрестил на широкой груди руки.
— Ну, — сказал он с воинственной ноткой, — сам видишь своими глазами, Карла мы привезли. Пора показать раковину.
Джек полез в карман, не сводя одного глаза с охотничьего ножа. Если парень протянет к нему руку, придется выхватить «глок».
Он выудил раковину, отдал Семели. Как только она ее взяла, прижала к груди, правая рука Люка метнулась, но не к ножу, а к лицу Джека. Он услышал металлический щелчок, увидел прямо перед глазами трехдюймовое зазубренное лезвие. Солнце сверкнуло на нержавеющей стали.
Джек обругал себя, не догадавшись о спрятанном в ладони складном ноже.
— Люк! — закричала Семели. — Что ты делаешь?
— Улаживаю дело.
— Раковина у меня! Убери нож!
Парень покачал головой:
— Нет. У нас будет и Карл, и раковина. Никаких дерьмовых обменов.
Пока они спорили, Джек принялся осторожно, не спеша, по миллиметрам, тянуть к пояснице свободную руку.
— Мы ему предложили меняться и сделаем это, — твердила Семели.
Люк опять покачал головой, не сводя с Джека глаз:
— Здесь я распоряжаюсь. Это мужское дело.
— Лучше убери нож, — приказала она. — Вон там в ивняке сидит его отец и целится в нас из ружья.
Джек замер. Он посадил отца в деревьях ярдах в полутораста отсюда. Откуда она знает?
Люк стрельнул глазами за плечо Джека и ухмыльнулся:
— Тот самый старикан? Ну и что?
— Подумай. Он взял ружье и
Откуда она знает?
— Ну и что? С такого расстояния никуда не попасть. А если наблюдает, пускай видит, как я его сыночку морду располосую.
Он замахнулся перед ударом, Джек выхватил «глок», хотел прикрыться правой рукой, но этого не потребовалось.
Все произошло в один миг: из головы Люка брызнула кровь, что-то просвистело мимо уха Джека, где-то за спиной грянул ружейный выстрел, хотя не обязательно именно в таком порядке.
Семели вскрикнула, Люк попятился, завертелся, упал лицом в воду. В едва заметном течении от него начало расплываться ярко-красное пятно.
Джек опустил «глок», оглядываясь на деревья.
Господи, папа! Не надо было убивать его насмерть.
Возникнут серьезные неприятности — полиция, коронерское дознание, всякая юридическая белиберда, черт возьми!
— Люк! Люк! — кричал Корли, с плеском шлепая к нему.
Джек держал его под прицелом, Семели слева от него не двигалась, стояла, зажав рот руками. Карл присел, оглядываясь, словно кошка, которая впервые в жизни услышала гром.
Тут — о, чудо! — голова Люка вынырнула из воды, он закашлялся, встряхнулся, сел. По лбу еще текла кровь, но теперь было видно царапину от лба до затылка.
Джек не мог удержаться от смеха. Ну, папа, ты даешь! Ничего себе шуточки.
— Он тебе просто пробор сделал, парень. В следующий раз развалит пополам пустые мозги. — Джек махнул Корли пистолетом. — Садись обратно в лодку. Добро пожаловать, Карл. Разворачивай, и поехали.
— Как скажешь, — ухмыльнулся садовник.
— Подожди, — сказала Семели, когда Джек повернулся обратно.
— Извини. Надо ехать. Мы покончили с этим дерьмом.
— Нет. — Она протянула руку, дотронулась до него. — Мне с тобой надо поговорить.
— Не могу.
— Я прошу тебя.
8
Джек задержался. Семели оглянулась, как бы проверяя, не слышит ли Люк, и понизила голос:
— Поверь, я не знала, что Люк выкинет что-то подобное.
Он посмотрел ей в глаза и поверил.
— Ладно. Только это большого значения не имело бы, если бы я сейчас обливался кровью вместо твоего приятеля.
— Пожалуйста, не сердись на меня.
Жалобный тон, взгляд огромных темных глаз, как у олененка... Невозможно представить, чего она добивается.
— Должно быть, вы шутите, леди. — Он наставил было на нее палец и сообразил, что все еще держит в руке «глок». Поэтому ткнул пальцем левой руки. — Все это твоих рук дело. Мы здесь из-за тебя. Ты похитила Карла. Ты виновна в гибели троих ни в чем не повинных людей, и мой отец лишь по чистой случайности не оказался четвертым.
— Собираешься копам сказать?