Вратарь 3
Шрифт:
Взгляд Оливерио стал настолько пристальным, что, казалось, он сейчас меня им просверлит насквозь. Да и Гроссмейстер не отличался дружелюбием. А я продолжил.
– Из всех известных мне Ищущих, видящих будущее, кандидата было два: оракул и Магистр. В первом случае получалось бы, что хорулы получали лишь часть направления Ищущего. Во-втором, выходило бы ровно наоборот. Хорулы брали направление и улучшали его, используя как постоянно существующий навык. Но беда в том, что прошлый оракул мертв, поэтому мне пришлось прийти за ответами к вам.
– Кто ты? –
– А разве ты еще не видишь?
– Не вижу.
– Тогда, может, Сплетающий нити возьмет меня за руку? – усмехнулся я.
Гроссмейстер на мгновение напрягся, словно ему предлагали потрогать урановую руду. Однако и отступить не мог, взгляды всех находившихся в комнате были обращены к нему. Поэтому он с трудом поднялся, а я отметил для себя, как же все-таки стар Нума. Хотя для существа, проживающего третье тысячелетие, он неплохо сохранился. Не все Вратари могут похвастаться таким долголетием. Однако как же он сдал. Интересно, может на это как-то повлияло пленение Моросом?
Глава Ордена Видящих взял меня за руку, но первое время лишь напряженно хмурился. Правда пришла к нему много позже. Тогда Нума удивленно отпустил меня, отшатываясь прочь, и даже чуть не упал. Оливерио успел подхватить старика и усадить обратно.
– Ты, – сказал он, указывая на меня сморщенным пальцем.
– Я. Как видишь, мы старые знакомые. Только теперь я в новой ипостаси. И, думаю, обладаю чуть большей властью, чем ранее. К тому же, что немаловажно, у меня есть ответы на интересующие вас вопросы. Однако сначала я хочу услышать кое-что от тебя.
– Что? – Гроссмейстер постарался взять себя в руки, но эманации не могли меня обмануть. Он волновался.
– Расскажи мне о хорулах. Правду. Всю и полностью. Откуда они взялись и, самое главное, как стали тем, кем стали? Только не пытайся врать. Я, конечно, не аббас, но ложь почувствую.
– Все вон! – крикнул Нума так резко, что вздрогнул даже Магистр. – Кроме тебя, Оливерио. Прости, Илил, тебе тоже придется покинуть комнату.
– Не беспокойся, Лиля, Гроссмейстер потом обо всем расскажет.
Женщина-страж вздрогнула, словна собака, услышавшая собственное имя не от хозяина и так и не сообразившая, как себя вести. Однако она быстро взяла себя в руки и сделала знак прочим стражам выйти. Лишь остановилась возле моей спутницы, внимательно глядя на девушку.
– Рис остается, – сказал я жестко.
– Как видишь, твоя сестра стала главой Стражей в Горечи, – усмехнулся Нума, когда дверь за последним смертным закрылась.
Я понимал, что он хочет сделать. Обратить меня к прошлому, эмоциональному, попытаться сбить с толку.
– Видимо, Стражи испытывают сильный дефицит в кадрах, раз их отделение здесь возглавил новичок?
– После первого нападения тех существ, да. Их осталось очень мало. Но Лилия, то есть Илил и правда проявила свои лучшие качества. Она талантливая и способная. К слову, как я уже говорил, теперь наши Ордена сотрудничают.
– Опять же, не от лучшей жизни. Но я прибыл не предаваться ностальгии. Я жду истории. Пусть не
Гроссмейстер с Магистром переглянулись.
– Откуда взялись собаки? – пожал плечами Нума. – Ниоткуда. Это те же волки, которые стали домашними.
– У меня нет времени на эти загадки.
– Хорошо, – вздохнул Гроссмейстер. – Где-то три, три с половиной тысячи лет назад в Отстойнике образовался Орден. Наш Орден. Существ, которые пытались сохранять баланс в мире. Но в одном, своем мире. Ничего не напоминает?
Я промолчал, а Нума продолжил.
– И мы были довольно серьезной силой. Теми, с кем приходилось считаться. Орден рос, развивался, мы искали то, что сделает нас еще могущественнее, странствуя по другим мирам. Пока судьба не забросила нас в Атрайн. Где существовал очень интересный объект. Лабиринт, возведение которого нельзя было отнести к какой-либо из известных цивилизаций. Множество времени и жизней ушло, чтобы пройти его, попасть в странное помещение, под лабиринтом. Но мы так и не поняли, для чего все это? Что могут хранить в себе эти стены, пока не наткнулись на старинную легенду о Граале. Чаше, в которую собрали кровь не Спасителя, как рассказывали в вольном переводе в нашем мире, а Создателя.
– И что вы сделали? – спросил я с придыханием.
– Пролили в чашу кровь Ищущего. И ничего не произошло, можешь себе представить, Вратарь? Только много позже мы поняли, что крови должно быть две.
– Ищущего и Вратаря, – договорил я.
– Ищущего и обывателя, – огорошил меня Нума. – Только после этого открылась комната, где мы нашли множество диковинных вещей. Так называемых артефактов. Один, к примеру, навсегда менял направление Игрока, другой это самое направление расщеплял, ослабляя Ищущего, создавал нечто вроде слепка и передавал его другим Игрокам в роли постоянной способности.
– Так появились хорулы?
– Не сразу, – покачал головой Нума. – Мы долго думали, как использовать эти артефакты. Мощь их являлось ни с чем не сопоставимой, и Вселенная вряд ли была готова к ним. Тогда я впервые задумался об Игроках, которые видят грядущее наперед. Которые будут предугадывать линии возможного будущего.
– И ты пошел к Оливерио?
– Нет, – грустно покачал головой Гроссмейстер, – я отправился к оракулу. Чтобы создать первый слепок с него. И нас постигла неудача.
– Расскажи.
– Вообрази существо, видящего возможное будущее каждого представшего перед ним человека? А теперь усиль подобное направление. Что произойдет?
– Хорулы начнут видеть будущее всех людей?
– Именно. И как ты думаешь, что случилось с первыми хорулами? Не утруждайся догадками. Они сошли с ума. Довольно быстро. Некоторые при этом учинили громадные разрушения. Кто-то пытаясь предотвратить будущее, кто-то намереваясь его приблизить. И тогда я решил, что использовать артефакт слишком рано. Надо сначала разобраться в нем, понять, что нам нужно. Вот только двое Видящих имели другое мнение. Их звали Хронос и Хорул.