Всадники Темного
Шрифт:
Кочевники успели доиграть партию и начать другую, когда насторожившийся Анвар окликнул их. До него донеслось тихое ржание. Пускай здесь горы и это мог быть голос одной из их лошадей отраженный от камней. Но Анвар почему-то был уверен, что это по его голову.
Кочевники бросили игру, занимая свои места. Потекли долгие минуты ожидания.
— Ну, наконец-то, я уже заждался, — поприветствовал Анвар показавшихся из-за скал наездников.
— Шхар, — зло выругался один из людей.
Безликие. Какие-то слишком похожие друг на друга они уставились на Всадника, не скрываясь сидящего на одном из выступающих вперед из громады скалы
— Морды снимите, охота посмотреть, кто же такой смелый, отправился за Несущим смерть таким маленьким отрядом, — ехидно произнес Всадник, переводя взгляд на наездников.
— Слезай Всадник, поговорим, — махнул рукой выехавший вперед воин, снимая личины с себя и спутников.
Два демона и три орка, странная компания.
— Не лучшее решение, — пожал плечами Анвар, — расскажи-ка мне, воин, неужели ты думал, что сможешь убить меня?
— Слезь Всадник, и проверим! — зло прошипел демон, выходя из себя.
Анвар лишь усмехнулся, поднимая и поворачивая меч, лежащий рядом. Любуясь отражением розовых облаков в металле. — Проверим, — внутренне поморщился Анвар, проклиная вредную старуху вместе с ее осторожностью. — Проверим, — громче заявил он, отдавая жестом условную команду.
Легонько фыркнув, пронеслись три стрелы, впиваясь каждая в назначенную цель. Заплясали, испугавшись посыпавшихся наездников кони, подтверждая, что не приспособлены к битве, куплены с этой стороны реки.
— Что за? — оставшиеся в живых демоны тщетно пытались успокоить лошадей и заставить их подойти к все так же спокойно сидящему и улыбающемуся Всаднику. Один из них потянулся за шиворот, к спрятанному медальону, заставив Анвара напряженно застыть. Но фыркнули еще две стрелы, сбивая с седла ретивого темного.
Оставшийся верхом демон все же сумел успокоить коня и попытался с него спрыгнуть, но кочевник прицелился хорошо.
Рука подстреленного воина запуталась в поводьях, придержав падение. Правая нога осталась в стремени, и тело повисло, пнув коня по ногам. Испуганное животное, мотнув головой, кинулось вперед, в сторону табора.
— Демон, ладно потом подберем, — буркнул Анвар, провожая взглядом уносящего труп скакуна.
— Шер, что с мертвяками делать, — один из кочевников подошел к Всаднику, пока двое других, спустившись со своих мест, ловили лошадей.
— Затяните их наверх, птицы сожрут, — бросил Анвар, наблюдая за тем, как нервные кони старательно пятятся от воркующих с ними мужчин. — Обещание выполнено, я даже не поднялся, — шепнул он весело вслед уходящему Папушу.
Кочевникам понадобилось полчаса, чтобы затянуть темных на верхушку скал, спрятать между камнями. И кавалькада двинулась обратно, разбогатев на четырех коней.
Пятый нашелся на середине пути до стоянки. Нога демона выпала из стремени и застряла между камней, дернув лошадь, судя по всему в это время безоглядно несшую вперед. Из ее губ тонкой струйкой текла кровь. Животное мотало головой, пытаясь избавиться от такой неприятной ноши, и нервно фыркало, пока не показались его товарищи. Тонко заржав в последний раз, лошадь замерла, тяжело дыша и просительно глядя на приближающихся.
Понадобилось еще минут пятнадцать, спрятать последнюю улику.
— Я выполнил обещание, — вместо приветствия бросил Анвар встречающей Беренике.
Та, фыркнув ехидно, развернулась и побрела к своему вардо. Вернулись и хорошо.
Когда рана приняла более-менее приличный
Несмотря на слова старухи Береники и к Киту, и к его жене с дочерью отношение было хорошим. Девочка нашла себе друзей и днями пропадала с ними на морском берегу, разыскивая красивые, ровные камни и разноцветные ракушки. Моргану развлекали женщины табора, позволив отдохнуть от забот и научиться кое-чему новому. А Кит нашел себе занятие сам. Разговорчивый, любопытный квартерон успел перезнакомиться со всем табором, сунуть свой нос во все дела и исследовать все изобретения кочевников. Но, как заметил Анвар, всерьез его никто не воспринимал, не сближаясь достаточно сильно, держа дистанцию. И старуха постоянно ворчала, вселяя недоверие к веселому квартерону.
Береника сидела, медленно выпуская кольца дыма, и смотрела на Анвара, а тот в свою очередь наблюдал за Сауле игравшей с детьми в салочки. Сейчас девушка выглядела такой беспечной и радостной, что Анвар сам невольно начинал улыбаться.
— Оставь ее с нами, — прервала молчание старуха, пытливо глядя Всаднику в глаза.
— Вот еще, — Анвар фыркнул, отводя взгляд от разошедшейся ребятни.
— Тогда в чем дело? Что за мысли гуляют в твоей голове, Несущий смерть.
Поморщившись, Анвар оторвал травинку и сунул ее в рот решая, стоит ли говорить со старухой на эту тему.
— Она слишком слаба для темных земель, — наконец поделился он своими переживаниями.
— Она? — старуха, сперва удивленно распахнув глаза, вдруг весело фыркнула. — Вы, темные, замечаете только одну грань силы.
— И что в этом плохого?
— А то, что для вас сильными являются Шакита Кровавая, захватившая треть светлых земель и Таурия Мученица, вырезавшая сотни демонов. Так?
Анвар согласно кивнул, отрицать здесь было нечего.
— Так, — удовлетворенно повторила старуха, — только вы забываете, что их сила не очень-то им помогла, когда Шакиту разрывали лошадьми, а ту же Таурию тогдашний Несущий боль разделил на тысячу частей.
— И к чему это, — Анвар и так знал, чем закончили обе эти личности, а также остальные похожие на них.
— А мы светлые, — как ни в чем не бывало продолжила старуха, выпуская особо ровное кольцо дыма, и замолчала, не обращая внимания на недовольство Всадника, — ценим не только физическую силу. Сауле сильная, очень. Как жрица Вессана, спрятавшая сотни детей от вторгшихся темных, или мать Элиза, помогавшая больным во время двухлетней эпидемии и основавшая больницу в Лооне.
— Угу, и закончит так же? — мрачно глянул Анвар на старуху, — Вессана на костре, так? А Элиза, в одиночестве, замурованная в собственном доме потому как заразилась от одного из своих пациентов ветряным ожогом и больница ее что? Сгорела, в тот же день.
— Ты много знаешь, Всадник, — недовольно пыхнула трубкой старуха, да только главного не уловил. Я о том тебе дурню говорю, что Сауле отнюдь не слаба. Сколько она пережила, пока не познакомилась с тобой?
Анвар лишь головой покачал, отсутствие учтивости к сильнейшим у старухи только раньше злили, теперь вызывая к ней что-то вроде уважения. Да и вообще Всадник признавался себе, что вредная старуха стала ему достаточно близка.
— И все же жизнь в Темной империи не то, что я бы для нее желал, — признался Анвар Беренике в своих опасениях.