Шрифт:
Все совпадения с действительностью случайны.
Но всё могло быть на самом деле.
1
Если у вас нет денег, это вовсе не означает, что их больше не будет никогда.
Именно так полагали несколько хорошо одетых молодых и не очень молодых людей, которые скучали у стойки модного бара. Бар не случайно назывался так же, как и находившееся в непосредственной близости от него крупное казино в центре Москвы. Это был как бы его придаток с утешительными «призами» для проигравшихся. Как бы его эхо, отражавшееся от мрачноватых зданий
– А не пора ли нам развлечься, господа? – спросил один из них, задумчиво рассматривая почти опустевший стакан текилы с размазанной по краям солью.
«Господа» переглянулись и согласно кивнули. Каждый из них выложил на стойку по пять сотенных купюр зелёной валютой. Бармен ухмыльнулся, быстро пересчитал деньги, и выставил на стойку вазочку с кучей жестяных колокольчиков на прищепках. Рядом с вазочкой он поставил заранее приготовленное объявление в красивой рамочке:
«Пацаки обслуживаются со скидкой 50%. Бакланы бесплатно. Совсем бесплатно. Администрация».
…Подождали. Но совсем недолго. Уже через несколько минут в бар зарулил вальяжный господин с двумя блондинками в вечернем боевом раскрасе. Усадив дам за удалённый от барной стойки столик, он уверенной походкой направился к бармену.
Господа слегка напряглись: судя по недовольной гримасе, винная карта и, в целом, всё меню пришедшего господина немного огорчило: бар был и в самом деле недешевым. Кашлянув, он оценивающе оглянулся на своих блондинок, словно прикидывая их остаточную стоимость:
– Две виски-колы и одну хорошую водку с мятой, – наконец сформулировал свою оценку он.
– Не повезло в рулеточку сегодня? – вежливо поприветствовал его бармен.
– Да уж! Влетел по самые бакенбарды, – решил сразу же исповедаться приветливому бармену этот господин в слабой надежде на снисходительность.
– Четыре шестьсот, – невозмутимо отреагировал на заказ бармен и как бы нехотя добавил:
– Зато сегодня пацакам скидка.
– Чего-чего? Кому-кому?
– Если вы нацепите вот этот маленький колокольчик на нос, за заказ можете заплатить только две триста. Давайте я вам помогу, – ловким движением колокольчик был прилеплен к носу клиента и жалобно звякнул.
Пока господин справлялся с этой нелепой неожиданностью, бармен вернул посетителю половину заплаченных денег и улыбнулся:
– Можете снять – но тогда надо будет заплатить всю сумму!
Господин оторопело уставился на бармена:
– А в лоб не хочешь?
– У нас профессиональная охрана. ЧОП из одних «афганцев». Да и на камерах всё будет видно… Впрочем, не хотите – как хотите, – бармен так же ловко отцепил колокольчик и выхватил из рук посетителя 2300 рублей.
Господин затравлено оглянулся на своих недооценённых блондинок, ещё раз прикинул в уме свои наличные возможности и взял колокольчик:
– Да хрен с вами – гулять, так гулять!
Бармен с лёгким поклоном вернул две тысячи и три сотенных бумажки, но протянул ещё два колокольчика:
– Это – для ваших дам. Вы же не станете один пить три коктейля?
Пробираясь к своему столику
– Ты куда меня привёл? – спросил один качок у приятеля, подозрительно косясь на колокольчик в носу встреченного господина. – Сначала продулись как идиоты, а теперь в какой-то стрёмный кабак с клоунами влипли…
– Ни чё, щас разберёмся! – ответил другой.
Через минуту от стойки донеслось радостное:
– Бесплатно?! Да-да, бакланы мы, бакланы!
От стойки они отходили, дружно звеня колокольчиками в носу и на ушах. Зато с целым подносом халявной выпивки. Тем временем почтенный господин, нервно озираясь, убеждал своих дам нацепить колокольчики.
– Ну, тут так принято, понимаете? – неубедительно говорил он, помогая дамам экипироваться.
Уже через час в баре наблюдался весёлый звенящий галдёж – десятка два посетителей, накачавшихся бесплатной выпивкой по самые гланды, весело двигались на танцполе, в унисон позвякивая колокольчиками.
– Ты, снова проиграл, Виталик, – ехидно заметил один из не очень молодых людей у стойки, неторопливо потягивая недешевый джин-тоник. – Сегодня тоже «отказников» не нашлось.
Виталик, будучи человеком слова, согласно кивнул, и вернул каждому из участвовавших в споре, по пятьсот баксов, которые они час назад отдали бармену:
– Я всегда говорил: кругом одни бакланы! Но почему-то не хотелось верить, что так оно и есть на самом деле…
Остальные господа, глядя на него, молча усмехнулись.
Виталик не поехал после бара вместе с другими «господами» в прикормленный ими же бордель на Садовом кольце под «крышей» местного отдела милиции. После «представления» в баре ему отчаянно захотелось остаться одному. И на то была веская причина.
Необходимо было то ли выспаться как следует и всё забыть, то ли наоборот, всё вспомнить и попытаться понять, что это за жизнь такая, что это за время такое, когда ему и таким как он, всё позволено, ну, или почти всё… Казалось бы, Бог в темечко поцеловал, и где-то совсем рядом должно быть счастье, которое ещё с детства в его представлениях было непременно связано с достатком и богатством … А вот нету его! Нету – и всё! И времени, чтобы понять почему, тоже нет. Или не времени, а чего-то ещё… постоянно ускользающего. Тоскливо-тошное настроение охватило его от ботинок до волос.
…А, ведь, тоску на Руси никогда не спутаешь со скукой. Тоска – это боль и скрытое отчаянье, переходящее в вакуум безысходности. А скука – это ноль эмоций и отсутствие интереса.
До этого момента Виталик думал, что оно просто где-то застряло на подходе и не нужно пока «дёргаться». «Счастье есть! Его не может не быть», как утверждали за большие деньги в музыкальном клипе Михаил и Раиса Горбачёвы. Но потом выяснилось, что и у них самих с этим счастьем были проблемы. Или это – то самое, дурацкое счастье, за которое поднимают тосты: «… Так выпьем же за то, чтоб у нас всё было, и нам за это ничего не было!»? В общем, дурь какая-то и непонятки напряжные…