Время удачи
Шрифт:
Она улыбалась, и в глазах мелькали озорные искорки, но при этом было ясно, что девушка говорит совершенно серьёзно. Впрочем, ведь она всего лишь констатировала факты – и про окружающее большинство, и про устоявшиеся понятия нормы и ненормальности.
– Обидно! – Андрей состроил озадаченную гримасу. – Человек не делает ничего плохого, а его записали в число каких-то психов.
– Потому
– Да что может быть важнее, чем заниматься тем, что делает тебя счастливым?
Андрей даже не сразу сообразил как, произнеся первое, что ему пришло на ум, он сформулировал одну из основных философских сентенций. «Просто… просто смотря, что кого делает счастливым, вот и всё», – мысленно добавил он.
– Кто мы такие, чтобы претендовать на истину, – сказала с иронией Нина. – Вот если бы под этой фразой подставить фамилию какого-нибудь знаменитого человека – тогда да, тогда все наперебой бросились бы её повторять. Правда, ты знаешь, я вот заметила, что люди вроде бы и любят какие-то премудрости великих цитировать, но как-то не задумываясь особо над смыслом, что ли… и не следуя им.
– А между прочим, об этом не так давно кое-кто из великих уже сказал! Я тут буквально на днях наткнулся.
– Про то, чтобы быть счастливым? И кто же?
– Джон Леннон. Он рассказывал, что его мать всегда ему говорила, что в жизни главное – быть счастливым. Когда в школе им задали сочинение на тему «Кем ты хочешь быть», он написал: «Я хочу быть счастливым». «Ты не понимаешь задания», – сказала ему учительница. «Вы не понимаете жизнь!» – ответил он ей [8] .
8
Из книги Джона Леннона «Вот моя история, смиренная и правдивая»: «Когда мне было 5 лет, мама сказала мне, что самое важное в жизни – быть счастливым. Когда я пошел в школу, меня спросили, кем я хочу стать, когда вырасту. Я написал: “Счастливым”. Мне сказали: “Ты не понимаешь задание!”. Я ответил: “Вы не понимаете жизнь!”».
– Здорово! – Нина
– Какие же? – Андрей почувствовал, что сейчас Нина подошла к той границе, за которой начинается откровенность другого, более глубокого уровня. Задав этот короткий вопрос, он тут же замолчал, чтобы не спугнуть эту вдруг приоткрывшуюся новую часть его партнёрши.
– Ну как «какие» – как у всех. Ходить на работу. Завести детей и воспитывать их. Ну наверное, всё как ты и сказал про шаблон. Я думала, что это и есть универсальная формула счастья.
От этих слов у Андрея даже дух захватило. «Что-то не очень похоже, чтобы эта формула была такой уж универсальной!» – захотелось ему воскликнуть.
Он подумал о своих коллегах по работе – бывших и настоящих. Многих ли он смог бы назвать, кто был по-настоящему счастлив именно от того, что ходит каждый день на работу? Кому-то то, чем он занимался, было по душе, другие не скрывали, что рассматривают свою профессиональную деятельность исключительно в качестве источника средств к существованию, но так или иначе, собственно факт необходимости ежедневного присутствия в офисе мало кого делал счастливым.
Что же касается семейной жизни, здесь он уже несколько лет как зашёл в своих размышлениях в тупик. Ему даже не нужно было обращать внимание на бесчисленные анекдоты и шутки про жену и тещу или изучать статистику разводов – достаточно было присмотреться к окружающим, чтобы без труда заметить, что вожделенный штамп в паспорте не только не является панацеей от всех проблем, но зачастую лишь создаёт новые.
– Всех же так воспитывают, – продолжала тем временем Нина. – Общество на этом строится. Я не говорю, что это плохо, – поспешно, будто не желая показаться снобом, добавила она. – Просто, наверное, мы так прочно и так рано настраиваемся на этот… – она на секунду запнулась, подбирая слово. – Этот сценарий, что даже не задумываемся, есть ли другие.
Конец ознакомительного фрагмента.