Время кумаруна
Шрифт:
Жжение действительно приглушилось, Влада почти не обращала на это внимания. Она слушала и наслаждалась откровенными и смелыми придыханиями этого полуангела, наблюдая за его работой. Как же красиво он рисовал, как ей бы хотелось отдаться ему прямо здесь и сейчас, на этой кушетке! И чтобы время остановилось и никогда более не возобновляло свой бег, лишь бы музыка его чувственных звуков продолжалась и продолжалась…
Он завершил работу на руке и обратил взор к ее ногам. Влада только сейчас поняла, что лежит перед ним полуголая. Она захотела поднять голову и посмотреть на себя, но
– Прошу, только не бедра! Я не вынесу боли. У меня очень чувствительные бедра!
– Хорошо, я начну с голеней.
Он передвинул табуретку к ногам и пересел. Обхватил левой рукой ее правую щиколотку и приложил рисующую руку. Кожа под нею зажглась. Он приоткрыл губы и вновь дал волю сладостным стенаниям. Его пальцы выводили черно-бордовый фантазийный цветок с внешней стороны голени. Влада закрыла глаза и расслабилась, вслушиваясь в музыку его дыхания. Постепенно звуки уходили на второй план, полумрак неспешно рассеивался… и она вернулась в реальность.
***
Влада проснулась посреди ночи. За окном уже начало светать, но в комнате было довольно темно.
«Так это был сон! Наяву ничего не было, – поняла она, осмотрев руки и убедившись в отсутствии татуировок. – Какой сладкий и одновременно страшный сон, эта боль и эти звуки… Что все это может означать? Рисунки, желание, стоны… Бр-р… Но вот то, что происходило вчера, – это было наяву. Я заперта в белой комнате».
Она окинула взглядом пространство в поисках подобия часов – у нее была привычка часто смотреть на электронный будильник дома в спальне, – однако ничего подобного здесь не нашла.
«Сколько же я проспала? Уснула я примерно в одиннадцать, а сейчас, наверное, часов пять утра в грубом приближении».
Шести часов сна ей всегда было недостаточно, но чувствовала она себя сейчас на удивление хорошо, не считая сильного желания посетить уборную. Она резко поднялась с кровати и побежала по малой нужде, откладывая любые другие мысли. В ванной свет включился автоматически.
«А как же выключился свет в комнате? Я уснула при свете, а сейчас там темно…»
Выйдя из ванной, она вернулась в постель и ударила два раза в ладоши – освещение включилось.
«Вот как все здесь работает – хлопок, и вуаля!»
Влада решила пока все же выключить свет и, так как заняться было все равно нечем, дала волю размышлениям.
«Итак, где мы? – задумалась девушка. – Так ли важен ответ на этот вопрос? Лучше я сформулирую иначе – как мне вернуться обратно? Ответ: черт знает, где мы и как мне отсюда выбраться! С большей долей вероятности мы все же на Земле, так как тут не наблюдается существенных различий в растительности и гравитации».
Влада перевернулась со спины на бок и устремила взор в окно.
«Кто тогда все эти люди, и люди ли они? Среди населяющих Землю рас не известно ни одной с подобным строением половой системы. Кстати… Я как-то не подумала раньше: а как же в них помещается ствол таких невероятных размеров? Ох… У них что там, трубка от промежности до пищевода?» – представила она и сморщилась.
«Фу… “вставил по самые гланды” – это про них… Владка, не пошли, а! Ну как же тут не пуститься в пошлые
«Да, здешний народ больше смахивает на пришельцев, – заключила она. – А что если это инопланетная раса на Земле? Они прилетели сюда и каким-то образом смогли скрыть пребывание, навели чары невидимости, к примеру. А сами живут тут в царских хоромах, трахаются на свежем воздухе и кушают наших индюшек. Теория вполне себе стройная, почему нет? И нас с Ксюхой они, возможно, похитили как типичные пришельцы, обставив так, будто все произошло случайно. Вполне зачетная теория».
Влада неожиданно припомнила: «Ой, а почему вчера мне доверили нож? Как же я сразу не додумалась! Нож, пусть и столовый – это опасное оружие».
Подсознание шепнуло: «Да-да, в умелых руках Рембо».
«Ну, а все-таки! Доверяют мне? С чего бы это?..»
Она приподняла голову и бросила взгляд на стол, за которым ужинала вчера голышом. Посуды и еды на нем не было, но лежала небольшая коробочка.
Влада встала с кровати, стараясь быстро прикрыться полотенцем (отчего-то ей стало стыдно от воспоминаний вчерашнего эксгибиционистского вечера), и подошла к столу. В центре лежала бледно-голубая коробочка – милая подарочная упаковка из добротного картона без бантов и украшений. Открыв ее, она обнаружила свои белые кружевные трусики, аккуратно сложенные.
– О-о-ох, – вырвалось у нее из груди. – Ты посмотри, вы вернулись!
«И что с вами делали во время отсутствия?» – подумала она и принюхалась.
«Судя по виду и запаху, они свежие. Кто-то стирал их? Мои трусы стирали незнакомые люди?.. Ну, а если бы они этого не сделали?.. Те же валялись на дворцовой площади, бог весть в чем измазанной, кстати!» – сообразила она и снова скривилась.
«И как, скажи на милость, они должны были их возвращать? – усмехнулась она. – Не постиранными? Проще было выбросить! Раз решили вернуть – постирали, что тут такого? Ты сама в этой ситуации скорей всего так бы и сделала. Отдают же вещи в прачечную и в химчистку. Не знаю, сдает ли кто-нибудь туда трусы, сомневаюсь… Но, а почему бы и нет, в конце концов?» Тут же из подсознания вклинился пошлый стишок из детского дворового фольклора: «В конце концов, среди концов найдешь конец ты наконец».
Влада отмахнулась: «Я до скончания своих дней, наверное, не смогу отделаться от этих мыслей, все пошлые стишки и прибаутки враз обрели лицо!»
– Ну что ж, спасибо за… подарок, – произнесла она вслух. Ощущение, что за ней следят, никак не оставляло ее.
Влада решила снова пойти в ванную и принять утренний душ. Влада решила снова пойти в ванную и принять утренний душ. Она взяла трусы и джинсовое платье, так как расхаживать по комнате голой, выйдя из душа, более не намеревалась. В ванной она отметила, что ночью здесь, как и в комнате, кто-то похозяйничал: на полочках были аккуратно расставлены банные средства в разных емкостях. Среди них она нашла зубную пасту в круглой баночке, как от порошка, и зубную щетку, вполне себе человечью. Тут же она поспешила воспользоваться ими.