Всадники Темного
Шрифт:
— Твою мать, — простонал Анвар, усаживаясь на скользкий, холодный берег и спуская ноги в воду. Глубина действительно оказалась примечательной, достать до дна так и не удалось.
На берег выбрался напротив первой клетки. Удивленно моргнул, в темноте за решеткой из вонючей кучи, покрывавшей пол, на него таращились два белых, блестящих пятна.
— Твою мать, — тихо прошипел Всадник, когда два пятна моргнули и приподнялись, оказавшись абсолютно черным человеком, чьи глаза отражали свет едва показавшейся над травой
— И тебе того же, — задумчиво поздоровался человек. — Ты здесь как помощь или проблема?
— Смотря для кого, — слегка дернув головой, шепнул Анвар. Сперва он хотел удалиться, не тратя нервы на неизвестного, но вовремя передумал — кому как не сидящему здесь лучше знать, где может быть новенькая.
После слов Всадника в темноте засверкали еще и зубы, даря Анвару уверенность — этот вид он запомнит до конца жизни.
— Выпусти меня, — потребовал раб.
— Извини, но нет, — а почувствовав, как напрягся мужчина, пояснил, — сначала я хочу найти свою женщину, поможешь, выйдешь следующим.
В клетке хмыкнуло:
— Которая твоя?
— Ее должны были привезти вечером. Блондинка, невысокая, в длинной яркой юбке и коричневой мужской рубашке, — быстро описал Анвар Сауле.
Улыбка раба стала какой-то демонической, а задумчивый голос пояснил почему:
— Все-таки пришел? Она долго объясняла ребятам, какую глупость они сотворили, забрав ее. И обещала, что этот день станет для них последним… пока Шах ее не стукнул.
Анвар вскинул взгляд, до того блуждавший по округе, на человека в клетке.
— Как выглядит Шах?
Раб захохотал, молча и оттого довольно страшно, даже Всадника передернуло.
— Похож! Шах, орк-полукровка, темнокожий, высокий, крепкий и лысый как моя коленка.
Брошенный Анваром невольно взгляд в темноту, где по идее скрывались упомянутые части тела, вызвал очередной молчаливый взрыв смеха.
— Где она? — досадливо переспросил Анвар, этот буйный раб начал его раздражать.
— Выпусти меня, — вновь стал серьезным мужчина.
— Мы договорились.
— Нет, — раб схватился за решетку огромной черной рукой, пытаясь придать себе вертикальное положение. От вида его кулака Анвар одобрительно хмыкнул, с таким и оружия не надо. — Мне не нравится твои условия. Я хочу быть уверен, что ты не свалишь, забрав девку, и не оставишь меня здесь гнить.
— Ну, положим, сгнить здесь тебе точно не дано, — хмыкнув, протянул Анвар, — и, скажем откровенно, я не хочу, чтобы ты переполошил весь лагерь до того, как я заберу свое. Могу лишь пообещать тебе, что живых здесь не останется.
— Звучит не очень приятно, — сузил глаза раб, — если ты не выпустишь меня, я подниму тревогу.
— Пикнешь — умрешь! — зло протянул Анвар.
Мужчины некоторое время побуравили друг друга злыми взглядами. Первым все же сдался раб.
— Нож хоть оставь! — недовольно прошипел
Хмыкнув Анвар вытащил из-под рубашки нож и протянул его рабу.
— Если поднимется шумиха, разрешаю выйти и помочь, а до того сиди тихо, — под ехидное хмыканье мужчины Анвар сделал шаг в сторону, но, вспомнив еще одну деталь, присел обратно.
— Уже соскучился? — встретил его ехидный вопрос.
— Женщина с ребенком, девочкой, где?
— Сколько их у тебя? Не многовато ли? — парень веселился вовсю, но видя, с каким выражением смотрит на него «освободитель» все же изволил шепнуть, — там же, они либо в одной клетке, либо в соседних, но все равно у костра — та тоже грозилась мужиком.
— Угу, — на этот раз Анвар все же покинул охочего до разговоров раба. Тихо двинувшись к костру, он пробирался вдоль крайних клеток, стараясь, впрочем, в них не заглядывать — если тратить столько времени на разговоры, утро настанет.
Притаившись за плетнем, прикрывавшем костер с этой стороны, Всадник прислушивался к голосам у огня, пытаясь разобрать, сколько там точно человек и сколько их вообще в лагере, а затем, повинуясь подспудному желанию, перевел взгляд на ближайшую клетку. Она стояла прямо напротив него, плетня и костра, в шагах пяти и была видна всем присутствующим, а там, любопытно разинув рот и слегка наклонив голову, сидела маленькая девочка — наблюдая за каждым действием Анвара.
«— Вот тьма», — Анвар попытался жестами уговорить ребенка лечь, или хотя бы отвернуться, но малышка только шире распахнула глазенки. «— Да ляг же ты!» — мысли Всадника были все более ругательными: «- она меня сдаст, стоит кому-нибудь посмотреть на нее и конец».
Отзвуком его мыслей стал удивленный голос от костра:
— Эй, чего это она?
Девочка на долю мгновения перевела взгляд на говорившего и снова уставилась на Анвара. Если у сидящих у огня до этого и оставались сомнения, то после такого развеялись бесследно.
— Там, похоже, кто-то есть, — взволнованно шепнул другой голос и по плетню заскакали тени, показывая, что, оставлять без внимания эту фразу разбойники не стали.
— Твою мать! — тихо ругнулся Анвар и понесся обратно к клетке с черным рабом, нужно было отвлечь работорговцев от себя.
— Что уже? — унывать раб, похоже, не собирался, уже успев разбудить остальных сидевших с ним в одной камере.
От костра неслись недвусмысленные звуки, показывая, каким тихим и незаметным был Всадник.
— Угу, соскучился, — буркнул Анвар, оглядывая замок, но быстро бросил это занятие, все равно ключа нет и, вытянув из-за шиворота медальон, направил на запор.
Заряда было жалко, их оставалось всего семь, но шкура важнее.
Полыхнуло. Лязгнул, отваливаясь, расплавленный замок. От костра тут же послышались голоса, указывающие, куда конкретно нужно бежать.