Все, что не убивает...
Шрифт:
Ворон на поляне давал некое успокоение - если он здесь, Наруто жива. Ведь со смертью шиноби, призыв прерывается.
Саске проклинал свою беспомощность, неумение защитить сестру. И временами проклинал Итачи - за то, что тот столько всего свалил на жену. За то, что заставлял беспокоиться.
Всю предыдущую неделю Наруто буквально летала, счастливая, воздушная. И Саске, краснея, не хотел знать причину такого поведения, хотя и догадывался.
Он хотел защитить Наруто, помочь ей. Но она снова все взвалила на себя. И он, сидя в темноте пещерки, в оковах красноватого барьера, мог только распускать растрепавшуюся, местами подпаленную, обожженную косу.
– Я восстановлю ее, когда ты распустишь, - тихо произнесла Сакура.
Саске кивнул, в горле разлилась горечь. Наруто - его ровесница, его сестра. Так почему он не может защищать ее? Почему так... так слаб? Чего ему не хватает?
Усталые морщинки разгладились, пухлые губы сложились в слабую улыбку. Наверное, ей снилось что-то очень хорошее. И сестра снова выглядела на свой возраст.
– Все будет хорошо, - прошептала Сакура.
Саске сжал кулаки, вскинулся. Хотелось накричать на куноичи, даже ударить ее. Но в зеленых глазах - то же беспокойство, что и у нее. Сегодня Сакура вместе с ним разделила осознание собственной беспомощности и бесполезности.
– Всему свое время, - Сакура протянула другу чашку с чаем, приготовленном на крохотном костерке в углу пещеры.
– Так однажды сказала мне Наруто. Я пожаловалась ей на слабость, а она посоветовала не спешить. Даже Первый Хокаге, говорила она, не всегда был способен основать целую Деревню.
Говоря, она попутно подравнивала концы волос Наруто и отращивала их до одинаковой длины.
Саске ударился затылком о стену. Сакура слишком много общается с сестрой. И становится проницательной, внимательной, как настоящий ирьенин.
И она права. Он не родился со знанием техник, ему остается только развивать данный талант, совершенствоваться.
Чтобы однажды суметь защитить Наруто.
Наруто проснулась утром следующего дня, бодрая, как кипяток. Полная сил и энтузиазма, желания жить. И покушать бы не мешало.
Увиденная картина умилила, заставила улыбнуться. Сакура заснула сидя, прислонившись к стене пещеры, обняв ладонями чашку с чаем, что уже опасно накренилась. А Саске лежал рядом с ее спальником, зажав в пальцах прядь длинных волос. Наруто осмотрела шевелюру. Вчера ей показалось, что Орочимару значительно подровнял ее, да и пламя Кьюби укоротило стрижку. Но нет, все на месте, в прежнем состоянии. Надо обязательно поблагодарить Сакуру, у которой как раз идут занятия по концентрации нейтральной
Наруто осторожно высвободила прядку, перенесла ребят на спальники и убрала побледневший за ночь барьер. Саске вложил достаточно чакры, чтобы фуин обеспечил им безопасный сон.
На улице тем временем припекало солнышко, ранние пташки уже распевались вовсю. Где-то рычал медведь. Пахло травой, влагой и - совсем немного - диким медом. Наруто потянулась, с удовольствием расправляя затекшие мышцы. Хрустнула косточками и взялась за разведение огня.
После вчерашних треволнений ребята наверняка проснутся голодными.
Пока варилась каша, девушка нашла с краю полянки маленький ручеек. Умылась, поскоблила челюсть и почувствовала себя почти человеком. Очень голодным человеком.
Переоделась, без сожалений выбросив потрепанные саннином вещи. Забрала волосы в строгий пучок и вернулась к котелку. Помешивая кашу, вспомнила, как феноменально вкусно готовит походную пищу Анко. Сверху хрустящая горелая корочка, снизу - сырая крупа, а посередине - пересоленная. И как только умудряется?
Сзади зашелестела трава. Наруто не успела обернуться, как в нее врезался твердый снаряд. Саске обхватил руками за плечи и засопел в волосы сестры.
– В следующий раз я обязательно сумею тебя защитить, - клятвенно пообещал самый маленький Учиха.
От искренности защемило сердце. Наруто сжала руку брата, медленно развернулась в его объятиях, посмотрела в серьезные, черные глаза. И где тот забавный малыш, что прятался от девчонок на подоконнике Академии?
– Не зарекайся, - мягко посоветовала она.
– И не спеши взрослеть. Я подожду.
Саске кивнул, благодарный за понимание. И взглянул в котелок. Наруто захихикала: на лице братишки забавно смешались ужас и отвращение.
– Это же... каша!
– почти обвинение.
Наруто захихикала еще сильнее. Кивнула.
– Как догадался?
– Оно булькает и шевелится, - Саске взял ложку, потыкал.
Нелюбовь брата к кашам шла с далекого и глубокого детства, когда маленький Саске отказывался ее есть, и заставить его мог только Итачи. И заставлял. Даже в тех случаях, когда даже родители сдавались.
Непоправимая травма детства.
– Доброе утро, - на свет выползла Сакура с полотенцем и умывальными принадлежностями. И, почти не открывая глаз, поползла к ручью, направленная рукой Наруто.
Харуно являлась классической совой и по утрам, спросонья, часто действовала, не приходя в сознание.